Собственное тело казалось мне странным, словно новым. Почти как в тот момент, когда я стала сиреной, – я ждала боли, но все онемело. За долгие годы я привыкла к отсутствию ощущений, и такое состояние стало нормальным и удобным. Но сейчас мне было намного лучше, чем просто удобно. Даже лучше, чем хорошо. Меня одолевало болезненное, безымянное чувство. По коже медленно разливалось обжигающее покалывание. Веки налились тяжестью. Губы приоткрылись.
Лицо Акинли тоже изменилось. Выражение походило на вчерашнее, но стало более глубоким и голодным. Наверняка он знал, что я чувствую. Мне самой до боли хотелось узнать, что именно. Я умирала от желания спросить.
– Кэйлен, – прошептал он. – Я знаю, ты не можешь сказать «нет». Если захочешь, дашь мне потом пощечину.
Он наклонился, медленно сокращая расстояние между нами, и поцеловал меня. Покалывание накатывало волнами, но волнение отодвинулось на задний план. Я молилась про себя, чтобы не издать ни звука. Буду вечно благодарна судьбе, если смогу удержаться. Наконец-то случился мой первый поцелуй, но я слишком боялась, чтобы по-настоящему им насладиться. Я вся сжалась и переживала, что Акинли решит, будто мне не нравится. Но я же совсем не хотела ему отказывать! Меня все устраивало. Я хотела еще. Болезненное, радостное жжение и помогало, и все портило.
Его губы были теплыми и мягкими. Он был таким сильным, но обращался со мной бережно. Поцелуй вышел ненавязчивым, скорее медленным и уверенным. Миг окончился, Акинли отодвинулся и выжидающе заглянул мне в лицо, словно хотел убедиться, что не сделал ничего противозаконного. Снова заиграла новая мелодия.
Я выжила. Не издала ни звука. Акинли не пострадал, меня поцеловали, и Она ничего не подозревала. Я осознала все это в одну секунду, и сердце заколотилось. Огонь продолжал бушевать в крови. Поцелуй его не пригасил. Тяжело дыша, я прикусила губу. Акинли заметил мой восторг и поцеловал меня снова.
Еще в самом начале он запустил руку мне в волосы, а сейчас и я зарылась всеми пальцами в его. На затылке волоски были совсем мягкими. Мне вспомнился заяц, к которому мне однажды удалось подобраться и погладить. Чтобы дотянуться до губ Акинли, мне пришлось встать на цыпочки. Он снова обнял меня за талию и прижал к себе. Целоваться стало легче, и мы не отрывались друг от друга.
Один поцелуй вел к другому. Незаметным усилием Акинли раздвинул мои губы, и я ощутила во рту его дыхание. Он тихо застонал. Звук подействовал на меня как небольшое землетрясение. Повинуясь пробегающей по телу дрожи, я теснее прижалась к нему. Наши языки нашли дорогу друг к другу. Я растеряла все доводы, которые могли бы остановить меня.
Наоборот, мне хотелось позабыть обо всех манерах. От желания колени подкосились, и на миг я чуть не упала. Но Акинли подхватил меня и снова прижал к себе. За ту секунду, что мы разделились, я от удивления открыла глаза. Я встретилась взглядом с Акинли и почувствовала головокружение.
Секундная пауза его не замедлила. Не успела я перевести ненужное, в сущности, дыхание, как он принялся целовать меня заново. Ноги отказали, и мы опустились на одеяло. Акинли бережно уложил меня, сам остался сверху и продолжил поцелуй. Затем его губы оставили мои и заскользили по шее. Я слышала свое прерывистое дыхание, но ничего не могла поделать. «Ни звука! – приказала я себе. – Только ни звука!» Губы Акинли нежно двигались вдоль моей челюсти, и он поцеловал меня за ухом. Я сама удивилась, когда вцепилась ему в спину. Кажется, ему понравилось. Он подвинулся, рука соскользнула с одеяла на влажный песок, и вскоре этот песок оказался на моем платье. «Прости, Джулия». Акинли издавал восхитительные тихие стоны, и я так желала к нему присоединиться. Я надеялась, что молчание не скрывает, как сильно я его хочу.
Много лет, вплоть до сегодняшнего дня, я считала, что ничто не может сломить мое несокрушимое тело. Как оказалось, я была неправа.
В глубине души я нервничала, что руки Акинли забредут в неположенные места, но они не отрывались от моих волос и спины. Мне нравилось и то и то. Да, он зашел слишком далеко для первого свидания, но вел себя как настоящий джентльмен. Я крепче прижала его к груди. Пальцы превратили его волосы в воронье гнездо, а сейчас по своей воле тянули за рубашку. Мне хотелось большего. Я даже не представляла, что способна на такое.
Вспомнились десятилетия, когда я мечтала о первом поцелуе. Все мои безликие мечты были лишь приятным времяпрепровождением. Обычный поцелуй меня бы не устроил. Мне был нужен только этот мужчина, которого я любила всеми фибрами души. Я не желала, чтобы когда-нибудь меня целовал другой. Я хотела, нуждалась только в Акинли.
Если песня закончилась, то на сей раз я пропустила смену. Моя нога сама по себе легла поверх его, устроив своеобразную ловушку. В ответ Акинли еще крепче прижал меня к себе. Медленно потерся об меня. Я пережила еще одно землетрясение. Он пах водой, травой и воздухом. Пах живым. Его рот был невообразимо вкусным – вкуснее пирожных. И я впитывала все это, а Океан плескалась в ярде от нас и ничего не подозревала. Потом я жестоко поплачусь. Если даже Она не накажет меня, то изведет тоска. Я не смогу остаться с Акинли.
Но… А вдруг… Может быть, я смогу.
Я лежала на одеяле, наполовину прикрытая телом Акинли, и думала: я столько всего успела сделать в жизни. Наверняка найдется способ все устроить.
Его губы снова двинулись к моему уху, целуя по пути возбужденную кожу.
– Кэйлен… Останься со мной. Не уходи. Если за тобой кто-нибудь приедет, то так тому и быть. Но если нет, я бы хотел, чтобы ты осталась. Останешься?
Я отстранилась, чтобы заглянуть в его лицо. Он выглядел взволнованным. Может, боялся, что сказал слишком много.
«Я хочу остаться с тобой навсегда, – подумала я. – Я люблю тебя. Люблю так, как никого не любила. Я сделаю для тебя все, что пожелаешь».
Слова промелькнули у меня в голове мгновенно, и я сразу поняла, что это правда. Вся моя броня рассыпалась в один миг. Стены разлетелись на куски. Я принадлежала Акинли и не могла ничего сделать, чтобы освободиться. Мне вспомнились рассказы о людях, которые его покинули: родители, а потом девушка. Я не могла так поступить и не стану. Что бы он ни попросил, он это получит.
Я кивнула.
Двигаясь уже медленнее, его губы снова накрыли мои. И я поцеловала его в ответ. Мы целовались, пока губы не занемели.
Глава 10
С удивлением я обнаружила, что Акинли был прав. Наша обувь стояла на месте. Обувались мы в тишине. Девочки с магнитолой сдались намного раньше нас. Акинли поцеловал меня напоследок, перед тем как завести двигатель своей любимой «Бесси». По дороге домой я крепко держалась за него. В легком ветерке, поднятом мопедом, я чувствовала себя живой и старалась навсегда запечатлеть в памяти обуревавшие меня чувства.
