мечтатель, задумывающийся над смыслом своей работы и положением в мире. Углубившись в служебные дела, он определяет военное преимущество Запада над Востоком. Единственной возможностью сохранения мира ему видится баланс между двумя блоками. Он хочет в этом помочь. Он ищет контакты с левыми организациями, что довольно необычно для офицера секретной службы. Он находит людей, с которыми может обсуждать принципиальные проблемы обеих общественных систем. Вскоре он приходит к Марксу и Энгельсу. Как и многие молодые люди 60‐х годов, он ищет у них ответа на вопросы, которые задает себе в связи с состоянием этого мира.
Когда он решается найти прямые контакты с Главным управлением разведки, то посвящает в свои планы старшего брата Людвига. Тот хочет поддержать его. На стыке 1971–1972 годов Альфред встречается с начальником отдела IV Гарри Шюттом и начальником сектора Вернером Реклингом. У трех мужчин совпадают не только политические взгляды, но и человеческие. Альфред и Людвиг обязуются сотрудничать с разведкой. Когда Гарри Шютт становится начальником отдела IX, он продолжает вести это дело и дальше. Вернер Реклинг, к сожалению, умирает во время операции на сердце.
Если мы знаем документ, то для нас не составляет большого труда разоблачить и предателя. Строгие инструкции Главка по безопасности позволяют действовать быстро. Если пленки поступают от определенного важного источника, то проявляет их в лаборатории всегда один и тот же лаборант в присутствии полномочного оперативного сотрудника. Работающий с Альфредом Шпулером фотограф был до этого уволен из-за темных дел в личной жизни. Выяснилось, что он скопировал много пленок и унес домой, но в его аресте сыграл на руку БНД только этот документ. Ему предъявлено обвинение и вынесен приговор.
Мы предлагаем «Петеру» и «Флориану» немедленно приехать в ГДР. Оба хотят этого лишь тогда, когда действительно не будет больше другого выхода. Но после нашего предупреждения они и без того сразу же прекратили все оперативные действия. Если они правильно себя поведут, полагают они, то смогут избежать ареста. Если их посадят, то Федеральная разведывательная служба не в состоянии будет что-либо доказать. Поначалу они правы. Обоих братьев арестовывают 29 ноября 1989 года лишь на основе предположений. Они отказываются от дачи показаний и при допросах замечают, что БНД плутает в тумане. Доказательства представляет потом позднее предатель Карл-Кристоф Гроссманн, который после падения стены пособничает противной стороне.
В подробном заявлении коллегии по уголовным делам третьей инстанции Верховного суда Баварии Альфред Шпулер описывает, среди прочего, свои мотивы. «Это был мой свободный выбор сотрудничать с разведкой МГБ. Нашей общей целью было укрепление мира и борьба за дальнейшее строительство социалистического общества, таким образом, за справедливую общественную систему. Не было никаких низменных побудительных причин, которые привели меня к этому сотрудничеству. Оплата за предоставленную информацию не производилась, я бы отклонил подобное предложение. Суммы, предоставленные Главным управлением, служили для покрытия расходов. Единственное условие с моей стороны, касающееся обеспечения, состояло в том, что в случае моего разоблачения моя семья будет получать поддержку во всех отношениях».
И он без обиняков становится на защиту своего куратора — офицера по особым поручениям Гюнтера Беттгера, обвиняемого вместе с ним: «Как вскоре выяснилось, выбор Беттгера куратором был исключительно счастливым случаем для моего брата и для меня. Совместная работа с ним складывалась очень хорошо не только профессионально, она базировалась на обоюдном доверии, переросшем в короткое время в крепкую и чистую дружбу».
Господ начальников федеральной службы по охране конституции мы приводим прямо-таки в смятение. Почти обо всех запланированных ими акциях против разведчиков Главного управления нам своевременно сообщают наши источники в федеральном или земельных ведомствах. Мы быстро реагируем и заставляем работать абвер вхолостую. На Мерианштрассе, 100 в Кельне вне себя из-за длинной полосы неудач. Даже «контроль маршрута», с помощью которого они раньше часто могли выявить агента ГДР по дороге к источнику, в последние годы оказывается недейственным.
Как бы усиленно ни контролировали, ни следили на пограничных переходах чиновники службы защиты государства, в ловушку больше никто не попадается.
Когда они пытаются войти в контакт с сотрудниками Постоянного представительства ГДР в Бонне и Торгпредства ГДР в Дюссельдорфе, мы уже знаем людей, на которых они нацелены, какие служебные и жилые помещения Они хотят прослушивать. Мы также читаем персональные досье, с трудом составленные ими, с помощью которых они хотят склонить граждан ГДР к сотрудничеству. Хранителям конституции вербовка больше не удается. А когда они думают, что получилось, то мы уже на месте.
Начальник криминального отдела канцелярии Канцлера ФРГ О.М.Энгбердинг в своей книге «Цель шпионажа — экономика», написанной в 1993 году, констатирует: «Разведслужбы ГДР совершили весомые прорывы такого рода в нашу контрразведку, что мы, собственно, могли зачислить на наш счет лишь те разоблачения, которыми нас одаривал случай или авария противника на дороге, или те, которые нам, хорошо взвесив, предоставляла разведслужба противника».
Не лучше обстоят дела у коллег из военной контрразведки. Мы располагаем там намного меньшим количеством прямых источников, нежели в других службах, зато очень хорошими контактами для получения информации от разных лиц. Эти контакты не менее эффективны. Заместитель начальника военной контрразведки ФРГ и руководитель внешней разведки полковник Йоахим Кразе рассказывает на тему работнику разведки Герберту Клоссу («Зигберт»), «свободному» журналисту, так много вещей из внутренней жизни, что военная контрразведка лежит перед нами как раскрытая книга. Ограниченные строгими конспиративными правилами внутри Министерства госбезопасности, ни мы, ни главный отдел II (Контрразведка) не знаем, что оба используем Кразе в качестве источника. Ни единого раза мы не можем вместе проанализировать поодиночке добытые данные. А многие сотрудники военной контрразведки — настоящие болтуны. Видимо, чтобы компенсировать несостоявшиеся успехи, они постоянно преступают служебные предписания для контрразведчика, а также границу ГДР Особенно они пытаются устраивать слежку в столице.
В своем обвинительном заключении против меня и других руководящих сотрудников Главного управления от 10 июня 1991 года генеральный прокурор ФРГ ссылается на экспертное заключение сотрудника военной контрразведки ФРГ (МАД) Петерсена от 18 февраля 1991 года: «Эксперт пришел к выводу, что подразделения Главного управления разведки при использовании своих сведений, полученных в результате мероприятий по шпионажу, были в состоянии внедряться в контрразведывательные и превентивные мероприятия военной контрразведки ФРГ и проникать в разведывательные операции МАД В соответствии с этим нужно исходить из того, что, начиная примерно с 1983 года, МАД, ссылаясь на разведслужбы ГДР и СССР, не мог более в достаточной мере выполнять свои обязанности по контрразведке».
И не только это! Службы ФРГ, в отличие от нас, не выполнили также свою конституционную обязанность.
Надо
