Я никогда не была в этом городе, не знала его название и где он расположен на карте, потому что мы прибыли сюда, положившись на демона, но… Я знала этот город.
Шум нарастал. Оборотней становилось все больше. Кажется, Келеавин вел нас в самый центр. И точно.
Площадь в центре города оказалась заполнена вся. А хмурый демон вел нас дальше, в самую гущу. Туда, где раздавался свист и смех обороней громче всего. Перед нами расступались, образуя живой коридор. И я поняла, откуда знаю этот город, увидев статую.
Я видела его во сне. Лисица когда-то показывала мне, где смелая девчонка с девятью добровольцами, провела ритуал, призывая Великого духа, осушая магические озера и втягивая магию через проводников в себя. Я собиралась найти этот город и вернуть миру его магические источники. Только вот… Все это стало неважным.
В центре площади, привязанный к статуе, той самой, что хранила в себе частицу божественной сущности, был привязан мой демон. Голый, с располосованной от плетей кожей, он висел с безжизненно поникшей головой.
«Они празднуют казнь», — чудовищная, из-за своей сути, мысль, добавила последнюю каплю в бурлящий котел моей боли и ярости. — «Казнь, где любой желающий может почувствовать себя палачом ненавистного демона».
Тихий свист рассекаемого плетью воздуха ещё долго будет звучать в моих ушах.
Я закричала, вкладывая всю боль и ненависть в этот звук. Выплескивая все то, что не могла обратить в слова. Мой крик громом опустился на город, пугая своим звучанием и силой. Потому что кричала не одна. Лисица, чья капля божественной силы была вновь осквернена, вторила мне, отпуская на волю ярость на собственный народ.
Наш отчаянный крик ещё звучал эхом над всем городом, когда я подлетела к полудемону, отталкивая с силой последнего палача.
И новый вдох сделать не получилось, когда поняла, что опоздала. Сердце моего полудемона больше не билось, а вместе с ним умирал и кусочек моего. Прижалась к Анджело, понимимая, что это конец. Только почему-то вместо всепоглощающей бездны в груди вспыхнул огонь.
Магия откликнулась легко, впервые не причиняя боли. Словно ее впитала земля, на глазах пошедшая глубокими трещинами. Лечила не я — лисица.
Треснула огромная статуя, раскалываясь на две части. Обычный кусок камня, невольный свидетель чужой боли. И тем удивительнее было увидеть множество маленьких солнц, опутанных черной паутиной. Как мотыльки, летящие на свет, они разрывали свои темные путы и устремлялись вверх. Лишь один из них отчего-то медлил, оставаясь на месте. Недолго. Очертания маленького солнца поплыли, увеличиваясь и меняя форму.
Спящий маленький рогатый лисенок, с темными крыльями на спине и тоненьким лысым хвостом с кисточкой на конце.
Я чуть не упустила тот момент, когда странное создание полетело в нашу сторону и… впиталось в грудь Анджело.
— И на том свете видениями замучаешь, — шепнул полудемон потрескавшимися губами, едва открыв глаза.
Я рассмеялась нервно, обессиленно, чувствуя как запоздало начинают дрожать руки и пощипывает от подступающих слез глаза. Кажется что-то такое я слышала, когда чуть не потеряла Келеавина. Видимо демоны слишком уж верят в загробный мир.
Но мой смех резко оборвался.
Небо прорезала вспышка света.
Тысячное рогато-хвостатое воинство, крылья которого казались ожившей тьмой, спускалось с небес. Быстрое, стремительное приближение к земле и вот уже можно рассмотреть их массивные тела, закутанные в броню, как во вторую кожу. Они были разделены на группы видимо по вооружению. Мечи, луки, какие-то железки на руках, смутно похожие на наши костеты. Были и те, что спускались без оружия, но при взгляде на них пробирала дрожь. Особенно от одного, что спускался первым, ведя воинство за собой.
