– Наверное, мне следовало сначала посоветоваться с тобой.
Господи! Вот уже пять лет, как Уил ни с кем не советовался, даже с Клайвом, принимая все решения самостоятельно. Но теперь он понял, что ему придется считаться с мнением Бланш, особенно, когда дело будет касаться непосредственно ее самой.
– Скоро тебе понадобятся более теплые вещи. Ноябрь – отвратительный месяц.
– Ноябрь?!
Боже, она совсем потеряла счет времени!
– Только не говори, что уже ноябрь.
– Еще нет, – успокоил ее Уил. – Пока еще октябрь, семнадцатое, кажется. Если хочешь, я могу заглянуть в судовой журнал.
– Семнадцатое? – глаза Бланш расширились. – Уже семнадцатое?
Уил уловил смятение в ее голосе.
– Почему тебя это так тревожит. Это какой-то особенный день?
– Нет. То есть… Господи, два дня назад мне исполнилось двадцать!
– Хочешь, мы отпразднуем твой день рождения сегодня? Вертляк испечет торт, – виновато пробормотал Уил. – Как обычно проходили твои дни рождения, Бланш? Какой ты хочешь подарок?
– Скучно. Я ненавижу этот никчемный праздник. Хотя… в этот раз все по-другому. А подарок от тебя я уже получила, очень приятный.
Бланш игриво улыбнулась Уилу.
Страстно прильнув к ней губами, он жадно поцеловал ее, затем сорвал платье и набросился на Бланш, как самый настоящий изголодавшийся по женщине пират. Бланш выскользнула из его объятий и подбежала к открытому сундуку.
– Я уже давно сгораю от любопытства, – призналась она, доставая оттуда экзотическую женскую одежду. – Интересно, как это надевают? – Бланш повертела в руках нечто похожее на шелковые панталоны.
Уил засмеялся и приподнялся на локте, любуясь соблазнительными изгибами ее фигуры. Длинные темные волосы составляли к тому же великолепный контраст с молочно-белой кожей Бланш.
– Иди сюда. Я тебе помогу, – предложил он.
Сев на край койки, Уил взял из рук Бланш странное изделие из шелка и парчи, помог ей в него облачиться, и они вместе рассмеялись над странными панталонами. Сделанный из парчи верх плотно обтягивал живот и ягодицы Бланш, далее шел сплошной шелк, черный и прозрачный, сквозь который по всей длине просвечивались ее стройные ноги.
Она зарделась, собираясь снять с себя шаровары. Но Уил удержал ее, охваченный жгучим желанием.
– Нет, – с трудом выдавил он, пожирая глазами соблазнительные формы. – На тебе это сидит отлично. Примерь остальное.
Бланш нерешительно посмотрела на две чашечки из парчи, соединенные между собой несколькими золотыми цепочками – Уил приложил их к ее груди и застегнул на спине золотые цепочки.
Чашечки из парчи словно две позолоченные раковины облепили полную грудь Бланш и немного приподняли ее. Внезапно ее осенило.
– Признайся, ты видел, как женщины носят подобные вещи? Но где можно показаться в таком наряде?
– Разумеется не на улице: в обществе других женщин или наедине с мужчиной.
– Где же ты наблюдал такое?
– В Персии и Турции, точнее в гареме.
– В гареме?!
– Старший сын паши был мне очень благодарен за то, что я спас его во время кораблекрушения. А на Востоке благодарность не знает границ. В итоге я получил в награду гарем. Но, конечно же, отказался от столь роскошного подарка. А это решил просто сохранить на память. И очень рад.
Голос Уила вдруг совсем охрип.
– Иди ко мне.
Бланш медленно приблизилась к нему, чувствуя невероятное возбуждение под его восхищенным взглядом. Бланш впервые ощутила силу своей власти над ним. Да, ее тело покорило его, он стал рабом собственных страстей, но она вовсе не собиралась пользоваться этим. Бланш хотела лишь дарить ему радость и наслаждение и получать их от него.
Бланш сама начала снимать свой соблазнительный наряд, но от волнения никак не могла справиться с застежками.
– Как мне избавиться от этого?! – возбужденно хохотнув, воскликнула она.
Уил, сгорая от нетерпения, принялся помогать ей, и вскоре благодаря общим усилиям шелковые вещицы оказались на полу. Они начали свой танец страсти, вместе устремляясь куда-то к звездам, даже выше звезд, туда, где их ожидало ни с чем не сравнимое блаженство. Когда Бланш, наконец, без сил рухнула на Уила, он в изумлении уставился на нее, словно не веря, что она могла подарить ему такое чудо.
Пираты недовольно переглядывались между собой. Подумать только, их капитан до самого вечера так и не удосужился появиться на палубе! А когда, наконец, вышел, то заказал ванну для Бланш, проверил посты, дал рулевому правильный курд и… был таков.
Пираты негодовали. Надо же, Уил подкладывает под себя Бланш даже днем! И это после того, как он выбросил за борт ее платье! Если кто из мужчин и спал ночью, то только сам Уил. Утром он появился свежим и отдохнувшим. Это еще больше настроило против него команду.
Вскоре на палубе, шурша нижней юбкой, появилась Бланш. Вся команда напряженно следила за каждым ее движением, перешептываясь у нее за спиной. Полагая, что пираты презирают ее за то, что она стала любовницей Уила, Бланш, не поднимая глаз, направилась к нему в поисках утешения.
– А, соня! – шумно приветствовал ее Уил. – Опять спишь целыми днями, понимаю.
– Я не спала, капитан. – Глаза Бланш весело сверкнули. – Пришлось поломать голову над тем, что же мне надеть. И это благодаря тебе.
Их разговор долетел до ушей пиратов.
– Разрази меня гром! – воскликнул кто-то из моряков.
Всей гурьбой они двинулись к Уилу, и вскоре он оказался в окружении враждебных лиц.
– Ты выбросил за борт ее одежду, – с пеной у рта шепелявил Одноглазый Уолтер. – Чего ты добивался? Чтобы она не смела выходить на палубу? Ты ведешь себя с ней как последний подонок!
– Выбросил одежду Бланш, как будто на ней было полно вшей! – раздался чей-то голос.
– Какая низость! – возмущенно гудели пираты.
– Это вас не касается! – прорычал Уил, обняв Бланш одной рукой. – Бланш моя женщина, и я не собираюсь отчитываться перед вами за свои поступки.
Неожиданно для всех заговорил всегда молчаливый и угрюмый Стенли.
– Ошибаешься, нас это тоже касается. Хоть я и отказался от своей доли, но хочу сказать: ты не можешь держать ее в каюте голой.
Его слова были встречены одобрительным гулом, и Бланш вдруг поняла, что они защищают ее… от Уила. Пираты нападают на него из-за нее! Оказывается, им не понравилось, что он выбросил за борт ее платье!
– О, пожалуйста, не надо, – умоляла она.
– Нет, Пристли, теперь ты одна из нас, и мы не позволим никому плохо обращаться с тобой, даже капитану.
Глядя на эти негодующие лица, Уил поймал себя на мысли, что понимает своих людей. Возможно, он вел бы себя точно так же. Ведь дело вовсе не в платье. Просто их мучает ревность. Они отказались обладать ее телом, но хотели внимания Бланш, улыбок, расположения и… ее благополучия. Теперь ему стало ясно, как справиться с ситуацией.
