в той комнате с письменными столами, через которую они с Дюко пробрались тайком.
— Как выглядит жетон?
— Поймешь, когда услышишь нужные слова. Если твои силы действительно предопределены богиней — как и мое правление, — тогда у тебя не будет проблем с поиском того, что нас удовлетворит.
— Конечно, — сказала Эйра с блаженной улыбкой. — И… какую перепалку я слушаю?
Его глаза слегка сузились, и Избранный, казалось, раздумывал, стоит ли ей говорить.
— Ты, вероятно, услышишь упоминание имени Денея. Это должно быть все, что тебе нужно знать. Пусть твоя вера ведет тебя ко всему остальному.
Денеи? Каким образом Денея была вовлечена во все это? Эйра постаралась сохранить умиротворенную улыбку на своем лице.
— Я понимаю. Моя вера будет направлять меня.
— Хорошо. Потому что, если ты потерпишь неудачу, мы будем вынуждены вершить над тобой Ее праведное правосудие.
— Я не потерплю неудачу.
— А если ты попытаешься рассказать кому-нибудь о нашей организации… наказание падет не только на твою голову. Другие участники из Соляриса также пострадают из-за твоего предательства.
Они не являются частью этого! — хотелось закричать Эйре. Вместо этого она сказала:
— Понимаю.
— Надеюсь, что ты это сделаешь, Эйра. Мы очень верим в тебя. Но это риск, на который мы идем сознательно. Столпы — это фундамент Райзена. Нас можно найти в каждом доме, в каждой организации, в каждом рыцарском ордене и в каждом поместье.
Поместье участников оказалось не таким безопасным, как все думали. По крайней мере, как поняла Эйра, это было то, что скрывалось под его словами.
— Я не предам вашего доверия. Я видела свет и не желаю возвращаться во тьму.
— И ты сделаешь все, чтобы быть достойной?
— Все, что угодно.
— Хорошо. — Избранный восседал на своем троне. — Скоро ты уснешь, Эйра. И когда ты проснешься, это будет не более чем сном. Твоя правда будет заключаться в том, что ты была взята в плен двумя морфи, которые заманили тебя. Они хотели дать своим участникам преимущество, потребовав, чтобы Солярис не участвовал.
Даже в ее легендарной истории Столпы пытались разорвать договор, посеяв сомнения между королевствами.
— Теперь ты должна выглядеть так, будто побывала в плену, а не жила в нашей щедрой безопасности и гостеприимстве. — Избранный поднял руку и щелкнул пальцами.
Это движение послужило сигналом для других Столпов в комнате. Они стремительно надвигались на нее, окружая со всех сторон. Ферро первым нанес удар. Он без предупреждения пнул ее в бок. Эйра упала на пол. Ошеломленная, она моргнула, и лицо Ферро возникло в ее поле зрения.
— Не издавай ни звука, — прошептал он с улыбкой. — Если ты это сделаешь, мы узнаем пределы того, что ты можешь вынести ради своей богини.
Эйра сжала губы, когда он погладил ее по щеке.
— Да, именно так… Хорошая девочка. — Его пальцы запутались в ее волосах, и он дернулся вверх, ударив ее лицом о пол.
Она потеряла сознание.
Эйра со стоном проснулась. Ее голова болела до самого позвоночника. Ее ребра были в синяках, и ей было больно дышать. Мир был размытым и тусклым, и требовалось слишком много времени, чтобы сфокусироваться. Она облизнула потрескавшиеся губы, ощутив вкус крови.
Паника охватила ее, когда она попыталась пошевелиться и обнаружила, что не может. Сначала она подумала, что они сломали ей кости или что-то похуже. Но когда ощущения вернулись к ее телу, она почувствовала, что ее запястья и лодыжки связаны.
Её связали веревкой и оставили на каком-то складе. Вокруг неё было всё необходимое для укрытия — еда, постельное белье, одежда, но вокруг никого не было.
Медленно вдохнув, Эйра обмотала магией запястья и лодыжки. Веревки натянулись на льду, изнашиваясь и разрываясь в ту секунду, когда она протыкала их ледяными копьями. От одного этого усилия у нее перехватило дыхание. Ее голова пульсировала при каждом движении.
В тот момент, когда она встала, ее стошнило на колени. От этого процесса у нее заныли ребра, и боль ослепила ее, а перед глазами вспыхнули звезды. Эйра вытерла рот тыльной стороной ладони, подавляя рыдания. Она не могла плакать. Ей было слишком больно делать это прямо сейчас.
Попробовав еще раз, Эйра на этот раз поднялась на ноги. Одна лодыжка едва поддерживала ее, и ей пришлось ковылять, используя ящики и сундуки для устойчивости. Она находилась на самом верхнем этаже здания. Эйра стояла наверху лестницы, покачиваясь. Если она попытается спуститься по ней, то споткнется и свернет себе шею.
Вместо этого она села, используя все силы, которые смогла собрать, чтобы создать ледяную горку. Ее первая попытка была слишком быстрой, и Эйра ударилась о лестничную площадку достаточно сильно, получив небольшую контузию. Ее вторая попытка оказалась лучше. Ей удалось вызвать сугроб в третий раз.
Она была на втором этаже, переводя дыхание, цепляясь за стену для поддержки, когда ее внимание привлек патруль королевских рыцарей. Эйра, не колеблясь, разбила оконное стекло. Суматоха привлекла их внимание, и Эйра высунулась наружу из разбитого окна, закричав:
— Помогите! Помогите, пожалуйста!
Глава семнадцатая
М
аф — заклинание «Световорота», блокирующее боль. Халлет, рута, сот, тофф — лечащие заклинания. Лофт нот… спать. По крайней мере, то что поняла Эйра, и это были последние два слова, которые она услышала перед тем, как погрузиться в глубокий сон без сновидений.
Первые несколько часов после того, как ее нашли солдаты, Эйра провела в состоянии умственной отсталости. Все от боли было как в тумане. Остальное время она спала и просыпалась под присмотром разных целителей, посещавших ее.
Однако на этот раз она проснулась и почувствовала себя на удивление хорошо… по крайней мере, сравнительно. В фокусе оказался знакомый потолок ее комнаты в поместье участников, лунный свет окрашивал пространство серебром. Тяжесть одеяла на ней, пейзаж за окном… этого было достаточно, чтобы она задохнулась от эмоций и сморгнула слезы.
Тем не менее, в промежутках между закрытием век, ее сознание металось туда и обратно, то она тут, то в плену. В какой-то момент из ее окна была видна река, извивающаяся через Райзен. В следующее мгновение, словно вспышка молнии в темном небе, она видела ту ужасную иллюзию, которую они создавали перед ней в течение нескольких дней в крепости Столпов.
Приглушенный разговор за дверью отвлек ее от колеблющихся искажений. Эйра села, слегка покачивая головой, пока, в конце концов, у нее все не сфокусировалось. Ее живот ее не тревожил, зрение не туманилось. Целители Меру сотворили
