class="p1">Ринчен отступил:
– Не нужно гневаться, Господин. Мы изгнали из Цагана всех вшей, – он поклонился мне, а за его спиной двое снимали с Байгала меч и верхние статусные одежды. Волосы лежали рядом двумя неаккуратными кучками, и заклинатели безжалостно втаптывали их в дорожную пыль. – А с ним мы поступили по нашим законам. Со всем уважением, но вы демон, а заклинателям запрещено вступать с демонами в какие-либо связи. Отныне Байгал отступник, и он – ваш, Господин. Можете забирать его и делать всё, что угодно. Надеюсь, вы найдете то, что ищете. Всего доброго. Байгал… Мне правда жаль.
От такого поворота у меня просто взорвался мозг. Захотелось высказать главе абсолютно всё по поводу их выдумок о моей демонической природе и слишком поспешных решениях, но инстинкт самосохранения взвыл дурным голосом, заставив молчать. Всё уже было сделано – назад не отмотать, и что со мной сотворили бы заклинатели, выяснив правду, даже представить было страшно. Но… Байгал не заслуживал участи отступника! Глава Ринчен совершил ужасную ошибку и поступил слишком… Слишком! Но каким образом до него это донести, никак не придумывалось – все адекватные идеи вымело напрочь, а жуткий вой Байгала никак не давал сосредоточиться и подобрать правильные слова.
Пока я беспомощно хлопал ртом, словно выброшенная на берег рыба, Ринчен и его помощники запрыгнули на мечи и взлетели. Лин Мо встрепенулась:
– Нет, подождите! – её возмущенный визг легко перекрыл непрекращающийся, выворачивающий душу вой Байгала. – Что значит «Байгал теперь его»?! Этот демон, – её палец ткнулся в меня, – не может его забрать. Байгал должен был стать моим!
– Перед вами, уважаемая, воплощение стихии земли и неба, великий дракон, Господин Горных Недр. Бегите, иначе он от вас не оставит и клочка за такое неуважение, – отрезал Ринчен, и заклинатели испарились.
Я молча встал и пошел к Байгалу. Лин попятилась, бросила что-то себе под ноги и исчезла.
На поляне у дороги снова остались только я, Октай и заклинатель. Лишенный золотого ядра, ставший отступником за связь со мной бывший заклинатель.
Байгала били судороги, и я уложил его набок, придержав голову. Непривычно короткие волосы скользнули по пальцам, ударили током. Дар речи вернулся, но меня хватило только на одно-единственное слово:
– Черт!
Глава 14
Пятнадцать бесконечных минут Байгала били судороги. Ногти вспыхивали короткими белыми вспышками, в волосах гуляли электрические разряды, от которых меня тряхнуло, а на пальцах остались ожоги. Как оказывать первую помощь изгнанникам, я не имел ни малейшего представления и сделал единственное, на что осталось разума – разбудил Октая.
Жрецу хватило одного взгляда на обстриженную голову, чтобы понять в чем дело.
– Я не заклинатель и владею лишь азами, – пробормотал он, проводя ладонью по спине Байгала. – Ему разрушили золотое ядро… Могу сделать лишь так… Обезболить…
Он легонько хлопнул ладонью по позвоночнику чуть пониже ребер – и Байгал с облегченным вздохом провалился в обморок, замолчав. По горам еще какое-то время металось эхо мучительного крика, но затихло и оно. Я встряхнулся, выбрасывая остатки душераздирающих звуков из головы, которые мешали думать. Адреналин отхлынул от мозга, и тот заработал с удвоенной силой.
– Чем заклинателю его уровня грозит разрушение золотого ядра? – спросил я.
Октай покусал губы, поколебался, но врать не стал:
– Какое-то время он продержится на той ци, которая сохранилась в каналах, но, когда она закончится, он умрет. Я не знаю, как долго это продлится…
– Откуда он может черпать ци?
– Ниоткуда, – коротко ответил Октай, вызвав у меня чуть ли не приступ паники, и кивнул на одеяло. – Помоги уложить его.
– Блеск, – мрачно заключил я, героически преодолев предобморочный звон в ушах, и подтянул одеяло вместе со своим узлом. Голос предательски дрогнул. – Давай тогда волокушу сделаем. Не бросать же его тут.
Мне срочно требовалось какое-то дело: отвлечься, не думать. Помогли затупленные кинжалы. Мы проковыряли ими дырки в двух углах одеяла, и я тыкал в эту несчастную шерсть так, словно это она была во всем виновата. Помогло не слишком, но истерическое состояние притупилось. Мы привязали к одеялу пояса от запасной одежды и перекатили Байгала на получившуюся волокушу. Заклинатель не очнулся, только коротко простонал сквозь зубы. Я поправил ему голову, чтобы тот по пути не вывихнул шею, и спросил у сосредоточенного Октая:
– Кто-нибудь когда-нибудь выживал после потери золотого ядра?
– Чем старше заклинатель, тем меньше у него шансов пережить потерю, – ответил он, вызвав очередное желание потыкать кинжалом во что-нибудь… или в кого-нибудь. – Но я знал одного отступника когда-то, который довольно долго прожил с лисой-оборотнем. Его убили заклинатели.
– То есть отступников еще и добивают, – мрачно подытожил я. – Ну да, Байгал пытался меня…
– С его точки зрения это был акт милосердия, – возразил Октай. – Муки после потери ядра ужасны, а яд помогает уйти быстро и без боли. Но Байгала не будут трогать. Они отдали его тебе, Господину Горных Недр, и теперь он твой.
– Спасибо им большое за подарок! – саркастично пробормотал я и прикрыл глаза.
«Это было не со мной. Не с Тихоном Викторовичем, не с Тэхоном. С кем угодно, но не со мной. Этого просто не могло быть! Я не мог так попасть!» – заверещал внутренний голос.
«Мог», – мрачно и коротко отозвался здравый смысл.
Это был аут.
Жрец бросил на Байгала сумку с вещами, привязал к волокуше узел и закинул один из поясов на плечо, всем своим видом показывая, что двигать Байгала можно без опаски и прямо сейчас. Мы вместе потащили новоиспеченного отступника по дороге. Байгал упорно не приходил в себя. Первый час я просто прошагал на автопилоте, пребывая в таком ступоре, какой знали только кролики, стоявшие перед удавом.
«Ну что ж, раз так, то будь ученым до конца! Исследуй, попытайся вылечить, запиши это всё в свою красивую тетрадку – кто его знает, может, что-то да получится. Ничего другого просто не остается. Не бросать же его?», – сказал внутренний голос.
Мой язык шевельнулся словно бы отдельно от меня: я спросил у Октая первое по отступникам, потом второе, узнал о внутренних органах и, окончательно включившись, начал расспрашивать Октая обо всём, что тот только знал про золотое ядро, ци и устройство всей этой системы.
– Мне точно известно, что продолжительность жизни отступников не зависит от размера ядра или каналов, а от того, сколько времени прошло с обретения золотого ядра. Чем меньше – тем лучше для отступника. Тот мой знакомый отступник развил золотое ядро всего за три года. Ядро было прекрасным и превосходило по силе ядро учителя того человека, но, когда его
