Когда танец закончился, к ним присоединились Марк и Мэг, чтобы вместе поужинать, а также Парбери, Питершэм и леди Анна. Крессида с удовольствием наблюдала, как внимательно Джек ухаживает за матерью. Он держался просто и естественно – значит для него такое поведение привычно. Она вспомнила, как он всегда бросался ей на помощь, невзирая на покалеченное плечо. А письменный столик? Для Джека нормальное состояние – помогать людям и заботиться о них. Он делал это, не задумываясь. И она больше не сомневалась в том, что по отношению к ней он поступал точно также. Сердце разрывалось от невысказанной любви. Будет ли он заботиться о ней чуточку больше, чем о других, а не только проявлять честность и благородство?
* * *
В течение следующей недели поведение Джека привело Крессиду в замешательство. Он не произнес ни слова о любви, но не отходил от нее ни на шаг, сопровождая повсюду: то в книжный магазин, то в кондитерскую. Он выполнил свою «угрозу», танцевал с ней все первые и последние вальсы и без зазрения совести прижимал к себе. Казалось, он счастлив рядом с ней. И горд. Он подшучивал над Кресс, смеялся, рассказывал пикантные истории о спесивых столпах светского общества. Он каждый день бывал с ней в парке в обычное для прогулок знати время. Короче говоря, демонстрировал свое ухаживание перед всеми и продолжал бесконечно удивлять лондонских сплетниц. Но никаких пренебрежительных замечаний с их стороны не последовало. Даже утихли другие слухи.
Мэг объяснила:
– Они, разумеется, не осмеливаются.
– Почему? – спросила Крессида.
– Критиковать Джека? – удивилась Мэг. – Он недвусмысленно дал понять, каковы его намерения. Никто не посмеет встать ему поперек дороги.
– Но у него нет титула и он не член парламента, – сказала Крессида. – Я знаю, что он из родовитой семьи, замечательный и добрый, но…
Мэг засмеялась.
– И такой до неприличия богатый, что считает ваше приданое «жалкими десятью тысячами». Но, несмотря на богатство, его все любят, начиная с дам-патронесс Альмакса. А раз Салли Джерси и иже с ней благосклонно относятся к тому, что происходит, никто не проронит и слова против.
Крессида могла только дивиться непостижимым обычаям высшего света. Странно, что ни Эндрю, ни его мамаша, с которыми она несколько раз встречалась на приемах, не сделали ни малейшей попытки подойти к ней. Это ее беспокоило. Высокомерных Фэрбриджей может отпугнуть лишь официальное объявление о ее помолвке. Крессида выбросила эту мысль из головы. Она была безумно счастлива. Но одно не давало ей покоя: любит ли Джек ее по-настоящему? Или только делает вид?
– Мэг, я все-таки сомневаюсь относительно этой ночной рубашки. Она немного… ну, вы понимаете!
Да в ней замерзнешь, даже если не уточнять всего остального.
Крессида продолжала спорить с Мэг уже на пороге Резерфорд-Хауса, когда они вернулись после утреннего посещения магазинов. Бал должен был состояться на следующий день, и Мэг разлучила их с Джеком, заявив, что ее протеже необходимо приобрести важные предметы туалета. Судя по всему, злополучная ночная рубашка была главной покупкой.
Графиня Резерфорд не обращала внимания на малодушные высказывания своей протеже. Весело улыбнувшись лакею, открывшему им дверь, она сказала:
– Доброе утро, Томас. В карете лежит парочка свертков. Пожалуйста, отнесите их в комнату мисс Крессиды.
Ничего себе «парочка свертков»! Магазинный азарт Мэг, когда они приехали в Лондон, совершенно ошеломил Крессиду, а последний выезд за покупками превзошел все остальные, и в результате они с трудом разместились в карете.
– Мэг! – снова не удержалась Крессида. – Все же эта ночная рубашка…
Мэг повернулась к ней с шаловливой улыбкой.
– Она просто превосходна.
Для чего? – подумала Крессида. Мэг как будто прочитала ее мысли.
– Для вашей брачной ночи. – И с улыбкой крикнула лакею, который поднимался по лестнице, сгибаясь под грудой коробок с одеждой: – Томас, его светлость дома?
– Да, миледи. Его светлость в бальной зале фехтует с мистером Гамильтоном.
– Фехтует? – Крессида забыла про вероломное поведение Мэг. – В бальной зале?
Это по меньшей мере неподходящее место.
– Лучше там, чем в библиотеке, – заметила Мэг. – Они обычно резвятся там, потому что Марк держит рапиры и шпаги в ящиках под книжными шкафами.
– Да? – слабым голосом произнесла Крессида.
– Можем пойти полюбоваться, – весело предложила Мэг. – Мы встанем в дверях. Они фехтуют рапирами с наконечниками, так что это совершенно безопасно.
Крессида смутилась, но последовала за Мэг.
Двери залы были приоткрыты и, подойдя, Крессида услыхала свист, лязг металла и топот ног. Мэг остановилась и нахмурилась:
– Странно. Обычно они разговаривают.
Крессида выглянула из-за ее плеча и подавила крик. Клинки показались намного тяжелее… и страшнее, чем ей представлялось. Боже, если бы она не знала, что эти двое – близкие друзья, то была готова поклясться, что они собираются убить друг друга.
Они фехтовали уже давно, так как рубашка Джека промокла от пота и прилипла к телу. Крессиде казалось, что он постоянно нападает, но его выпады каждый раз отражались Марком. Клинки, сталкиваясь, звенели, и это продолжалось очень долго. Крессида почувствовала, как Мэг взяла ее за руку. Она неохотно повернула голову и увидела, что Мэг указывает на дверь.
– Мэг, разве это рапиры? На вид они очень тяжелые. И наконечников я не увидела.
Графиня Резерфорд покачала головой.
– Я тоже. – В голосе Мэг прозвучало беспокойство. – Они фехтуют на дуэльных шпагах Марка.
Дуэльные шпаги? От страха Крессида замерла.
– Мэг…
– Крессида, они постоянно занимаются фехтованием, – попыталась успокоить ее Мэг. – Думаю, они просто решили поупражняться с более тяжелым оружием. – Она обняла Крессиду за плечи. – Дуэли на шпагах больше не в моде. Все используют пистолеты. – Мэг усмехнулась. – Если бы они занялись стрельбой в нашей бальной зале, мне было бы что им сказать!
Но Крессиду не так-то легко было отвлечь.
– Мэг! Что если он бросит вызов Фэрбриджу?
Мэг нахмурилась и не совсем уверенно сказала:
– Он так глупо не поступит. – И добавила уже более спокойно: – К тому же выбор оружия будет за Фэрбриджем, а тот выберет пистолеты. Так что перестаньте волноваться. Джек и Марк любят фехтовать – для них это приятное времяпрепровождение.
Джек опустил клинок.
– Хватит? – спросил Марк.
– Пока хватит. Завтра еще поупражняемся. – Джек вытащил из кармана платок и вытер лицо. Страшно ныло плечо, но несколько схваток с таким отличным фехтовальщиком, как Марк – и он будет в форме. – Ты заметил Мэг с Крессидой? Они появились в середине поединка, а потом ушли.
