Если она шпионит на какую-то женщину, это вообще какое-то дно. Рассказывать обо мне такие интимные вещи. Кому? Матери Мансура или все гораздо хуже? Что еще она обо мне рассказывала. Страшно даже представить. Нужно быстрее покинуть этот дом.
Пытаюсь выкинуть из головы Шакиру. Иду в кабинет. Нахожу в одной из книг карту Ближнего Востока. Ирак описан не очень подробно. Надо бы поискать у Мансура атлас.
Дожидаюсь Негар. После занятия осторожно интересуюсь у нее об Ираке. В каких районах идет война и где можно найти русских. Логичнее всего добраться до посольства Советского Союза. Но оно в Багдаде, а Хамет обещал доставить меня в Басру. Этот город далеко от столицы, до которой нужно еще доехать.
Наверное, я немного безумна. Если согласна в одиночестве оказаться в чужой стране только с начальными знаниями арабского. Успокаивает только то, что Ирак на социалистическом пути развития.
После обеда приношу Негар платья.
— Лена, я не могу принять такой дорогой подарок, — пытается отказаться девушка.
— Они мне не нравятся, — вру я, — к тому же скоро я не смогу в них влезть. Если не возьмешь, отдам горничным.
— Ну хорошо, — сдается Негар.
Чувствую удовлетворение. Все идет, как я задумала. Это знак, что все получится.
Глава 59. В путь
Елена
Чем ближе вечер, тем больше меня трясет.
Все готово. Я нашла и изучила карту Ирака. Заучила нужные вопросы для навигации на местности по-арабски. Уложила в целлофановый пакет свой советский загранпаспорт и обмотала его скотчем. Странно, что Мансур его не отобрал. Видимо, считал, что его дом — идеальная крепость без выхода. Но в этой крепости только три стены. Фатальная ошибка.
Думала, что еще можно взять с собой. В итоге решила не жадничать. Плыть и так будет тяжело.
Главная проблема, которая меня сейчас волнует — это Шакира. Если она действительно за мной шпионит для кого-то, незаметно выйти из дома может быть не так просто, как кажется.
Подумать только, хотела скрыть от всех беременность, но о ней уже знает какая-то неведомая «госпожа». Не зря говорят, что у стен есть уши. Главное, чтобы у стен не было глаз.
Выхожу на свою террасу и некоторое время раздумываю над тем, чтобы спуститься вниз с помощью подручных средств. Ну, как это в кино там делают. Связывают постельное белье и используют вместо каната.
Нового садовника пока не взяли, насколько мне известно. Никто не должен заметить моего маневра.
Потом здравый смысл берет верх. Если я сейчас буду совершать рискованные трюки с простынями, мышцы устанут. Потом не смогу плыть в одежде.
Решаю проверить одну идею. Спускаюсь в кабинет Мансура, запираю дверь на замок. Подхожу к окну и пробую его открыть. Защелка поддается неожиданно легко, и я открываю рамы. Смотрю вниз. Земля не так близко, как хотелось бы, но спрыгнуть можно без проблем.
Даже если Шакира засечет, как я закрылась в кабинете, вряд ли она поймет мой замысел. Пусть сидит под дверью хоть до утра.
Застаю в своей комнате Кристину, которая проводит уборку. Я буду по ней скучать. Единственная в этом доме, кто меня понимала и всегда была на моей стороне. Вещи подарить я ей не могу, после моего исчезновения Кристину могут обвинить в краже. Сейчас, как никогда жалею, что у меня нет денег.
— Кристина, я хочу подарить тебе этот крем, — беру с туалетного столика баночку и отдаю девушке. Мне кажется, что это дорогое средство. Хотя могу и ошибаться.
— Спасибо, госпожа! — губы девушки расползаются в улыбке.
Когда за Кристиной закрывается дверь, некоторое время размышляю, правильно ли я сделала или дала повод обвинить девушку в пособничестве. Иногда лучше сдерживать эмоциональные порывы.
Ближе к ночи пишу записку о непричастности кого-либо к моему побегу. Скрепляю два ожерелья между собой и обвиваю полученным поясом свою талию. Браслет натягиваю повыше на руку. Надеваю сверху абайю.
Как можно бесшумнее спускаюсь вниз и мышкой пробираюсь к кабинету Мансура. Закрываю за собой дверь и сползаю по ней спиной вниз. Первый этап пройден. Сердце бьет барабаном. Через минуту встаю на дрожащих коленях и иду к окну.
