не свалилась в болото.
Вот те раз. Даже метод «тыка» не может быть полностью безопасным здесь.
В растерянности оглянулась. Несколько моих досок благополучно исчезли в болотах.
Чёрт.
Тот самый призрак вновь появился на том месте, где я столкнулась с ним в первый раз.
— Мне к тебе идти?
Утвердительный кивок.
— Там топь, вон, даже тина плавает.
Дух чуть склонил голову набок, но опять чуть качнул головой, вроде, споря со мной.
Я присела на краю холмика, чтобы была хоть какая-то возможность спастись, и опустила одну ногу в… собственно топь. Я уже хотела выдернуть свою конечность из холодной жижи, как носком нащупала твёрдую поверхность.
Ба! Вот те раз. Я палкой только по холмикам тыкала, а тут, вон оно как оказывается!
Уже смелее опустила две ноги. Жидкость доходила до щиколоток, а поверхность под болотной водой была достаточно скользкой, но я могла идти.
Уже другой призрак перехватил «эстафетную палочку» и вёл меня по только ему известной тропе.
Оказалось, я ходила кругами вокруг того места, которое так отчаянно искала. И да, сундук не ушёл глубоко под воду, но он оказался катастрофически тяжёлым. Особенно если учесть, сколько жидкости он набрал.
На помощь пришёл Тыковка. Схватив зубами одну ручку сундука, он так резко дёрнул его вверх, что я по инерции шлёпнулась в зловонное болото, но держаться за найденный клад продолжала. Конь без проблем потащил волоком попой вперёд сундук вместе со мной по болоту. Только вот, если он шёл без каких-либо проблем, то я, итак уже вся грязная и мокрая со стучащими от холода зубами, то и дело ныряла с головой в болотные топи.
— Тыковка, стой! — Отплевавшись, мне наконец удалось остановить верного друга.
Мы как раз добрались до одной из оставленных мной досок, куда я с громким стоном вскарабкалась.
— Дай отдышаться, — он послушно остановился и с высоты своего роста выпустил свою часть сундука. Доска, сундук и я на ней тут же ушли под болотную грязь.
Тыковка моментально вытащил меня и собирался уже доставить в безопасное место, как я его притормозила:
— Нам нужно то, что там находится.
Я не знала, что переправляли через болота контрабандисты, просто надеялась, что я смогу это продать.
На имущество в доме у меня не поднимется рука. Особенно после того, как Густав сравнил разруху с глубокими ранами, которые я смогу вылечить. Что поделать, сердце у меня доброе, пусть мысли и преступные.
Кто вообще сказал, что женщина должна быть логичной? Да, мы именно такие: с интуицией, заботой и самыми честными намерениями попадаем в ситуации, из которых нас должны вытащить именно так, как нам надо. И да, пусть спасатели инструкцию прочитают по нашим глазам, иначе зачем нам такая помощь?
Но Тыковке — моему верному соратнику, я давала как можно более чёткие указания. Он от всей своей загадочной души пытался помочь, то и дело забывая, что я несколько меньше, слабее и медлительнее, чем он. И что болота для меня, в отличии от загадочно коня, смертельно опасны. Под водой дышать не умею, как и ходить по ней.
К концу нашего путешествия он, кажется, это лучше понял, и до поместья я добралась почти целая и практически невредимая.
— Это кто тут такую грязь развёл? — Возмущалась Равиль, с негодованием глядя на чернеющий след из холла в нежилую часть дома.
— Равиль, подкиньте, топорик, будьте добры, — я уже мысленно потирала свои загребущие ручки без маникюра.
— Превеликая Звезда, вы себя видели?! Вы сейчас на нечисть похожи, больше, чем я!
— Потом помоюсь.
С поджатыми от недовольства губами, Равиль удалилась на кухню за топориком. Ну, то есть, с поджатым тем, что когда-то было губами.
Пора начинать привыкать.
Как я и предполагала, содержимое сундука было насквозь мокрым и грязным. Некогда красивые рулоны шёлковой ткани сейчас уже безнадёжно испорчены. Здесь были какие-то книги, которые после просушки пойдут для розжига печей — всё равно все чернила растеклись в огромные кляксы. Сервиз из тончайшего фарфора сохранился лишь наполовину. Не выдержал нашей с Тыковкой радости от находки.
— А это что?
Под внимательным наблюдением Густава и Равиль, я крутила в руках литую шкатулку. Ни одной прорези не заметила, ни одной кнопки или скважины для ключа.
— Это редчайшее произведение от лучших кузнецов короны. Их производят несколько сотен лет для транспортировки ценностей или секретный посланий. И стоит он дорого. Такое дополнение к коллекции Найран-Моэр!
— Как его открыть?
— Его можно открыть только под наблюдением королевского мага. И для этого нужна кровь владельца.
Я потрясла мини-сейфом у уха, там явно было что-то твёрдое.
— Тыковка, прошу.
Моему другу не пришлось повторять дважды. Он с детской радостью ударил копытом по ценнейшему артефакту для перевозки чего бы то ни было, который невозможно было взломать по словам Густава. Но кто устоит перед внушительным обаянием Тыковки? Под разочарованный стон дворецкого металлическая шкатулка безвозвратно разбилась.
— Джек-пот!
Я глазам своим не верила. Бриллианты! Штук двадцать бриллиантов размером с горох!
— Вы это видели?! Мы богаты! Тыковка, ты сможешь жить в настоящей конюшне! А у меня будет водопровод! И детям куплю ворох тёплой! А вам. Кстати, что надо? Может памятник какой или ещё что?
— Вы уверенны, что они настоящие? К сожалению, наша столица славится подделками. В моё время столько скандалов было среди знати, когда на шее чьей-нибудь жены обнаруживались ненастоящие бриллианты. Это же какой позор на мужа!
Я подбежала с камнем к окну и царапнула им по стеклу. И да, на нём остался глубокий след а сам бриллиантик цел.
— Моя ж ты прелесть!
— Не думаю, что этих бриллиантов хватит на то, чтобы покрыть долг перед короной.
— Густав, умеете вы настроение испортить.
То, что мои болота богаты такими вот сюрпризами, как этот сундук — это очевидно. Но на моей памяти исчезли лишь два отряда контрабандистов. Если местоположение этого клада я помнила, то
