– Офицер Клейборн, я не хочу указывать, как вам работать, но если вы знаете, кто разгуливает в костюме Мориса Амбера, то, может, его и надо подозревать в первую очередь? Его следует запереть здесь, внизу, как можно скорее. Вы так не считаете?
– О, я уверен, это он забрал Эндрю.
– Вы… что?! Тогда почему вы ничего не делаете?
– А что я могу сделать?
Я уставился на него.
– В каком смысле «что я могу сделать»? Вы ведь полицейский!
– Вам знакомо слово «хайот», мистер Куинн?
Я уставился на него.
– Вы шутите. Издеваетесь надо мной. Вы… Вы – полицейский и говорите, что Эндрю Блэка похитили ангелы?
– Нет, мистер Куинн.
– А что тогда?
– Я говорю вам, что его забрал дьявол.
25. Акты творения
Двери отеля «Уирби» со свистом распахнулись, и я вошел в вестибюль, весь в поту, растрепанный; наверное, выглядел я так, словно провел добрых двадцать четыре часа за решеткой. Хотя, собственно, так оно и было. Я кивнул работнику за ресепшеном – уже другому, и он выдавил улыбку, отчаянно перебирая бумажки на стойке.
«Преступник, – подумал я. – Личность, представляющая интерес для следствия».
После всего что Клейборн наговорил мне в полицейском участке, было бы странно, если бы он не отпустил меня по первому же требованию. У меня было железное алиби благодаря камерам видеонаблюдения в отеле, а когда в диалоге всплыл дьявол, я тут же поинтересовался, что думают другие офицеры по поводу данной версии. Клейборн встревожился и моментально выпроводил меня за дверь, а я был только рад – задерживаться в подвале мне совершенно не хотелось.
«Вы настоящий? Настоящий человек?»
Боже.
Я направился к лифту, планируя забрать сумку и ноутбук-сканер Чесапика и убраться из отеля как можно скорее. Отсканировал я книгу не полностью, но того, что есть, может быть достаточно. Вдруг издательству хватит и этого. В любом случае рискнуть стоит. Что-то случилось с Эндрю, и из-за полиции и всего остального мне никак не попасть к нему еще раз. Слишком опасно, как говорят в фильмах про ограбления. Безнадежное дело. Раз Эндрю пропал, пусть Чесапик сам попытается достать остальную часть книги. Если, конечно, Чесапик не причастен к исчезновению. Хотел ли я помочь Эндрю? Конечно. Но как? Что я мог сделать? Он просто… исчез, а я едва не оказался виновным. Слишком опасно, слишком опасно, слишком опасно.
Дзынь!
Двери лифта разъехались, и я, не глядя, сделал шаг. В этот самый момент из кабины вылетела «Привет, я Джанет» – официантка, что дала мне салфетку утром, – и мы чуть не столкнулись.
Она резко остановилась и начала в страхе оглядываться по сторонам, дабы удостовериться, что мы не привлекли нежелательного внимания.
– Что… – начал я, намереваясь спросить ее о записке на салфетке.
– Не здесь, – прошипела она. – Верхний этаж. Через 10 минут.
Затем она проскользнула мимо меня и исчезла.
![]()
Дзынь. «Шестой этаж».
Я выскочил из лифта, прошагал по коридору, едва не срываясь на бег, и сунул карточку-ключ в дверь номера.
Все было на своих местах.
Слава тебе господи.
Я вытащил ноутбук-сканер Чесапика из сумки и крепко прижал его к груди. Незаконченная книга точно чего-то да стоит. Даже пара тысяч поможет нам ненадолго выбраться из финансовой ямы.
Пара тысяч поможет отсрочить визит приставов, которые хотят отобрать у нас все.
«А Эндрю? Что будет с Эндрю? Что?»
– Заткнитесь, – прошипел я вслух.
Я сложил ноутбук и все вещи в сумку и выбежал из номера. Сначала я решил послать все к черту и спуститься в вестибюль, но передумал.
В лифте палец завис над кнопкой первого этажа, а потом, будто сам по себе, он нажал…
![]()
Дзынь. «Седьмой этаж».
