у вас теперь есть выбор. Или вы работаете на нас, или…
Он замолкает, позволяя мне самому додумать.
— О, я люблю такие моменты! — ликует Зир. — Давай, Демид, скажи что-нибудь умное.
Улыбаюсь. И в этот момент дверь за моей спиной закрывается с глухим щелчком.
Прохожу в глубь кабинета, устраиваюсь на стуле и откидываюсь на его спинку. Цепляюсь взглядом за приглушённый свет лампады под потолком.
Тень князя Александра Колтова вытянута по стене, кажется, что он распахивает плащ, скрывая под ним весь этот узорчатый ад, именуемый Палатой имперских спецслужб. Пахнет сургучом, сырым деревом, пеплом. Стены слышали столько заговоров, предательств, что и мой голос тут — лишь ещё один из множества.
Он подходит к столу и устраивается в своем кресле.
— Так что же, барон Демид Архипов, согласны вы работать на нас или?..
Князь делает паузу, наклоняется вперёд. Глаза у него ледяные, как поверхность реки перед ледоходом.
— Или?.. — лениво повторяю я, протягивая слово, будто оно благородный морс, требующий тщательной дегустации.
Колтов молчит, но этот воздух наполнен недосказанностью, и мне становится почти смешно.
Конечно, не то чтобы мне нечего терять, но, когда тебя загоняют в угол, остаётся только улыбаться и вынимать последнюю карту.
— Позвольте, ваше сиятельство, но как же так? — с преувеличенным недоумением спрашиваю я. — Работаете в спецслужбе, а просмотрели под своим носом собственную племянницу Натали?
Пауза. Её можно разрезать ножом.
Князь даже не моргает. Губы сжимаются в тонкую линию, в глазах вспыхивает не то раздражение, не то опаска.
— Натали? — переспрашивает он, чуть откидываясь назад. — Не понимаю, о чём вы, барон.
— Ах, ну конечно, не понимаете, — усмехаюсь я, облокачиваясь на стол.
— Ну, раз вы сами начали этот разговор, тогда просветите меня- почему она вернулась домой в слезах, рассказывая, будто вы поклялись ей в вечной любви, обещали жениться — свадьбу, а сегодня выставили за порог, опозорив перед всем светом? Да ещё и оклеветали её.
Я щурюсь.
— Впрочем, мне даже интересно, как вы ей верите?
Колтов не шевелится. В глазах — напряжённый холод. И я понимаю, что за этим спокойствием притаилась нечто такое, что он прячет изо всех сил.
— Вы хотите сказать, что это не так? — спокойно спрашивает князь.
— Нет, разумеется, не так, — пожимаю плечами. — Но мне интересно, как именно она вам это подала. Уж не намекнула ли, что я её едва не утопил в фонтане или не пытался закопать в саду за особняком?
— Вам смешно, барон? — тихо спрашивает Колтов, и вот теперь я вижу, что он действительно зол.
Зир, сидящий у меня на плече, вдруг захихикал в самое ухо.
— Говори, говори, Демид, а потом будешь вспоминать, как мы хрустим на допросе зубами, ага!
Поджимаю губы, прогоняя фамильяра взмахом руки, но ощущение того, что он прав, не исчезает.
Колтов скользит по мне взглядом, будто оценивая, много ли во мне ещё наглости.
— Демид Архипов, — голос его понижает температуру в комнате. — Вы утверждаете, что моя племянница лжёт?
— Утверждаю, — отрезаю я, встречая его взгляд. — И не просто лжёт, а делает это с таким мастерством, что я бы рекомендовал вам назначить её курировать допросы. Уверен, что под её чарами даже старые заговорщики начнут признаваться в том, чего никогда не делали.
Колтов медленно встаёт. Я не двигаюсь.
— Вы смеётесь, — говорит он. — Но положение ваше незавидное.
— Да неужели? — хмыкаю я. — А каково же оно?
Князь подходит ближе, склоняется над столом. Я ощущаю запах его духов — резкий, тяжёлый, властный.
— Вы ещё не осознали, барон. Всё гораздо серьёзнее, чем вам кажется, — его голос почти ласковый. — Видите ли, Натали не просто вернулась в слезах. Она, как бы это сказать… подала на вас прошение.
— Прошение? — пересыхает в горле.
— О защите, — негромко уточняет князь. — И о правосудии.
Зир на моём плече затих. Я тоже. Тишина, в которой звенит каждое слово.
— А теперь, барон Демид Архипов, — продолжает Колтов, — я повторю вопрос — вы согласны работать на нас или?..
Кровь шумит в ушах.
Я медленно откидываюсь назад, скрещиваю руки на груди. Натали, эта проклятая актриса. Как же ловко она перевернула всю партию.
— Или что? — переспрашиваю я, заставляя голос звучать спокойно.
Князь улыбается. Медленно. Хищно.
— Или вы очень скоро пожалеете о своём отказе.
Зир вскрикивает мне в ухо.
— Вот и доигрался, барон! К чему приводят твои шутки!
Сжимаю кулаки под столом. Чёрт возьми. Вот это шах и мат?
Сижу напротив князя Александра Колтова, этот старый лис изучает меня взглядом, словно раздумывает, какую цену можно назначить за мою душу. За его спиной — тяжелые портьеры, за окнами — ночь, подсвеченная холодными звездами.
В углу, на пузатом кресле, развалился фамильяр Зир. Скелетная лапа лениво почесывает хищную пасть, в желтых глазах пляшут насмешливые искорки.
— Ну что ж, барон, — наконец говорит князь, складывая руки на груди. — Если вы согласитесь работать с нами, то должны направить все свои силы на общее дело.
Я вскидываю бровь.
— Общее дело? Какое именно?
Колтов улыбается. Эта улыбка вызывает у меня раздражение — словно я уже сижу в расставленной ловушке, но ещё не осознал, что выхода нет.
— Вам необходимо пустить все добытые кристаллы на ваших землях в предприятия, которые займутся их обработкой, — голос его ровный, уверенный, будто он читает уже подписанный манифест. — вам предстоит предприятия запустить, которые будут заниматься извлечением зерен — источников магической энергии. Манны.
Чувствую, как напрягаются мышцы. Магическая манна — ресурс стратегический, дорогой. Я как раз сегодня собирался заниматься этими вопросами.
А этот старый черт опередил меня, пытается лапу наложить на мои ресурсы на старте, когда я едва успел вступить в свой статус главы рода Архиповых и землевладельца.
А может… Он ранее имел договоренности с дядей Захаром? А тут я.
— В Совет Директоров войдут те аристократы, которых я укажу, — князь слегка склоняет голову набок, наблюдая за моей реакцией. — Включая меня самого, разумеется.
Зир хмыкает в углу.
— Кажется, нас только что ограбили, мой дорогой Демид. Бесславно, нагло и с улыбкой.
— Взамен, — продолжает князь, будто не замечая моих едва скрытых эмоций, — мы обеспечим инвестиции, возьмем на
