рюкзак и вышел из офиса.
Я проводил его взглядом, потер глаза и наконец вспомнил про музыкальную шкатулку на своих коленях. Недолго подумав, я повторил действия, свидетелем которых только что стал: завел музыкальный диск, взял балерину и прислонил ее к тонкой золотой поверхности. Сработало! Куколка закрепилась так, словно ее танец вокруг основания никогда не заканчивался. Я услышал щелчок и заметил миниатюрное отверстие, которое открылось по центру. Солдатик занял свое место. Джим был прав – перерождение произошло.
Одна из загадок была решена.
Я поднялся, собираясь с духом. Сегодня ехать домой не было никакого смысла, да и спать я теперь не собирался.
У меня было дело поважнее: разобраться с предполагаемым мародерством в и так изрядно пострадавшем доме и поймать преступника за руку.
* * *
Во время моей поездки в такси за окном начало светать. Водитель вез меня неторопливо, но дорога за город была ухабистой, поэтому о мою ногу то и дело ударялся пакет с артефактами.
Я взял с собой шкатулку, канделябр, кофемолку и фонарь, подаренный Гордоном. До конца не осознавал, зачем именно, но чувствовал, что наличие этих предметов поможет мне в грядущем разоблачении на месте.
Моя мотивация ехать в МёрМёр прямо сейчас была простой. Я боялся, что, переспав со своими мыслями, уже не рискну отправиться на поиски правды. Достаточно смелым назвать меня было нельзя, но стремящимся к справедливости – безусловно. В голове не укладывалась мысль о том, что наша команда может вести работу над этим сомнительным проектом при помощи косвенного мародерства! Но без весомых доказательств заявлять о своих догадках я бы никогда не решился. Отсутствие сна играло мне на руку. Никакого страха или стресса я не чувствовал. По крайней мере, пока.
Ход моих мыслей прервал таксист:
– Сэр, там закрытая территория. Я смогу остановиться только в километре. Вы сможете добраться сами?
Я хорошо запомнил, где именно парковался Константин, а потому думал, что смогу сориентироваться на местности даже в сумерках. Кроме того, чем дальше остановится машина, тем безопаснее для меня. Если этот шалопай Гордон все еще был на месте, такого скорого вторичного визита он бы точно не понял. А придумывать причины приезда и писать параноидальные сообщения болеющему реставратору в мои планы не входило. Почему-то я был уверен, что смогу осмотреться быстро и найти какие-то улики в самый короткий срок. Но вот что делать с ними потом – еще не придумал.
– Конечно. Я знаю дорогу, – оставалось надеяться, что такой вежливый ответ усыпит бдительность таксиста.
Ехать оставалось еще около десяти минут. Пакет подозрительно позвякивал, и я решил проверить, как мой новый винтажный фонарь чувствовал себя в соседстве с другими вещами. Покидая офис, я столкнулся со странной мыслью о том, что современный гаджет на батарейках хоть и осветит дом лучше, но привлечет намного больше внимания. Поверив своей интуиции, я взял свежую свечу из декораторской, спички и подарок, с которым меня еще вчера отпустил дом Бодрийяров.
Несмотря на всю мою решительность, подкрепляемую депривацией сна, в идее самой поездки меня смущало несколько моментов. Первый представлялся мне как громкий, грозный вопрос от моего начальника Боба, и звучал он не иначе, как: «Куда ты лезешь?!». Поэтому всю дорогу я пытался сформировать адекватный ответ и, казалось, все-таки его нащупал. Я бы сказал: «Мы и так наживаемся на чужой трагедии и не имеем понятия, в курсе ли об этом современные Бодрийяры, которые уже имеют право подать на нас в суд за этот проект, так еще и участвуем в грабеже среди бела дня, оплачивая его вашими же деньгами. Незнание о том, что эти вещи ворованные, не освобождает нас от ответственности. Я обязательно постараюсь и найду те аналоги, что устроят мистера О». В реальной ситуации мой ответ не звучал бы так стройно, но, по крайней мере, я надеялся на то, что смогу оформить его письменно.
Второй проблемой становился «призрак», который жил на втором этаже особняка. Что-то мне подсказывало, что эту мертвую женщину я интересовал особенным образом, а значит – сегодня мы могли встретиться вновь. Была ли хозяйка дома лишь плодом моего воспаленного воображения или же представляла собой первое живое подтверждение существования призраков – все одно. В коммуникациях с ней приятного было мало. Я успел придумать, что мог бы сказать Ангелине Бодрийяр, если бы она, конечно, стала меня слушать: «Здравствуйте, извините пожалуйста, я пришел без приглашения. Но я здесь, чтобы защитить честь и имущество вашей семьи, хоть вам уже и все равно, наверное»… Дальше продумывать речь я не стал, потому что знал, что на середине первой фразы Ангелина дожует мою ногу и будет слишком занята туловищем. Эти обстоятельства, в силу полного отсутствия ценности собственной жизни, мою психику также устраивали.
Третьим, особенно беспокоящим меня эпизодом, была причастность Мистера О ко всей текущей ситуации. В моих планах обязательным пунктом стоял отчет заказчику о мародерстве, если я, конечно, смогу его доказать. Но что если наш Мистер Буква все-таки являлся подельником этого Сэма и про украденный антиквариат давно знал? Тогда бы я, наверное, написал ему: «Вы что, дяденька, дурак что ли, зачем вы покупаете такой дорогущий хлам сам у себя?» На этом моя фантазия заканчивалась, потому что такая версия казалась совсем невероятной. В конце концов, О оплачивал этот проект. Закрывать такой огромный, по словам Джии, чек из своего кармана ради того, чтобы… Ради чего? На этот вопрос адекватного ответа у меня не было, поэтому вероятность причастности заказчика казалась мне мизерной.
Таксист мягко притормозил, и я поблагодарил его за поездку. Дождавшись, пока машина отъедет, я достал фонарь из пакета. Стараясь оставаться мобильным, на самый крайний случай, я взял светильник и спички в одну руку, а сумку с артефактами – в другую. Никого на территории дома видно не было. Но я смотрел издалека, а Гордон мог бродить за особняком, как в прошлый раз. Поэтому я принял решение пригнуться и двигаться медленно и аккуратно, скрываясь за кустами ракитника, пока, наконец, не достигну крыльца.
На половине пути я вспомнил, что собирался ввести телефон в авиарежим перед тем, как войду внутрь. Вдруг этот дылда-смотрящий предпочитал начинать свой рабочий день на этой салатовой кухне? Любое случайное уведомление могло выдать меня и подвести в самый неподходящий момент. Отключив и спрятав гаджет поглубже в задний карман джинсов, я двинулся дальше. Чем ближе я подбирался к дому, тем тише шел. Когда до крыльца было рукой подать, я перешел на