Верхний этаж отеля представлял собой огромное открытое помещение. Банкетный зал, которым уже много лет не пользовались. Пыльные древние стулья, стоящие кругом, будто для встречи анонимных алкоголиков, казались дешевыми реликвиями давно забытой культуры гостеприимства; на некогда цветастом, но теперь пыльно-сером ковре стояли, сложив хрупкие коричневые листья, давно сгнившие и засохшие растения – папоротники и коротколистные юкки. У дальней стены располагался бар в стиле тропики.
В панорамных окнах Оуторн раскинулся во всей красе – и именно там она стояла, ожидая меня.
«Привет, я Джанет» даже не обернулась, когда я появился на этаже, и не начала говорить, пока не встал рядом.
– У меня мало времени. Этого… Раньше этого здесь не было. Этого отеля. Полицейского участка. Целого города. Ничего не было, понимаешь? Блэк все это сделал. Блэк все это создал.
Я открыл рот, чтобы спросить, что это значит, но вместо этого уставился на ряд магазинов на дальнем конце города и поймал себя на мысли, что думаю о миниатюрных домиках Эндрю Блэка из папье-маше; витрине магазина, семейном доме в его мастерской; книжных страницах, превращающихся в кашицу в чанах. Я думал об умершем ребенке Блэка и о двух раввинах, соединяющих буквы, чтобы приготовить на ужин теленка. Я думал о деловом партнерстве Гутенберга с Фаустом и о том, что сказал Клейборн, когда я спросил его, чего дьявол хочет от Эндрю Блэка. «Возможно, Эндрю ему задолжал».
Глубокое, нарастающее беспокойство сковало все внутри.
Я уже было открыл рот, как тут ярко-красный «Воксхолл Астра» с ревом влетел на парковку отеля и с визгом остановился у главного входа, на секунду исчезая в облаке дыма.
В кармане зазвенело. Я вытащил телефон и нажал зеленую кнопку.
– Томас, – сказала Софи Алмондс. – Быстро в машину. Сейчас же.
26. Софи Алмондс
– Итак, что думаешь?
Машина с ревом мчалась по пустой проселочной дороге под просторным небом.
Софи смотрела прямо перед собой.
Ангелы и письма, Морис Амбер и дьявол, миниатюрные домики Блэка, миссис Блэк, «Привет, я Джанет», офицер Клейборн, статья об исчезновении Блэка за двадцать четыре часа до самого исчезновения, энтропия, время, конец света – все это я выложил ей как на духу, начав рассказ, как только мы отъехали от отеля.
– Тебе не кажется, – я с трудом подбирал слова, – что… Не знаю. Что в этом что-то есть? Я не про все вообще, но…
– Что я у тебя спросила? Помнишь? Из чего состоит мир: камней, травы и деревьев или из банковских выписок, статей, сертификатов, записей, файлов и писем? Из почвы, рек и песка или из мыслей, идей, верований и мнений?
– Так думаешь, в этом что-то есть?
– В чем? Ты считаешь, что Морис Амбер, который, возможно, также является дьяволом, затаился в глубинке и похищает писателей? Очень сомневаюсь. Думаю, ты веришь в свою теорию. Но только потому, что это Эндрю Блэк, я права? Я ведь сказала тебе к нему не соваться. Однако же…
Я уставился в окно.
– Ты хочешь знать, верю ли я, что ты прыгнул назад во времени, каким-то образом прибыл в это забытое богом место за день до того, как покинул Лондон, прочитал статью о похищении Эндрю в четверг, а затем непонятно как сообщил об этом в полицию за день до, в среду? Мой ответ – нет. Нет, не верю. Ничего из этого не было.
– Да уж, звучит нелепо.
– Неважно, как звучит. Я точно знаю, что ничего подобного не было.
Я посмотрел на нее.
– Точно знаешь?
– Да. Я знаю, что действительно произошло. Все более прозаично. – Она скосилась на меня. – Никаких путешествий во времени.
– Продолжай.
– Хорошо, – Софи заерзала. – Ты кое-чего не знаешь: «Сакс и Таттл», которые издали «Двигатель Купидона», находятся сейчас в непростой финансовой ситуации. Их может выкупить компания под названием «Бартон Грин».
