– Я не умею делать иллюзии, – слабо запротестовала я и вспомнила, что на горе было пусто. Совсем. Ни одного самого завалящего монстра.
– Можешь, – зловеще улыбнулся шисюн, – вспомни, были ли моменты, когда ты хотела, чтобы тебя не видели, и тебя никто не замечал? Когда ты хотела, чтобы все воспринимали тебя по-другому, и у всех на глазах словно появилась пелена?
Только что… Я судорожно вдохнула воздух. Только что, во время поиска невесты в зале, я твердила себе под нос «меня тут нет, тут пустое место». И мой брат меня не увидел… И еще, тогда, когда я ехала в школу, мне пришлось прятаться в зарослях осоки от воров, и они меня тоже не заметили – потому что я, как и сегодня, твердила, что «меня тут нет».
О небеса…
– Неудивительно, что все принимали тебя за парня. Наверное, тебе этого очень хотелось, и ты неосознанно создала иллюзию, – слова шисюна донеслись до меня словно бы издалека.
Я вдруг вспомнила, что каждое утро перед выходом я смотрелась в зеркало и говорила самой себе: «Я мужик, я грозный мужик». И как наставник, поняв, что я девушка, сказал, что у него словно пелена упала с глаз.
Неужели все это правда?
– Наверное, в детстве тебя мало наказывали, – подлил Шоу Юэ масла в огонь моей паники. – Ведь уже тогда ты могла располагать к себе окружающих. Баловали, давали все, что ты ни попросишь…
– Помолчи, – оборвал его наставник, заметив, что я уже снова близка к обмороку, и, взмахнув рукой, сотворил из воздуха стул. Я плюхнулась на него, ловя ртом воздух, как рыба. – Что за история с престарелым женихом? – спросил он у шисюна, и тот, недоумевающе моргнув, вдруг улыбнулся:
– Это долгая история. Правитель клана серебристых лис погиб около восемнадцати лет назад. У него не осталось наследников, хотя ходили слухи, что у него была возлюбленная, которую он тщательно прятал. Моя семья все это время управляла его землями, хотя на самом деле мы лишь… советники. Мы стоим у трона и защищаем того, кто сидит на нем. Трон клана много лет пустовал – однако мой дядя упорно искал и наконец нашел наследника клана лис. Наследницу, – тут его взгляд упал на меня, и я вдруг истерически рассмеялась. Нашел наследницу… что за сказочки… если бы я была наследницей целого клана, наверное, мне бы сказали!
– А страны у меня случайно нет? – не в силах остановить смех, спросила я. – Может, мне пойти к императору и попросить подвинуться со своего… хи-хи-хи… трона?
– Су Эн, – голос наставника отрезвил, и я вдруг замолчала.
– Скажи, Су Эн, твой дядя всегда был торговцем специями? – вдруг вкрадчиво спросил шисюн, и я, помедлив, покачала головой. Ранее дядя торговал тканями. – Наверное, я не ошибусь, если предположу, что он стал торговать специями восемнадцать лет назад? А знаешь почему? – он победно улыбнулся. – Чтобы мы не нашли тебя. Чтобы замаскировать твой запах. Да от тебя до сих пор разит корицей так, что у меня обоняние отказывает.
Я безотчетно положила руку на грудь – туда, где висел мой новый охранный амулет, мешочек с травами и специями, купленный вместо того, что выкинул шисюн. Ну да, в нем была корица, всем известно, что она отгоняет зло… этот запах был мне привычен, потому что я носила такие вот мешочки с травами с детства.
– А твой отец? Ты знаешь, кто он? – продолжил шисюн.
Давно перестав смеяться, я молча смотрела на Шоу Юэ. Я не знала, кто мой отец. Я носила фамилию своей матери, Лао, и дядя отказывался сообщать мне, кто мой отец и почему он не признал меня.
– Полагаю, тебе не рассказали, чтобы защитить тебя, – пояснил Шоу Юэ. – Чтобы спрятать. Чтобы мы никогда тебя не нашли. Однако, – тут он улыбнулся, и от его улыбки мне стало жутко, – мой дядя умеет искать.
– Дядя? – невольно переспросила я.