Открываю рамы и слушаю звук волн. Мой прыжок никто не должен услышать. Сажусь на подоконник, переношу ноги из кабинета на улицу. Смотрю вниз и, отталкиваясь руками, спрыгиваю. Приземляюсь удачно на ноги. Ожерелья тихонько звякают. Тревожно оглядываюсь и мелкими перебежками направляюсь к морю.
Прохожу вдоль забора до конца причала. В темноте на прежнем месте виднеется силуэт яхты. Завязываю абайю на талии, таким образом, чтобы мой драгоценный пояс оказался под тканью. Осторожно сажусь на бетон и спрыгиваю в залив. Погружаюсь в воду, ткань абайи сразу промокает и тянет меня вниз. Активно отталкиваюсь ногами и всплываю на поверхность. Гребу в сторону яхты.
Паника толкает меня действовать быстрее. От нерациональных телодвижений мышцы быстро устают. Заставляю себя остановиться и отдышаться. Осталось чуть-чуть. Спешить некуда. Без меня не уплывут.
Еще немного усилий и я подплываю к борту. Мужчина подает мне руку, чтобы помочь забраться на борт. Я уже готова принять помощь, когда понимаю, что это Мансур.
— Нет! — громко крикнуть не получается.
Меня охватывает безнадега. Казалось, что свобода так близко. Но все было напрасно.
Не хочу жить. Я отталкиваюсь от борта и ухожу под воду. Выпускаю весь воздух из легких. Внезапно вспоминаю о своем ребенке и меня охватывает отчаяние. Я начинаю грести руками и ногами, но развязавшаяся мокрая абайя тянет меня на дно.
Меня подхватывают сильные руки и прижимают к большому телу, которое плывет вверх. Мансур вытаскивает меня на палубу, с силой нажимает несколько раз на грудь. Выплевываю соленую воду и начинаю рыдать.
Мансур нависает надо мной. Целует лицо и губы.
— Ты здесь можешь доверять только мне, Латифа. У тебя нет здесь друзей. У тебя есть только я. Только мне ты нужна. Ты меня слышишь?
Глава 60. Задержание
Мансур
Отправляюсь в офис сразу после утреннего намаза. Хочу спокойно посмотреть утром финансовые отчеты, чтобы обсудить с Майклом до ежедневного совещания.
Только выпиваю утренний кофе, телефон вздрагивает от раздражающей трели. Кидаю взгляд на свой ролекс. Рановато еще для рабочих звонков.
Беру трубку. Краем сознания замечаю, что мое «алло» звучит недоуменно.
— Мансур, — слышится голос Кубры, с которой я только недавно попрощался.
— Да, ты что-то хотела? — в груди зреет непонятная тревога.
— Я прямо сейчас смотрю на чужую яхту, на которой сидит какая-то блондинка. Не думаю, что их много в этом районе. Есть подозрение, что это твоя жена, Мансур.
— Мало ли блондинок плавает на яхтах? — пытаюсь опровергать неприятные подозрения.
— Я видела, как она приплыла со стороны третьего дома и забиралась на борт. Долго сомневалась звонить тебе или нет. Решила все-таки сообщить. Дальше думай сам, что делать с твоей русской шармутой.
— Не называй ее так, — на автомате рявкаю я, невольно леденея от страха.
— Как еще ее называть. Она полуголая на чужой яхте, где такой же полуголый мужчина. Что мне сейчас делать, Мансур?
— Ничего, — шумно наполняю воздухом легкие, которые внезапно скукожились, — никому ничего не говори.
Сбрасываю звонок и тут же набираю начальника охраны. Быстро рассказываю ситуацию.
— Что нам делать, господин?
— Задержите яхту, не дайте ей уплыть, — кидаю резкий приказ, — я сейчас же выезжаю.
В нетерпении жму в десятый раз на кнопку лифта, прокручивая в голове план действий.
Яхта стоит на пристани четвертого дома. Надеюсь, что моя ходит быстрее, чем у этого негодяя, который посягнул на мою жену. Захожу в лифт, двери закрываются. Вдруг одолевает сомнение. Может это и не Латифа. Я даже на позвонил в ее дом.
Но страх не позволяет мне просто вернуться в офис. Спускаюсь вниз и мчу домой.
