тревогах, которые влекут людей к прорицателям. Большинство из них – тревоги «красной» зоны конуса будущего (см. главу 2). Именно здесь сосредоточены проблемы, которые сильно нас беспокоят, и мы готовы тратить усилия, время и деньги на их разрешение; кажется, что именно тут предсказание возможно (поэтому стоит обратиться за советом). Нет смысла платить за ответы на вопросы, которые нас нисколько не волнуют, которые легко или вовсе невозможно предсказать. «Красная» зона порождает, если угодно, зуд, благоприятный для всех оракулов.
Вопросы делятся на несколько групп. Одна посвящена путешествиям: будет ли мой путь безопасным? покину ли я когда-нибудь это место? Другие вопросы более драматичны: вернется ли путник? останется ли он жив? Вторая группа вопросов затрагивает карьеру: пойду ли я в армию, стану ли генералом, клириком, епископом, муниципальным чиновником или, может быть, сенатором? Несколько вопросов касаются бизнеса: будет ли этот проект прибыльным? верну ли я ссуженные средства? продам ли свой груз? Отдельная группа вопросов посвящена судебным разбирательствам: защищен ли я от судебного преследования? освободят ли меня из-под стражи? смогу ли я одолеть своего противника? осудят ли меня за прелюбодейство? Часть вопросов касается семьи, личной жизни и здоровья. Наследство тоже важно, это ведь основной источник богатства в Древнем мире. Наследую ли я отцу / матери / другу / жене, получу ли приданое? Сюда же относится и пресловутый вопрос о том, завещает ли мне наследство хоть кто-то? Некоторые вопросы затрагивают брак и семью: выйду ли я замуж, принесет ли это мне пользу? моя жена родит? она останется со мной? Вопрос «Буду ли я воспитывать ребенка?» предназначен, видимо, для тех, кто думает об избавлении от ребенка при родах (это был обычный способ избежать скандала или затрат на воспитание нежеланных детей). Есть и вопросы о здоровье, например: меня отравили?
Большинство ответов попадает в золотую середину между обилием подробностей и чрезмерными обобщениями, как описывалось в главе 2. Тут достаточно подробностей, чтобы ответы увлекали и казались правдоподобными, но они не настолько общие, чтобы выглядеть бессодержательными. Вот возможные ответы на мой вопрос о том, долго ли я проживу: «Долгая жизнь тебе не суждена. Приведи свои дела в порядок» (повторяется четыре раза из десяти с небольшими вариациями); «Тебе дана средняя продолжительность жизни. Не расстраивайся, лучше помолись»; «Жить будешь долго, а ноги заболят»; «Однажды ты добьешься успеха и состаришься»; «У тебя будет долгая жизнь и богатство. Проси большего»; «У тебя будет долгая жизнь – и очень хорошая». В совокупности эти ответы охватывают наиболее вероятные варианты будущего – и содержат достаточно подробностей, дабы вызвать интерес, даже подвергнуться фальсификации [99]. В самом ли деле я буду страдать от болей в ногах? Вообще у стариков и вправду частенько болят ноги, но все же это не повсеместное явление.
Историк древности Джерри Тонер полагает, что ответы, судя по всему, были достаточно хорошо проверены опытом и потому вправе считаться простейшей формой социальной статистики. Около трети ответов на вопрос: «Буду ли я воспитывать ребенка?» допускает, что ребенок умрет или «не будет воспитан» (возможный эвфемизм для разоблачения или отказа от ребенка). Современные ученые считают, что в Римской империи около трети младенцев умирало в первый год жизни, так что ответ кажется обоснованным. Если Тонер прав, отсюда следует, что долговечные оракулы – интригующая мысль! – располагают эмпирическими данными о социальной статистике Древнего мира. Суммируя десять ответов на вопрос 12 («Безопасно ли мое плавание?»), получаем 50-процентную вероятность того, что отплытие будет отложено, и 20-процентную вероятность серьезной угрозы, включая кораблекрушение. Подразумеваемая оценка опасности аналогична той, которую можно найти в других оракулах, так что она в целом представляется реалистичной для той эпохи253. Вот расчеты, лежавшие в основании суждений древних мореплавателей. Они служат напоминанием о том, что мышление о будущем, будто бы гадательное, нередко опиралось на прагматические реалии, на закономерности мира вокруг и на повседневные интуитивные представления о будущем.
В общем, советую приглядеться к «Оракулам Астрампсиха». Большая часть прогностического механизма в этом тексте правдоподобна и рациональна. Вопросы серьезны, ответы реалистичны и умело сочетают точность и детализацию – даже обладают некоторой статистической достоверностью. Как мы видели, рандомизация – вот уж неожиданность! – может оказаться вполне рациональным инструментом для предсказаний. Несмотря на свою неправдоподобность с современной научной точки зрения, дивинация предлагает утешение и дает полезное, даже разумное наставление и руководство.
Глава 7
Современное мышление о будущем
«Если человек может с почти полной уверенностью предсказать явления, законы которых он знает, если даже тогда, когда они ему неизвестны, он может на основании опыта прошедшего предвидеть с большой вероятностью события будущего, то зачем считать химерическим предприятием желание начертать с некоторой правдоподобностью картину будущих судеб человеческого рода по результатам его истории?»
Маркиз де Кондорсе. «Эскиз исторической картины прогресса человеческого разума» (1794)[100]Современная эра истории человечества
За несколько столетий современной эпохи – они заняли приблизительно одну тысячную часть общего времени развития человека, – изменения оказались куда более радикальными, нежели в эпоху аграрную. Возникновение глобальных сетей обмена около 1500 года послужило, так сказать, запалом для многих изменений. Но самые поразительные преобразования начались после 1800 года. Технологические и научные инновации сыпались как из рога изобилия по мере того, как дешевая энергия ископаемого топлива питала каскады экспериментов; глобальные сети обмена открывали все большему числу людей новые технологии и новые способы мышления о мире; сами изменения происходили быстрее, чем когда-либо ранее. Если коротко, за этот короткий период человеческое мышление о будущем изменилось сильнее, чем за все предыдущие эпохи нашей истории.
Эти изменения привели к новой стадии планетарной истории – к той, которую многие ученые именуют эпохой антропоцена, то есть к геологической эпохе, когда люди, сами того не желая, стали определять будущее всей планеты254. Вот почему современное мышление о будущем уделяет все больше внимания будущему человечества как такового и будущему всех прочих видов в биосфере.
Следующая статистика наглядно отражает потрясающий размах этих изменений. Всего за 220 лет, с 1800 по 2020 год, количество людей на Земле увеличилось почти в девять раз – приблизительно с девятисот миллионов до (почти) восьми миллиардов255. Средний прирост составляет около 1 процента в год, или в двадцать с лишним раз больше, чем в аграрную эпоху. Примечательно, что большинство людей сегодня хорошо питается благодаря увеличению площади возделываемых и обрабатываемых земель, а также благодаря таким технологиям, как генная инженерия и искусственные удобрения, из-за которых производство продуктов питания едва ли отстает от роста населения. Повышение производительности в других областях сделало принципиально возможным расселение и оснащение, в том числе одеждой, всех без исключения
