размеры, выглядит как детский? И над этим педальным чудом колыхался водный пузырь — я могу находиться в нем два часа, затем запас растворенного кислорода кончится, и рыбка сдохнет — в смысле, покрутит педали на выход. Но я и ко входу-то не собирался… Отдав две медные монеты — ну да, я ведь арендую, а не покупаю трехколесное убожество — я уселся и, не обращая внимания на сдавленные смешки, въехал внутрь. К главному входу в трактир, увенчанному большущей вывеской «У Аквальтуса», я подъезжать не стал. Я помнил указания паука Дроса и рванул по объездной узенькой тропинке, удивленно поглядывая по сторонам — кусты малиновые и смородиновые, какая-то обыденная редиска на грядках, а вон укроп скучно куксится… а где же яркие подводные краски? Где безумное мельтешение разноцветных рыбешек? В чем вообще отличие сухопутного мира Вальдиры от мира реального? То же самое!
Блам…
Из разлетевшегося окна мне под колесо выпал огромный полуорк, что вонзился клыками в дорожку и замер, удерживая на весу одной вывернутой за спину ручищей тележное колесо, утыканное горящими свечами. В середке колеса, скрестив ноги, сидела и заливалась хохотом полуобнаженная эльфийка с едва прикрытой грудью и двумя здоровенными тесаками в руках. Тесаки были хрустальными, и внутри них метались яркие светлячки. Шустро объехав внезапную преграду — едва не раздавив рыкнувший на меня укроп — крутя педали, я вынужденно признался: может, и есть отличия… может, и есть… но небольшие…
Черный вход оказался за углом и представлял собой низкие широченные воротца, охраняемые спящим дедком с короткой и задранной кверху пегой бородкой. Приподняв край соломенной шляпы, он вопросительно на меня воззрился единственным налитым кровью оком, которое к тому же было расположено там, где должна бы находиться переносица.
— А вы… — удивленно вякнул я.
— Дистрофик я. Потому и мелкий, — старичок с бородкой показал в усмешке большие заостренные зубы. — Чего тебе?
— Доставка посылки, — бодро отрапортовал я, чувствуя себя последним идиотом на этом велосипеде — Доставка трактирщику Аквальтусу.
— Давай. Я передам.
Моя рука рефлекторно дернулась, но я тут же опомнился и решительно качнул головой:
— Нет уж. Из рук в лапы и никак иначе.
— Тогда приходи завтра спозаранку. Сейчас господин Аквальтус занят.
— Да вижу, — покосился я назад, где вылезшая из окна длинная волосатая паучья лапа легко сгребла полуорка вместе с тележным колесом и втащила обратно в помещение.
— Ну, раз видишь, жабровый чужеземец, то и кати себе…
— Сегодня, — припечатал я. — Посылка срочная. От паука-дрэнга Дроса, что живет в Приглубье.
— Жди здесь, — бросил поднявшийся одноглазый дистрофик и исчез за дверью. Оттуда эхом донесся его удаляющийся голос: — И не трогай больше мандрарасторопшу! Нервная она! Все гибриды такие…
— А-га… — кивнул я закрытой двери. — Понял…
Избегая глядеть на ожившие грядки, но задумчиво уставившись на трех дрыхнущих пестрых кошек, я провел следующие пару минут в тихом спокойствии. По земле и шелестящей листве ползли мерцающие солнечные пятна, которые пробили себе путь через водный слой. Довольно часто следы солнечных лучей вдруг пропадали — их перекрывали темные силуэты скользящих наверху лодок и внушительных по размеру парусных кораблей. Там, над СэдСэндс, прямо оживленно — и это не удивительно, ведь Акальроум совсем рядом. Мне с невероятной силой захотелось продолжить свой «туристический» вояж, но усилием воли я сдержался. Потом будем полузатопленными древними красотами любоваться — как обещал один из виденных мной в книжной лавке потрепанных буклетов.
— Путник добрый.
В голосе нависшей надо мной многоглазой туши ничего доброго не ощущалось. А вот холодная бесстрастность насекомого прямо давила, заставляя почувствовать себя мелкой рыбешкой. Но я не поддался. Встав со своего «велика», я достал посылку. В мой водный пузырь бесцеремонно вонзилась паучья лапа, которая подцепила сверток и тут же убралась за дверь, предварительно пронеся посылку перед несколькими немигающими глазами. Видимо, итог осмотра оказался удовлетворителен — я получил сообщение о выполнении задания, а мне в водный шар «воткнулась» другая лапа, удерживающая обрывок веревки с узелками.
— Доставка завершена. Ты справился, юный чужеземец Бульквариус, можно просто Бульк.
— Спасибо, — улыбнулся я, сумев не показать удивления от того, как много знал обо мне паук-трактирщик.
Бьюсь об заклад, что вся информация была каким-то образом «записана» на перетягивающем посылку шпагате. Почему? Да потому что прямо на моих глазах Аквальтус небрежно бросил к забору обернутый знакомой развернувшейся бумагой кирпич! Без паучьего шпагата с узелками и воздушными пузырьками.
Кивнув и не став задавать уточняющих глупых вопросов в стиле «а кому отправится эта подозрительная веревка, уважаемый, и не было ли в посылке чего незаконного?», я развернулся и покатил прочь. И пока не добрался до угла трактира и не свернул за него, я буквально спиной ощущал множество сверлящих меня взглядов — и все они исходили от одного многоглазого огромного паука. Что ж… пусть сверлит на здоровье. Пусть подозревает. Возможно, я самый необычный игрок Вальдиры, но в этой подвернувшейся возможности меня абсолютно не интересуют чужие тайны. К морскому дьяволу все ваши тайны и секреты. Лично меня волнуют только деньги. И если я прорвусь через «паучье испытание», то, может, и дотянусь хотя бы до нескольких золотых — а они мне очень нужны! Мои собственные запасы монет стремительно тают, а спонсируемые начинания не приносят пока ни малейшего дохода. Мне срочно нужны денежные вливания, пока я не потонул! Хотя стоп… я же не могу утонуть. Тогда мне срочно нужны деньги, пока я не всплыл кверху пузом!
Пока размышлял и сам себя подбадривал, успел покинуть воздушную территорию, сдать «велосипед», задать пару вопросов и откланяться. Узнав, где находится ближайшая магическая лавка, я заспешил туда, коря себя на ходу — забыл сразу купить второй свиток телепортации. Так спешил, что мысли об обратной дороге вылетели из головы.
Но моя оплошность позволила насладиться поистине удивительным зрелищем.
Сначала я, как и все жители и гости сего мирного городка, расположенного на песчаной отмели, услышал долгий вибрирующий звук. Звук странный — громкий и почти неслышимый одновременно. Он больше ощущался, чем слышался. Но это было лишь начало. Следом мы все почувствовали мягкий… шлепок? Кто-то будто хлопнул меня по макушке и плечам — как подушкой ударили. Не сняло ни единого хита жизни, не изменился и мой статус — я сразу проверил, испугавшись, что это атака невидимого врага, пытающегося украсть драгоценный веревочный обрывок. Но потом я увидел замершую в удивлении улицу и тоже поспешно вскинул лицо к водной поверхности. Как оказалось, там и происходило все самое интересное.
Похоже, над городом проходил здоровущий военный
