мне казалось, Айза ей нравилась. Да чего там, мать явно симпатизировала этой честолюбивой девочке, которая к тому же была неравнодушна к ее сыну, как и он к ней. Моя мать часто помогала ей с решением каких-то проблем, никогда не отказывала в помощи. Так что же случилось с их отношениями за время моего отсутствия? Что изменилось?
— И где же она сейчас? — поинтересовался я.
— В «Волчьей стае», — ответила мать, — заработала себе место в первом отряде…
Я нахмурился. Что значит «заработала»? И почему в «первом»? Второй отряд «Волчьей стаи» — это бойцы. А первый — это, скорее, почетное звание, туда собирают всех тех, кто, как их еще называют, являются «дворцовыми воителями». Иначе говоря, благородные отпрыски, мечтающие о мундире «Стаи», почтенного возраста служаки — одним словом, все те, кто готов носить мундир, но в бой не пойдет.
Я помнил, что перед моим отлетом на Виргин, Айза смогла заслужить только звание воителя и ждала назначения. С титулом рыцаря у нее пока не задалось, как и с захватом манора. Но я был уверен — своих планов Айза не оставила. Вот, например, как-то смогла пробиться в «Волчью стаю». Хотя не понимаю как, ведь будь она дочерью лорда, все было бы логично. Девочка захотела мундир — девочка его получила. Но в ее положении только успехи и победы на поле боя могли позволить так подняться. Что же такого она совершила? Если бы она отличилась во время сражения, то оказалась бы в таком случае во втором отряде, никак не в первом.
Очень странно…
Ничего, я надеюсь, что очень скоро разгадаю эту тайну или, что наиболее вероятно, узнаю все от самой Айзы.
С матерью мы проговорили до глубокой ночи, и, когда наконец разошлись спать, уже начало светать…
Глава 14
День Испытаний
Я наконец-то выспался, хотя проспал всего лишь немногим больше, чем обычно на Вергине.
Тем не менее, чувствовал я себя бодрым и практически счастливым. Из открытого окна доносился шум прибоя, щебетали птицы, ветер шелестел листьями на деревьях.
Было так хорошо, что я позволил себе еще немного поваляться и подремать в постели. Хотелось вообще никуда не вылезать из кровати и пролежать в ней весь день.
Однако спустя несколько минут я понял, что распорядок Вергина, к которому я привык, не позволит мне так поступить.
Уже через час я покинул дворец и отправился бродить по окрестностям. Все на Тирре, даже графский парк, который, как казалось, неизменен, стало немного другим.
Я бродил и все рассматривал, удивляясь тому, что все вокруг такое знакомое и в то же время совершенно иное, не такое, как сохранилось у меня в памяти.
Сегодня был первый День Испытаний, и воители, чьи лорды вытащили жребий, должны были выйти на арену. Я намеревался поглядеть на сражения, но первый бой должен был начаться только через несколько часов, поэтому я решил посетить старых друзей.
Грифа застать на месте не удалось: он все еще летал на орбиту и привозил оттуда гостей.
Зато мой старый учитель был, как всегда, в ангаре с мехами.
Когда я вошел, старик, еще больше сгорбившийся и высохший, сидел на складном стульчике у ноги огромного робота и пил горячий чай из термоса.
Я знал эту странность, водившуюся за Кнурром: зимой он всегда мерз и потому пил свой крепкий чай. Летом он его пил, чтобы было прохладно. Логики в этом я не видел, но и не искал. Главное, что его само все устраивает.
— Здравствуй, старик, — поприветствовал я его.
Кнурр поднял на меня глаза, несколько секунд вглядывался, пытавшись разглядеть меня своими подслеповатыми глазами.
Через несколько мгновений морщины на его лице разгладились, он растянул губы в улыбке.
— Лэнги! Мальчик мой! Ты ли это?
— Я, Кнурр…
Старик поднялся, просеменил ко мне и обнял. Его странная, казавшаяся незнакомым смешной походка меня не удивила: я знал, его очень давно беспокоили ноги, из-за того, что они постоянно болели.
— Я ждал тебя, — заявил он, — знал, что ты скоро появишься.
— Интуиция? — усмехнулся я.
— Нет, недавно прибыл мех, который было приказано поставить в этот ангар… Я сразу понял, чей он.
Я поднял глаза и хмыкнул.
Ну да…
Это был мой «Волк», полностью отремонтированный и восстановленный.
— Раньше ты любил «Пса», — заметил Кнурр.
— Раньше, — кивнул я. — Огневой мощи не хватает.
— Маневренность! Ты всегда должен полагаться в первую очередь на нее, и тогда…
— Боюсь, в тех сражениях, где я побывал, решающую роль играли броня и количество пушек на роботе.
— Может и так, — кивнул старик, поглядев на меня с прищуром, — может, ты и прав. Иначе как бы получил это?
Он указал пальцем на мой лейтенантский погон.
— Сир Кнурр! Еще мехов привезли! Куда их? — в ангар вбежал парнишка лет шестнадцати — один из сквайров, помощников Кнурра.
— Давай к четвертому ангару, — приказал Кнурр и повернулся ко мне. — Прости, мой мальчик, сейчас даже поговорить некогда: чертовы бароны сползаются на наш Тирр и тащат с собой металлолом, который называют боевыми роботами.
— Чьих роботов ты назвал металлолом, старый хрыч? — послышался чей-то громкий бас.
Я обернулся и увидел мужика под два метра ростом и практически такого же шириной.
— О! Кого я вижу! — расплылся он в улыбке, заметив меня. — Лэнги!
— Барон Круа, — я, как и положено, вежливо склонил голову, — рад приветствовать Вас на Тирре.
— Что за расшаркивания? — возмутился барон. — Раньше ты звал меня дядей Димерием и не строил из себя…
— Ди… — супруга барона, появившаяся радом с ним, неодобрительно поглядела на мужа.
— Что «Ди»? — пробасил тот. — Я помню, как этот шкет без штанов бегал по моему замку от нянек, прятался от них в моем кабинете и имел наглость дергать меня за бороду, а теперь вы поглядите-ка…
— Ди! — вновь одернула его супруга, но барон лишь отмахнулся от нее.
— А ну иди сюда и поздоровайся со старым Димерием как положено, — повернувшись ко мне, проревел он.
Я расплылся в улыбке.
Все же как хорошо, что некоторые люди не меняются.
Я подошел и крепко обнял здоровяка. Старинный приятель моего отца, балагур и весельчак, но при этом отважный и отчаянный воитель.
Я знал,
