Все русские поселения в Африке развивались без ассимиляции с негритянскими племенами. Даже в Южной Африке, где русы высадились полтора десятка лет назад и расселились на территории от берегов Атлантики до Индийского океана, в Красном Яре и остроге Южном жили исключительно европейцы. Бушмены не ассимилировались с русскими поселенцами, предпочитая жить привычным порядком. Да, негры работали на добыче золота и железной руды, служили проводниками для геологических поисковых отрядов. Они торговали с русами, покупали на заработанные деньги в русских лавках ножи и наконечники для стрел, некоторые накапливали достаточно, чтобы приобрести ружьё. Но, жили негры в своих племенах и селениях, отдельно от русов, подобно всем малым народам Сибири. Иногда ссорились, часто помогали друг другу, оставаясь равноправными соседями.
Русы в Африке, не загоняли негров в рудники и шахты, не продавали в рабство, не заставляли платить дань спиленными деревьями и тоннами слоновьих бивней. Да, рядом с поселениями работали русские миссионеры, но, в привычной для русского человека манере — помощи, обучения, а не запугивания и угрозы. Да, за охрану от враждебных племён с дружественных негров брали ясак, в виде редких деревьев и геологической разведки местности. Не оттого, что русы такие добрые, а исключительно потому, что африканские поселения быстро росли за счёт европейцев-каторжан. Мужчины-ссыльнопоселенцы работали на тяжёлых работах, как минимум, первые три-пять лет. Их жёны и дети обустраивали остроги, работали на огородах, ухаживали за скотиной, учительствовали. Рабочих рук хватало, потому что русские поселения в Африке не скатывались к натуральному хозяйству, обеспечивая себя только продуктами. Новороссия не забывала своих граждан, регулярные рейсы торговых кораблей привозили всё необходимое для нормальной жизни.
Так, что жизнь в африканских острогах отличалась лишь наличием экзотики, да обилием каторжников и ссыльнопоселенцев. В остальном, уровень жизни русов в Южной Африке, в устье Конго и на побережье Золотого берега, был таким же, как в Веймаре или на Кипре. Скорее всего, даже выше, за счёт дешевизны местных продуктов, поскольку цены на государственные товары были такие же, как в Европе. В африканских острогах также гремели уличные репродукторы на столбах, транслируя передачи из Петербурга и местные новости. Также звенели колокола, призывая православных в церкви, бегали по улицам пионеры в красных галстуках, а учителя боролись с неграмотностью. Русские подданные жили своей привычной жизнью, негры — своей.
Конечно, если какой любознательный негритёнок проявлял желание учиться, да ещё имел к этому способности, его не выгоняли. Также учили его бесплатно, разрешали ходить в общую русскую школу, при подозрении на талант, отправляли в университет в Петербург. Там училось много толковых ребят из Америки и Африки, относительно много, несколько десятков. Все студенты, в том числе и аборигены из Африки, Америки, Азии, после окончания учёбы получали распределение, на три-пять лет работы по специальности, в очередной дальний гарнизон. Только после отработки указанного срока обученные специалисты из числа аборигенов становились свободными в своём выборе, где им жить и где работать. Но, таких специалистов-аборигенов пока было очень мало, Африку и Америку русы, осваивали полтора десятилетия всего, Азию и того меньше.
Главной задачей освоения Америки и Африки наместник и его офицеры считали расселение русских общин и вёсок по большей территории, как на Урале и в Сибири селились русские крестьяне и казаки. Пусть между соседними вёсками будет по сто-двести вёрст, но, земля уже станет русской, какие бы аборигены не жили между русскими селениями. Пройдёт пара-другая десятилетий, и разные сиу и делавары станут считать себя жителями Новороссии, а не аборигенами. Так, постепенно и привычно для Руси, огромные территории Северной и Южной Америки, Центральной и Южной Африки, станут частью Новороссии, а не её колониями. В то же время, никаких причин у аборигенов перебираться за лучшей жизнью в Метрополию, как это было в двадцатом веке при разрушении колониальной системы, не будет. В большинстве своём аборигены сохранят свои обычаи, свой образ жизни, даже приняв православие.
Примерно, как сохранили свой образ жизни практически все малые народы, вошедшие в состав России. Чукчи и киргизы, башкиры и нивхи, тувинцы и кабардинцы. Не все, конечно, кто захотел — выучился и перебрался в другие края. Но, основная часть народа осталась заниматься привычным делом у себя в родных местах, вопреки действиям Советской власти и двадцатилетию разрухи после неё. Потому заселение Америки и Африки шло неспешно и основательно, там не было враждебной государственности, методы покорения Сибири вполне подходили для них. Тем более, что магаданцы не собирались совершать ошибку Советской власти и развивать на окраинах местные кадры, строить там институты и передовые заводы. Пусть в Америке и Африке производят целлюлозу, заготовляют деловую древесину, добывают руду и даже отливают из неё слитки для перевозки на Остров. Этого вполне достаточно, для интеграции в новороссийскую промышленность, или «взаимовыгодного разделения труда».
Магаданцы старались не повторять ход мировой цивилизации, развивая дублирующую промышленность в каждом регионе. Обладая подавляющим превосходством в военной мощи и огромным экономическим потенциалом, который, они были в этом твёрдо уверены, сохранится у Новороссии, Западного Магадана и Руси, на столетие, как минимум, магаданцы пытались развивать наиболее выгодные производства каждого региона. Предвосхищая будущую специализацию государств в мировой экономике. При этом максимально экономично использовать удобное географическое расположение тёплых стран, где не надо тратить деньги на отопление цехов и строительство тёплых зданий. Потому и развивали в Израиле русские промышленники, с подачи министра Корнеева, такие производства, как пошив одежды из синтетической ткани, тачание обуви из кирзы, производство мебели из ценных африканских пород дерева, консервирование морской рыбы. Европейские евреи обладали всеми необходимыми навыками, а стоимость строительства в тёплой пустыне несоизмерима по затратам на подобные цехи в северной Европе.
Пусть еврейские сапожники и портные работают на привозном материале из Центральной Африке, произведённая продукция будет не просто гораздо дешевле европейской. Даже при доставке морем из Палестины в Нормандию и побережье Балтики, она останется вполне конкурентоспособной с местными мастерами, не говоря о более близких перевозках. А разорение французских ткачей, итальянских обувщиков, германских краснодеревщиков русам только на руку. Больше квалифицированных рабочих будут стремиться в Новороссию, где нет безработицы, нет нищеты, зато высокие заработки и огромные возможности. Американские поселения привычно поставляли в Новороссию хлопок, недорогую говядину, сахар, кирзу, вискозу, целлюлозу, пушнину, отливки металлов, серебро, получая взамен весь потребительский набор. Чего не было, просто заказывали по радио, получая через три-четыре недели.
