тюрьме. Сколько лет вы сидите в этой башне? И каждый день служите сами себе тюремщиком.
— Нет!
— Да, Ваше Величество, да. Вы так привыкли быть пленником? Или не в силах выйти на свободу? Почему вы не покинули эти стены?
Лич глухо застонал и отступил от меня на шаг.
— Ваш брат давно умер, а вы по-прежнему выполняете его волю. Значит ли это, что он победил вас?
— Н-неправда! Я… Я мщу ему…
С каждым словом он пятился и пятился назад, а я шёл за ним по пятам и продолжал говорить.
— Оставаясь пленником, как он этого и желал. — Я выплёвывал слова ему в лицо. — Вы до сих пор его пленник, Ваше Величество. Каждый день, думая о мести, вы остаётесь всё тем же заключённым. Где ваша свобода?
— Ложь… Она…
Я зажал лича в угол и бросил ему в лицо последний аргумент.
— И что хуже всего, вы даже не подумали снять маску. Брат по-прежнему заставляет вас скрывать своё лицо. Вы в его власти.
— Нет, — лич шептал так тихо, что я едва его слышал. — Нет, неправда. Он умер, он больше не властен надо мной. Я свободен, я…
— Если так, то покажите себя. Снимите маску и дайте мне взглянуть на лицо настоящего короля.
Он захрипел и попытался оттолкнуть меня. С тем же успехом он мог попытаться сдвинуть всю башню целиком. А за спиной я слышал тихие шорохи — Киж и Анубис подошли ближе и молча наблюдали за этой сценой.
— Снимите маску, Ваше Величество.
— Я не могу. — Огонь в глазах лича почти потух, и я мог видеть уставшие человеческие глаза. — Не могу…
— Позвольте мне помочь вам.
Он дёрнулся от моего прикосновения. Ему стоило огромных усилий, чтобы не вырваться и не убежать прочь. Дрожа всем телом, он прислонился к стене, опустил руки и только тихо скулил, как побитая собака.
Железные обручи, охватывающие голову лича, давно превратились в ржавую труху и рассыпались под моими пальцами. Маска осталась у меня в ладонях, и я медленно отнял её от лица узника.
— Вот и всё, Ваше Величество.
Я опустил маску, открывая ему лицо. Он был похож на своего брата-близнеца, которого я видел на портретах в Версале. Только бледный, весь в морщинах и глубоко несчастный.
— Вы свободны, Ваше Величество.
Он выдохнул и неожиданно улыбнулся. Доброй искренней улыбкой.
— Свободен. Наконец-то свободен.
Смех покатился по коридорам башни, звонкий и оглушительно громкий.
— Свободен!
Будто ветер налетел на него. Взметнул седые волосы, подхватил его крик и потащил дальше. А следом лич начал таять, распадаясь прахом, который уносил ветер.
— Спасибо…
Это было его последнее слово перед тем, как его душу подхватил Анубис и увёл за грань.
* * *
— Константин Платонович, — Киж заглянул мне через плечо, — вы бы бросили её. Даже я чувствую, как она фонит темнотой.
Железная маска в моих руках и правда была крайне неприятным предметом. Ужас, страх и тьма буквально сочились из неё, словно чёрная жижа. Смерти сотен людей, убитых личом в башне, напитали её страшной силой.
— Бросать её здесь нельзя. А то в башне появится новый обитатель, похуже предыдущего.
Уничтожать маску я не торопился. У меня в руках был поразительный магический предмет, обладающий весьма интересными характеристиками. Если очистить её от тьмы, подправить течение эфирных потоков и поставить некоторые Знаки, то может получиться уникальный артефакт.
— Дмитрий Иванович, сможешь найти свинцовый ящик для неё?
— Ммм… Час подождёте? Мне придётся наведаться к одному мастеру в городе. Кажется, я видел у него что-то похожее.
— Да, конечно. Только поторопись, не хочу задерживаться здесь надолго.
— Я мигом, Константин Платонович. Одна нога тут, другая там.
Киж двинулся к выходу, на ходу накидывая на себя «плащ мертвеца».
Пока его не было, я не стал праздно сидеть и обследовал башню. И в одной из комнат нашлась настоящая сокровищница. Целая гора золотых монет, оружие и драгоценности. Взглянув на них поближе, я с удивлением обнаружил, что всё это очень старое. Деньги были отчеканены несколько веков назад, никаких сабель и палашей — только мечи, которые использовали ещё в рыцарские времена. А золотые украшения были массивные, но слегка грубоватые. Похоже, лич нашёл в башне старый клад, спрятанный в давние времена. Любовался он им, что ли?
— Ого! А вы время зря не теряете! — Киж неожиданно появился рядом со мной и протянул шкатулку. — Вот, из свинца, как и заказывали.
Пока я упаковывал маску, Киж едва ли не обнюхал сокровища и спросил:
— Константин Платонович, это ведь наша добыча, верно? Башню мы освободили, лича ликвидировали, так? А значит, имеем право забрать всё себе. Не думаю, что кто-то знает об этой комнате.
— И как ты себе это представляешь? Я выйду и скажу коменданту: подгоните сюда карету, я буду грузить в неё золото? Это всё моё, просто из кармана выпало?
— Ой, Константин Платонович, вы всё усложняете. Я сам всё организую, только вы ещё посидите здесь пока, хорошо? Ничего сложного, тут работы на полчаса, не больше.
— Ладно, уговорил, — я рассмеялся, — у тебя полчаса на всё про всё.
Не то чтобы мне прямо требовалось это золото, но в хозяйстве лишние деньги не помешают. Будем считать его честной платой за выполненную работу некроманта.
Глава 24
Генеральные штаты
Меня всегда удивляла тяга Кижа к золоту. Ну вот скажите, зачем мертвецу деньги? Ан нет, надо — и всё тут. Он ведь даже не для себя, а мне в карман, и всё равно тащит любые деньги, если они плохо лежат без хозяина. Вот и золото из башни лича Киж на себе вынес всего за час, вызвав на соседнюю с Бастилией улицу экипаж из особняка. Так и бегал под «плащом» с мешками мимо стражи.
Этот час я тоже не бездельничал. Взял middle wand и на первом этаже башни нарисовал сложную связку из Знаков.
— Константин Платонович, я закончил.
— Да, сейчас, подожди пару минут.
Я дорисовал последние эфирные линии, оглядел своё творение и спрятал Нервного принца.
— Всё, поехали.
— Константин Платонович, а это зачем? — Киж кивнул на Знаки.
— Пойдём, по дороге расскажу.
Когда мы вышли из башни, то нас встретил только сержант
