class="empty-line"/>
Вдруг мелом дверь нарисовал
Белую, белую дверь на кирпичной стене
В нарисованных джунглях нельзя заблудиться
И не съест никого нарисованный зверь
Только верю я, верю я, верю, что может открыться
Эта белая дверь, эта белая, белая дверь
Юра молча обнял меня и прижал к себе.
– Не, ну Никусь, мы так не договаривались, – огорченно забубнил Арик. – Ты это… перестань, а? Чёрт! Лучше бы я в Пермскую Аномалию поехал, как планировал. Там всё просто. Вылазит тебе инопланетянин, простой и понятный, как правда. Я хоть знаю, что с ним делать. Минимум приголубить, максимум уконтрапупить. А с женскими слезами вообще не умею справляться. Бро, ну сделай, что-нибудь! – взмолился он.
– Всё в порядке, – шептал Юра, обнимая меня. – Мы всё исправим, обещаю. Не плачь, пожалуйста, родная!
От слова «родная» на душе потеплело. Я вытерла слезы.
– Ну слава Кракену! – обрадовался Арик.
– Кстати, я тут вот о чем подумал, – Юра снова открыл папку. – Здесь есть прежний адрес Гарика. А если мы съездим и попытаемся что-то узнать? С соседями поговорим. Может, кто и поможет.
– Давай поедем прямо сейчас, – я встала и пошла в комнату. – Только оденусь и сумку возьму. Папку с собой прихватим. Нужно по дороге полистать. Может, чего новое найдем?
Папка категорически не желала влезать в сумку. Хотя у меня всегда большие сумки. Так как часто ношу с собой компьютер и блокнот для заметок. Я открыла железный скоросшиватель, достала документы, сложила и запихала в сумку.
Мы сели в машину Юры, но она внезапно не завелась.
– Очень вовремя, – Юра с досадой хлопнул по рулю. – Ладно, вызовем такси.
До поселка мы добирались долго. Такси стояло в длинных пробках. И только вырвавшись за пределы Москвы, машина набрала скорость. Поселок был небольшой. Не элитный, но вполне добротный. Такси медленно двигалось между ухоженными коттеджами с небольшими палисадниками. Нужный нам дом мы увидели издалека. Вернее то, что от него осталось.
– Адрес тот, что вы дали, – начал было оправдываться таксист.
– Знаем, – перебил его Юра. – Подождите нас.
Мы вышли из машины и оказались на пепелище. Собственно, от дома остался лишь остов. Черный и закопченный. Мы бродили вокруг него, не решаясь зайти внутрь. Из соседнего дома вышла женщина.
– Неужели хозяева объявились? – обрадовалась она.
– Нет. Нам сказали, что здесь продается участок под застройку. Очень дешево. Мы не поверили, что такая цена возможна. И, подозревая подвох, приехали посмотреть, – объяснил Юра.
– Ой, как жалко! А я уж было обрадовалась, что нашлись хозяева. И что они здесь всё построят заново. А то живем сами видите как, – она растроенно махнула рукой.
– Да, неприятно, наверное, каждый день такое из окна видеть, – посочувствовала я.
– И не говорите! – она прижала обе руки к груди. – Ну вот как так? Мы-то в чем виноваты?
– А что хозяева сюда вообще не приезжают? – спросил Юра.
– Нет – покачала головой она. – Мы их и не видели ни разу. От полиции знаем, что какой-то парень сюда въехал первый в поселке вместе мамой. А больше нам никто ничего и не сказал. Мы-то сами гораздо позже въехали. Отметили, называется, новоселье. Представляете? Я из машины выхожу с кошкой в руках. Мы радостные с мужем. Дети счастливые. А тут такое… – она махнула рукой в сторону пепелища. – На костях покойников живем, прости меня, господи! – она перекрестилась.
– Каких покойников? – спросил Юра.
– Так в доме-то люди были. Сгорели они. Вроде мать этого паря, который дом купил. И вроде бы сам парень тоже. Но подробностей не знаю. Знаю только, что погибли здесь люди – упокой господи их душу, – она снова перекрестилась. – Еще слышала, что вроде у этого парня невеста была, которая тоже здесь погибла. Мы из-за этого даже молебен заказывали за упокой. Батюшка отчитал всё, как нужно. Ну, знаете, чтобы не было проблем. Всё-таки неупокоенные души рядом, – она вздохнула, оглянулась и добавила шепотом: – Плач мы слышали ночью. Женский. Потому батюшку и позвали.
Мы сели в такси.
– Значит, у него близкие люди погибли, – я съежилась на сиденье, меня трясло от всего услышанного. – Какая страшная смерть: сгореть в собственном доме!
– Ужас, – подтвердил Юра, обнимая меня. – Мама и какая-то девушка.
– Она сказала, что это его невеста.
– Она мало что знает, Ник.
Чтобы как-то отвлечься, я достала из сумки документы и начала их просматривать. Несколько листков склеились. И когда они лежали в папке, я их не заметила. Иначе бы сразу обратила внимание на такую важную информацию. Это были показания отца в полиции в присутствии адвоката. Отец
пару раз упомянул Ариадну Григорьеву. Он утверждал, что никакой связи между этой девушкой и Родей не было. Она просто была студенткой отца на писательских мастер-классах. А Родион и вовсе не был с ней знаком. Поэтому обвинение в ее смерти неправомочно. Что? Ее смерти? Причем здесь Родя и отец?
– Ариадна? – переспросил Юра. – Ты сегодня получила эсэмеску, в которой были Ариадна и Минотавр.
– Причем здесь Родя и ее смерть, этой Ариадны? Ничего не понимаю, Юра.
– Да мы, Ник, как в лабиринте с Минотавром. Всё продвигаемся, только выход найти не можем, – вздохнул Юра. – Осколки собираем. А в целую картинку они не складываются никак. Нам бы эту ниточку из клубка Ариадны как-то ухватить.
И тут меня осенило. Отец очень педантичный. У него в кабинете есть список всех студентов, которые учились у него. И их работы, которые они вместе разбирали на мастер-классах. Отец всегда распечатывал их с компьютера и хранил в папках на книжных стеллажах. Он ненавидит читать с экрана и всё всегда переносит на бумагу.
Со свойственным ему пафосом он всегда говорил, что это его творческое бессмертие. Потому что у каждого серьезного писателя есть талантливые ученики и последователи, подчеркивающие величие мастера. Некоторым он давал рекомендации в издательства. Тем, кем хотел впоследствии гордиться. Естественно, эти ребята его потом везде прославляли.
– Нужно ехать в загородный дом отца. Немедленно! – заявила я.
– Но он же там, – возразил Юра. – И потом у нас самолет. Мы должны вылетать обратно.
– Какой сегодня день недели? Четверг? – вечно я путаю даты и дни.
– Четверг, – подтвердил Юра.
– По четвергам отец преподает вечером на мастер-классах. Его точно нет дома. Мы быстро туда и обратно, а потом в аэропорт. Предлагаю заехать к тебе, взять вещи, вызвать такси, сгонять в дом отца, попробовать поискать там. Другой возможности не будет.
– Давай, только по-быстрому, – Юра озабоченно взглянул на часы.
