все: и зрители, и противники, и даже Клиф с Лэндом. В повисшей тишине внезапно донесся булькающий голос Эдди:
– Ирейн, разметай их всех! Я в тебя верю!
Я усмехнулась, и подмигнула Нинель. Она хоть и устала, но явно была настроена на победу, тем более что на полигоне осталось не больше восьми человек. И кто-то из них уже сообразил, как развеять туман – видимость становилась все лучше. Поэтому нам следовало действовать быстрее.
Мы подбежали к Лэнду и Клифу. Последний едва стоял на ногах, но был настроен решительно. Мое предложение действовать сообща они восприняли с энтузиазмом. Если в других обстоятельствах у парней был шанс занять первое место, то после ранения – почти нет. А мне претило сражаться с ними, учитывая столь благородный поступок.
Сговорившись с Лэндом, я быстро поднимала небольшой пятачок земли, на котором мы стояли, в воздух. И очень вовремя, с двух сторон в образовавшуюся воронку прилетели огненные шары. Нинель к этому времени уже собрала вокруг себя большое количество воды в виде грозовых туч. Я призвала ветер, и поделив тучи на две части, переместила их к оставшимся соперникам. Над их головами тут же разразился дождь.
Послушный моей воле ветер гонял вокруг студентов песок, образуя пылевые столбы. Благодаря Лэнду песчинки иногда формировались в ладони, бьющие по рукам ребят и мешая формировать заклинания противодействия. Они стояли мокрые до нитки (кроме единственной водницы среди них) в клетке из ветра и песка. А когда один из студентов – огневик – все же смог прорвать «осаду» и выбежал из-под грозового облака, раздался жуткий гром, и сверкнувшая молния клюнула его прямо по мягкому месту. Парень ойкнул, подпрыгнув, и побежал прочь. Однако гром и молнии не прекращались, и преследовали его до самого выхода с полигона.
– Ребята, – прошептала я напарникам, – надо как-то побыстрее вынудить остальных сдаться. Я долго нас тут не удержу…
– Розенталь, не боись, сейчас все сделаем! – коварно улыбаясь, произнес Далтон. – Капелька, ты ведь мне поможешь? Погреми еще своими тучками, а я пока молнии нацелю.
Оставшиеся пятнадцать минут турнира первокурсников по раскуроченному полигону бегали трое уцелевших студентов, спасаясь от разящих молний. Я медленно опускала нас на землю, сожалея о том, что не догадалась распихать по карманам костюма те волшебные камни из лаборатории профессора Клеронса. Тогда бы мы еще и управляемые полеты продемонстрировали всем зрителям и жюри.
Вскоре мы четверо стояли перед стеклянным единорогом и рассматривали скандирующие трибуны. Меня распирало чувство гордости от того, что я справилась и сделала все на высшем уровне. Улыбка не сходила с лица. Повернувшись к Нинель, я хотела разделить с ней эту радость, но увидела, как она платком зажимает рану на плече Клифа и выговаривает ему за неосторожность. Глаза парня при этом лучились нежностью. Он заботливо свободной рукой убрал с лица своей Капельки прядь волос, и ему было безразлично, что они находятся под прицелом сотен взглядов.
– Друзья мои, – разнесся над полигоном голос ректора. – А как вы собираетесь делить призовые места? В истории нашего университета еще не было такого, чтобы на поле оставалось больше трех человек.
– А мы не собираемся делить места, – крикнул в ответ Клиф. – Мы согласны поделить приз.
Трибуны взорвались хохотом.
– А вы наглец, молодой человек, – произнес ректор, – но ваш героический поступок достоин отдельного внимания. Ваша команда поставила педагогический совет в несколько затруднительное положение. Нам нужно посовещаться. Поэтому предлагаем вам сейчас подлечиться, а после отправиться в общежитие и привести себя в порядок, а через час мы ждем вас и всех желающих услышать объявление результатов во дворе перед главным зданием.
Мы облегченно выдохнули. Всем требовался перерыв, а Клифу еще и помощь лекаря. Которую он незамедлительно получил, стоило нам выйти с полигона. Меня только смущало, что подруга крутилась вокруг парня как приклеенная, пока его осматривали и оказывали первую помощь. А нам выделили всего час, чтобы привести себя в надлежащий вид.
– Нинель, пойдем скорее, ничего с твоим Огоньком не случится. На нем заживает все как на…
– Как ты меня назвала? – хохотнул Клиф, не дав договорить.
– Тебя что-то смущает? – вопросом на вопрос ответила я. – Если она Капелька, то ты Огонек – без вариантов.
– А мне нравится, – смущенно произнесла Нинель.
– Вот вечером ему об этом и расскажешь, а сейчас нам надо торопиться. – Я буквально силой потащила подругу в общежитие.
Там мы быстро приняли душ, высушили волосы (благо наша магия это позволяла) и, надев платья, поспешили на улицу. Мне очень хотелось услышать результаты турнира, стоя перед всеми в том же костюме, в котором соревновалась. Но после критического осмотра мы с Нинель решили, что лучше свежее нарядное платье.
Подбегая к главному корпусу, мы поняли, что все-таки немного припозднились. Ректор уже стоял на возвышении главной лестницы, а площадь перед ним заполнили студенты, через которых нам пришлось буквально пробиваться. За спиной руководителя нашего учебного заведения выстроились преподаватели, участвовавшие в сегодняшнем турнире в качестве наблюдателей и жюри. Одним из первых я увидела профессора Клеронса: он радостно улыбался, глядя на нашу четверку. А у меня от сердца отлегло, когда я заметила в его руке ведро с Эдди. Я боялась, что из-за официальной части ему придется оставить ведро где-нибудь, и это место окажется не безопасным. Но оказалось, что Алексу можно всецело доверять – он не выпускал тару с рыбкой из рук.
Как только мы с подругой присоединились к парням, ректор начал поздравительную речь. Сначала он много внимания уделил сложности турнира и отличным навыкам учащихся. Потом обмолвился, что кое-кто из студентов его разочаровал, нарушив принципы честного соревнования, но это все требует детального изучения и рассмотрения каждого случая на совете.
Мне так и хотелось поторопить ректора, чтобы услышать – что же решило жюри? И вот наконец он дошел до самого главного, и объявил, что педагогический совет почти единогласно принял решение объявить победителями четырех человек. На этих словах площадь взорвалась аплодисментами. Я даже растрогалась от такой поддержки.
По этому поводу нам должны были вручить два знака отличия. Один – магический. Зачитав текст о награждении каждого из победителей турнира, ректор посылал в нас импульс, остающийся пометкой на ауре. Вторым знаком являлся вымпел с символикой университета. По традиции его вешали на шею, поэтому ректор пригласил на помощь декана Клеронса. Однако он немного растерялся, пытаясь примериться к одному из нас, чтобы не только повесить злополучный вымпел, но и не облить никого водой из ведра.
– Да поставьте вы уже это ведро, – возмутился в сердцах ректор. –