– Ты уже видела его сегодня, – кивнув, Шоу Юэ подтвердил мои худшие предположения. – Правда, если бы он узнал, что ты посчитала его стариком, то глубоко бы оскорбился. И последнее, – он, вздохнув, вдруг поднял взгляд на луну. – Знаешь, почему тебя зовут «Су Эн»? «Добродетельная, как Лунная Дева»? Потому что твое имя связано с луной, а мое имя переводится как «Защитник Луны»[23]. Мы были помолвлены еще до рождения, и имена нам подбирались так, чтобы… чтобы они подходили друг другу. Поэтому, – он вдруг опустился на корточки перед моим стулом и заглянул мне в глаза, – тебе не нужно бояться свадьбы со стариком, ведь ты моя невеста. Ты всегда была ею.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
С этими словами он взял меня за руки, и я почувствовала то же самое, что, вероятно, чувствует узник, когда на его руках защелкиваются кандалы. Бездумно уставившись на его руки, я слышала, как он что-то говорит, но не могла расслышать ни слова. Все слилось в какой-то гул, который все нарастал, нарастал… Его дядя увидел меня сегодня – вероятно, мои иллюзии ему не помеха. Увидел, но, распознав на мне форму, такую же, что носил Шоу Юэ, решил, что лучше оставить меня тут. Под боком у племянника. Где я могу влюбиться в него сама. Мой отец не был человеком. Он был лисицей, а это значит, что я тоже не человек… Где моя матушка могла с ним познакомиться? И почему мне никто ничего не рассказал? Головокружение постепенно унялось, и я услышала свой голос, безучастно сообщающий:
– Я не выйду за тебя замуж, Шоу Юэ.
– Как это не выйдешь? – в первый миг он опешил, но затем снова принялся меня убеждать. – Ты должна… бу-бу-бу… помолвка… бу-бу-бу… родственники согласны…
Конечно, он не говорил «бу-бу-бу», но я была в таком шоке, что просто не воспринимала половину того, что он произносил.
– Я не выйду за тебя замуж, – тихо, но твердо сообщила я, выдергивая свои руки.
Он тут же принялся горячо мне что-то доказывать, но с каждым его словом я чувствовала, как у меня все сильнее болит голова.
– Я не выйду за него замуж, – повторила я уже умоляюще, разворачиваясь к наставнику Юнхэну. Он посмотрел на меня долгим, непроницаемым взглядом, и я затаила дыхание. Неужели он прикажет мне слушаться Шоу Юэ? Ведь Шоу Юэ – его лучший ученик?
– Ничего не изменилось. Пока ты в школе, никто не может забрать тебя и заставить выйти замуж, – наконец отозвался он, и я облегченно выдохнула. А вот Шоу Юэ, от возмущения потерявший дар речи, тут же его обрел и принялся негодовать, уговаривать, доказывать свою правоту…
– Хватит, Шоу Юэ, – снова оборвал его наставник, видя, что у меня снова глаза на мокром месте. – Су Эн, иди спать, уже поздно. Шоу Юэ, пойдем в мой кабинет, расскажешь свою точку зрения там.
Я благодарно поклонилась и тут же сбежала. Ручаюсь, наставник увел шисюна, лишь бы тот не донимал меня по дороге к моему дому. Как же мне повезло с наставником! И почему он не оказался моим тайным женихом вместо Шоу Юэ…
Лежа в кровати, я долго не могла сомкнуть глаз. Неужели все это правда? За один вечер я узнала столько ошарашивающих новостей, что хватило бы на год. Подумав, я сотворила в своей комнате барьер – против незваных ночных гостей – и закрыла глаза. Надеюсь, наставник уговорит Шоу Юэ больше не преследовать меня…
Глава 43
Как бы не так. Первым, что я увидела, открыв глаза поутру, был букет синих колокольчиков на полу. Он лежал криво и был каким-то растрепанным: наверное, Шоу Юэ пришлось кидать его от двери, потому что по периметру комнаты до сих пор горел огненный барьер.
Огненный… Огонь – стихия лисицы. Сев в постели, я закрыла лицо руками и застонала. Получается, воздух у меня от моей человеческой половины, а огонь – от нечеловеческой…
Отняв руки от лица, я посмотрела на них. Обычные ладони, они не изменились ни капли с тех пор, как я узнала, кто я. То, что я наполовину лисица, просто не укладывалось у меня в голове. Получается, если я кого-нибудь убью, то, как шисюн, буду застревать в барьере? Хотя я вроде бы не собиралась лишать жизни никого, кроме нечисти… да и они считаются лишь условно живыми.
Как уложить в голове то, что все, что ты знал о себе с самого детства – неправда? Меня действительно баловали – но я думала, что это потому, что дядя жалел сироту. Получается, на самом деле я просто заколдовала своих родственников… От осознания этой мысли мне стало противно от самой себя.
