— Ксения, — пробормотал я. — Да, конечно.
Леонса смотрела на нас.
— Даже Ксения не смогла нарушить баланс, — сказала она. — Крестоносцы не убили ее, она спаслась и прожила еще девять лет, — она улыбнулась. — И пять из них с Джеком. Да, она получила меньше счастья, чем я, но все же…
Я подумал, что Леонса изменилась меньше, чем Хейвиг, но больше, чем я думал сначала.
Так как Хейвиг молчал, я понял, что его рана затянулась. Шрам, конечно, остался, но раны больше нет. Так всегда бывает, если у человека здоровое тело и дух.
— Хорошо, — сказал я, стараясь уклониться от печальной темы. — Вы собрали вместе себе подобных, уничтожили зло, установили добро. Значит, теперь я принимаю у себя Короля и Королеву?
— Что? — Хейвиг удивленно вскинул брови. — Мы не король и королева.
— Разве вы не правите там, в будущем?
— Пока. Кто-то же должен править. Но с нами сотрудничают мудрейшие, кого мы смогли найти, и не обязательно путешественники во времени. Мы делаем все, чтобы превратить наше военное общество в свободную республику.
Леонса пошевелила поленья в камине; они потрескивали, зажигая искры в ее глазах.
— Я не понимаю, — сказал я уже в который раз за сегодняшний вечер.
Хейвиг подыскивал слово.
— Док, — сказал он наконец. — Когда мы уйдем отсюда, ты никогда больше не увидишь нас.
Я сидел спокойно. Солнце уже ушло за горизонт, наступил вечер.
Леонса подбежала ко мне, обняла, поцеловала. Меня окружил свежий аромат ее волос, к которому примешивался запах дыма.
— Нет, док! — воскликнула она. — Это вовсе не значит, что ты скоро умрешь.
— Я не хочу… — начал я.
— А-а, — в ней заговорило простодушие девушки варварского племени. — Ты хочешь сказать, что не хочешь знать даты своей смерти. Мы и не собираемся говорить тебе этого, но, черт побери, у тебя впереди еще много времени.
— Дело в том, — как всегда точно объяснил Хейвиг, — что мы, я и Леонса, покидаем Землю. Сомневаюсь, что мы вернемся.
— Что хорошего в путешествиях во времени? — спросил он, когда мы приобрели способность обсуждать дела.
— Но… — промямлил я.
— Контроль исторического развития? Неужели ты веришь, что горстка людей способна сделать это? Уоллис говорил и верил, но ты-то, надеюсь, нет? И ты не веришь, что они должны делать это.
— Ну… история… археология…
— Согласен, знания — вещь важная и нужная. Но судьбу предвидеть нельзя. Это смерть надежды. Получив знания, разве может человек остановиться, оставить их при себе? Неужели он не захочет использовать их?
— Зависит от результата, Джек.
Леонса, сидевшая рядом с ним, шевельнулась, и по стене запрыгали тени от притушенного торшера, от пляшущего огня в камине.
— Для нас, — сказал он, — результат ведет к звездам. Вот чем хороши путешествия во времени.
Джек улыбнулся. С виду он был спокоен, но в его голосе прорывались звенящие ноты.
— Почему, ты думаешь, мы решили завершить Фазу-2, Полярис Хауз, как мы ее называем? Я уже сказал тебе, что мы не собираемся править миром. Нет, Полярис Хауз предназначен для исследований и разработок. Эта работа будет завершена, когда будут готовы первые корабли.
— И они будут! — воскликнула Леонса. — Мы видели!
Страсть овладела Хейвигом. Его пальцы стиснули стакан, о котором он совсем забыл. Он горячо заговорил:
— Я еще не изучил технологические и научные детали. Именно поэтому нам нужно в будущее. Физики говорят о математическом эквиваленте путешествия в прошлое и о возможности лететь со сверхсветовой скоростью. Они надеются разработать теорию, которая поможет создать такой корабль. Может, у них это и получится, а может — нет. Я знаю, что в Полярис Хауз это у них не получится. Но, может, выйдет в далеком будущем или на другой планете, вращающейся вокруг другого солнца. Но это не меняет дела. Корабль может лететь и с небольшой скоростью, если команда состоит из путешественников. Ты понимаешь меня? Путешествие может длиться столетиями. Но для нас путешествие в будущее, даже если мы перемещаемся в пространстве, занимает минуты, часы…
Наши дети будут иными. Но они будут там! Мы начнем для человечества путь в бесконечность!
Я посмотрел в окно. Созвездия прятались в облачном небе.
— Я понимаю, — медленно сказал я. — Грандиозные планы.
— И необходимые, — добавил Хейвиг. — А без нас и без нашего главного врага это никогда не могло бы быть сделано. Маури могли бы собрать необходимые ресурсы для межпланетных путешествий, но они не сделали этого. Их запрещение разрабатывать энергетические установки вначале были жизненно необходимыми для спасения Земли, но затем, как всегда это бывает, этот закон стал тормозом на пути прогресса. Несомненно, культура, которая последует за Маури, не сможет подняться к звездам.
— Мы поднимемся! — экзальтированно воскликнула Леонса. — Звездные Хозяева — наша раса!
— И спасители жизни на Земле, — добавил Хейвиг. — Ведь цивилизация, которая сейчас владеет Землей, подходит к концу. И спасение придет только извне. Вселенная неизмеримо больше, чем может себе представить любое воображение.
— Насколько я понимаю, звездные пришельцы вдохнут жизнь в Землю, — сказал я неуверенно.
— О, да. Причем более в идейном смысле, чем в смысле материальных благ. Опыт существ, рожденных в самых разных местах Вселенной, даст человечеству новый импульс. Особенно это коснется философов, мистиков. Я не знаю, к чему приведет единение с внеземными цивилизациями. Быть может, к новому, высшему состоянию души? Но я верю, что конец будет счастливым, и именно для этого мы, путешественники во времени, и рождены.
Леонса легонько тронула его:
— Джек, ты заболтался и ударился в слишком высокие материи. Кончай свои пророчества, милый, и обрати внимание на свой стакан.
— И вы оба намереваетесь быть среди первых исследователей?
— Мы имеем на это право, — сказала она.
— Простите, это не мое дело, но ваши дети не смогут унаследовать ваш дар…
Лицо ее стало серьезным.
— Может, мы найдем Новую Землю, чтобы вырастить их. Мы все-таки еще не так стары, — она посмотрела на острый профиль мужа. — А может, мы будем скитаться по Вселенной, пока не умрем.
Наступила тишина. Я встал с кресла, чтобы открыть дверь, в которую постучали. На пороге стояли три маленькие фигурки: клоун, медведь и астронавт. В руках у них были бумажные пакеты. Они запели старинную песенку, которую пели до них миллионы ряженых.
Прошел год с тех пор, как Джек Хейвиг и Леонса из Вахорна распрощались со мной. Я часто думаю о них. Разумеется, обычная суета заполняет мои дни, но и среди нее я всегда нахожу время вспомнить о них.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