Площадь молниеносно охватила паника. Ещё недавно веселившиеся из-за чужой казни и испуганно притихшие, когда появилась я, но оставшиеся стоять на месте, оборотни бросились врассыпную. Они кричали, толкались и даже не замечали, что кто-то упал на землю. Лишь единицы остались стоять на месте, но и в их позах не было спокойствия и расслабленности. Если это была стража города, то лишь малая ее часть. Не было и того, кто призывал бы к спокойствию или наоборот раздавал приказы готовиться к бою. Не знаю, руководил ли лично князь огненных оборотней казнью или поручил кому-то из своих приближенных, обязав следить за порядком, но сейчас этого оборотня было не видно.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Анджело со стоном попытался сесть, но тут же получил хвостом по макушке. То ли лисица его не долечила, то так приказывала не мешаться под ногами, сейчас не было времени в этом разбираться. Как и не было времени рассмотреть «первого» демона. Лишь успела заменить странное сходство с моим демоном, и Келеавин загородил меня своей спиной.
Причем не только меня.
Келеавин умудрился за то время, что мы потратили на оценку обстановки сдвинуть Мариярха с Рэйном поближе ко мне, а сам чуть встал чуть впереди. И это при том, что лошади остались стоять в десяти метрах от нас, именно там, где мы затормозили.
— Море силы, сын, — пророкотал прибывший демон.
И мне очень захотелось присесть, не от силы голоса, а от осознания масштаба неприятностей.
Келеавин только кивнул, не спеша вступать в диалог.
— Ты мне не рад, — осознал «наш» папочка.
— Дамианин Келлэш тер Ирбихан Майншенстах привел армию в чужой мир, нарушив клятву своей семьи, — бархатно отозвался Келеавин.
Только от бархата в его голосе поежились все. Даже я, зная, что любимый никогда не причинит мне вреда, готова была бежать сломя голову куда угодно. Чего, кстати, не сделала при появлении армии демонов! А тут неожиданно захотелось.
— Мой единственный наследник пропал, месяцы неудачных поисков, а тут зов крови. Решил, что тебя убивают.
Я выглянула из-за спины своего демона и тут же об этом пожалела. Не смотря на всю небрежность в голосе, Дамианин смотрел цепко. И его взгляд прошёлся по мне, как наждачка по нежной кожи.
— Не единственный, — бросил Кел, тоже не оставив без внимания взгляд отца.
Перевести стрелки у любимого получилось мастерски. «Наш» папочка принюхался. Кажется, даже время решило остановиться в этот миг. Мое сердце так уж точно. Даже Рэйн успел бросить на Анджело сочувствующий взгляд.
— Это же замечательно, — холодно улыбнулся Дамианин. — Потерял одного наследника, нашел двух. Пора домой, сын.
— Я остаюсь. И Анджело, — Келеавин бросил быстрый взгляд на нас. Всего на секунду его глаза расширились, а после на лице снова возникла ледяная маска. — Тоже остаётся.
Любимому было чему удивляться. И не только ему.
Стоило отцу Келеавина заговорить о втором наследнике, как один из хвостов дернулся, захватывая ничего не понимающего Анджело в плен. И судя по метке шэса, пожизненный. А от самой лисы пришло такое злорадное удовлетворение, что я вконец расстерялась.
Она специально это сделала, что ли? С самого начала планировала? Подсунула мне плененного демона, сделала его шэсом, привязала ко мне… Оставила род бывших захватчиков без продолжения? Вот же… Лиса!
— Женщина? — цепкий взгляд демона снова прошёлся по мне. — Дома разберемся. Взять их.
Короткая команда и пятерка демонов угрожающе выдвинулась вперёд.
Даже запаниковать не успела.
— Стоять, — тихо бросил Келеавин. И демоны замерли, беспомощно оглядываясь на своего правителя. — Я не возвращал клятву, отец. И раз уж я все ещё жив, то именно мне подчиняется первая армия Майншенстах.
Мне кажется скрип зубов папули услышали все.
— Переговоры! — рявкнул он так, что даже самые стойкие из оборотней предпочли исчезнуть с площади.
Эпилог
Лето в горном княжестве было прохладным, но для знакомства с природным источником магии мы выбрали именно его. Все же первое озеро самое сильное, а мне безумно хотелось, чтобы дочь, живя в магическом мире, никогда не жаловалась на свой уровень силы. Мы немного запоздали с омовением и Юленьке уже год, но порталы по миру только заработали в полную силу, а тащить новорожденного ребенка в такую даль ни одна мать не согласится.
