дяде… Нет, лучше о богатом дальнем-предальнем родственнике, который оставит мне наследство и я смогу позволить себе вложить его в свой собственный бизнес.
А потом устроилась в «Сладкую девочку» и увидела, как ведёт дела грозная Наталья Ивановна. Узнала про то, что бывает с просрочкой, как поставщики могут подсунуть лежалые продукты, как такая неумёха, как я, может уничтожить дневной запас глазури, когда на носу большой корпоративный заказ… И мечты о своей кондитерской отошли на второй план. Да кто в здравом уме возьмётся за это? А ещё ведь налоговики, проверки, пожарники, Роспотребнадзор и прочие органы, о которых даже думать не хочется!
А тут — пустующий замок… Никаких проверяющих… Готовь себе да продавай. Но Сибилла подкинула здравую мысль — кому продавать? Крестьяне сами рукастые — стоит вон только на Сибиллу посмотреть. А покупают в кондитерской в основном дамочки, которым не хочется марать руки в тесте, да и нет нужды. Им бы зайти да попить кофеек с подругой, или купить домой вкусных десертов, чтобы побаловать мужа и детей. Здесь такой публики точно нет.
Что же тогда остаётся? Ехать в столицу? Но там я снова одна — ни денег, ни связей, ни помещения.
— Ты лучше нас корми! Смотри, вон Сэм теперь каждый час на кухню заходит и проверяет, не приготовила ты что-то такое ещё, сладкое? И тебя высматривает!
И правда, в дверном проёме показалась громадная фигура Сэма с гривой русых волос. Он убрал её с лица всей пятернёй и сощурил серые глаза:
— Леди Джейн… У вас осталось что-нибудь вкусное для нас? — и улыбнулся широкой открытой улыбкой.
— Неа, — покачала я головой. — Я ещё не занималась ничем. Надо решить другие неотложные вопросы!
И я выскользнула из кухни мимо него, а он только и успел, что приобнять меня своими огромными ручищами да лучезарно улыбнуться.
Не ответив на его расположение, я поднялась в комнату и присела у сундука. Если идти в деревню, то нужна тёплая одежда. И она была у меня — только сплыла. Перебирая порезанные на тонкие полоски кусочки меха, я раздумывала. А потом вышла из комнаты, плотно притворив дверь, и отправилась на поиски леди Бри.
Я нашла её в кладовой, где она пересчитывала стопки простыней и перекладывала их пахучими кусочками зелёного мыла.
— Леди Бри, вы не одолжите мне свою корзинку с швейными принадлежностями? — спросила я так мило, как только смогла, и даже смогла присесть в реверансе.
«Я знаю, что это ты, рыбина замороженная, порезала мою шубку!» — с ненавистью посылала я мысленные стрелы ей прямо в грудь. — «Молись, чтобы я не подсыпала тебе слабительного в тарелку!»
Леди Бри, оценив мою воинственную позу, покачала головой:
— Моя корзинка для рукоделия не может быть общей. Но это похвально, Джейн, что ты решила заняться чем-то полезным. Я выдам тебе всё, что нашла в этом замке, пригодное для рукоделия. Иди за мной.
И она ловко вывернула из комнаты мимо меня, умудрившись не задеть, а я прикусила губу, борясь с желанием наступить ей на подол.
Она повела меня на третий этаж, где маленькая неприметная дверь скрывала вход на чердак. Чихнув при входе, я почувствовала, как пыль ест глаза. Моя провожатая зажгла воткнутый в держатель факел у стены кресалом, который был прикреплен у неё на поясе вместе с крошечной сумочкой. Неверный свет озарил эту большую комнату, в которой были составлены сундуки, старая мебель, ковры в рулонах и ещё куча всякого хлама.
— Вот здесь стоят сундуки из покоев леди Маклейн, там и поройся. Заодно и платьев себе найдёшь, — бросила леди Бри и, чихнув, поспешила уйти. Почему-то в голову пришла мысль, что она боится призраков.
Стараясь не испачкаться, я осторожно начала открывать сундук за сундуком, пока не нашла то, что искала: тёплые добротные платья, нитки и иголки, ножницы, крючки и спицы, тёплый плед, шерстяные чулки и вязаные широкие снуды. Сложив всё это аккуратной стопкой, я прихватила пустую корзину и сложила весь свой улов. Правду говорят — всё, что нам нужно для жизни, у нас есть. Надо просто суметь это увидеть.
Попав в свою комнату, я принялась разгребать свои новые вещи. Разложила на каминной полке вязальные принадлежности в живописном порядке, заполнила сундук чужими вещами, в которых скоро буду разбираться. И уселась у камина, в котором ровным шалашиком лежали чурбачки.
Интересно, смогу ли зажечь огонь магией? Открыла ладошку, а потом сдула с неё огонёк — и вот уже в камине разгорелся ровный фиолетовый огонь, а я почувствовала усталость. Э, нет, я так буду круглыми сутками спать. Представила, что гашу лиловое пламя, дунула на него — и он погас. Придётся топать в коридор и зажигать камин по старинке, от факела.
В поленнице нашлась лучина, и я смогла поджечь дрова, приложив совсем немного усилий. В лицо дохнуло жаром, и в комнате стало уютнее. Холод, затаившийся в стенах, начал потихоньку рассеиваться. Я разложила перед камином обрезки шубки, покопалась в швейных принадлежностях. Ну что ж, если жизнь подкидывает мне лимон, то я сделаю из него лимонад!
***
Следующий день был базарным. Сибилла с утра засобиралась в деревню, и я увязалась за ней.
Встав после завтрака в общем зале, на котором настоял лорд Роберт, который теперь твёрдо отстаивал мои новые права, я забежала в кухню и предупредила кухарку, что иду с ней. Попросив накопать в баночку остатки сгущёнки (которая за это время замёрзла в лёд в холодной пещере, оттого и сохранилась), я убежала наверх утепляться.
Спускаясь по лестнице в новом наряде, нечаянно застала всех в сборе: у стола с рассеянным видом сидел Роберт и читал газету, Сэм гонял по тарелке остатки жареного яйца, леди Бри пила вторую чашку кофе, изящно оттопырив мизинчик.
Роберт поднял глаза первым — и обомлел. В старом сером платье, с джинсами под юбкой, в своих неизменных кожаных ботиночках, я была тепло укутана в шерстяной платок под цвет глаз — невесомо-серебристый, из чердачных сундуков, а грудь и руки до запястьев обвивал меховой снуд. Я связала его за ночь из обрезков меха — сшивая кусочки, делая импровизированную нить, я создала восхитительный меховой шарф, которым обвязалась от горла до пояса на манер шотландских леди. Получилось очень эффектно, и выглядел мой наряд тёплым. Тонкий белоснежный мех неизвестного мне животного согревал и мягко ласкал кожу, а по обалдевшему виду леди Бри я поняла,
