class="p1">Отступив, я развернулась и быстро направилась на выход, но у самой двери меня перехватили. Сильные руки обняли за талию, прижимая спиной к себе.
– Не обижайтесь, Ирейн. Я не хочу, чтобы вы пострадали от своей импульсивности. И… – У Алекса внезапно дрогнул голос, он обошел меня, чтобы встать лицом к лицу, и осторожно сжал мои пальцы между своих ладоней. – Я хотел вас просить, но… так сложно подобрать слова. В общем, позвольте мне за вами ухаживать? Жаль, я не знаю ваших родителей, тогда бы я смог все сделать официально… Остается надеяться, что они не будут против.
– Что бы они ни сказали, – выдохнула я тихо, неотрывно глядя ему в глаза, – а я теперь сама отвечаю за свою жизнь, и совсем не против ваших…
Произнести последнее слово оказалось очень сложно. Я внезапно застеснялась, щеки опалило жаром, взгляд упал на наши сомкнутые руки, и я неожиданно зажмурилась.
– Ирейн…
Горячее дыхание опалило щеку. Подбородка коснулись сильные пальцы и приподняли его. Губы опалил мягкий поцелуй. Я сама не поняла, как ответила на него. Все мысли улетели из головы. О мести я больше не думала. Все мое внимание полностью занял стоящий напротив мужчина. Кажется, я влюбилась. Чувства, царившие сейчас в душе, совершенно не походили на то, что я когда-то испытывала к секретарю лорда Эванши. Тогда это был каприз ребенка, пожелавшего красивую игрушку, которой нет у подруг. Которой можно похвастаться и подразнить. А заодно потешить самолюбие, выслушивая красивые комплименты.
Сейчас все было по-другому, и я не смогла бы описать это словами – просто чувствовала. Мне был важен именно этот мужчина, с его безоговорочным погружением в свою работу, с его трепетным вниманием, с робким (и в то же время настойчивым) касанием губ.
Когда поцелуй прервался, Алекс крепко обнял меня, спрятав лицо в волосах. Так мы стояли, пока я не услышала тихое: «Спасибо».
– За что? – переспросила, немного отклонившись, чтобы видеть его глаза.
– За то, что не оттолкнула, – улыбнулся он. – Давай прогуляемся? А то мне все труднее сдерживаться с тобой наедине.
Я не очень поняла, что именно он хотел сдерживать, но отказываться от прогулки не стала. Мы не сговариваясь пошли в отдаленную часть академической территории, где находился небольшой парк. Сейчас здесь было на удивление пусто. Видимо в каникулы местный парк совсем не привлекал студентов, ведь за стенами академии столько всего интересного. Алекс развлекал меня забавными историями студенческой жизни. А я шла по едва протоптанным тропинкам и с удовольствием его слушала. Ноги сами куда-то вели, пока в какой-то момент мы не вышли к небольшому пруду. Место выглядело чрезвычайно живописно: на одном берегу росла осока, на другом ветвистая ива. Чуть поодаль от воды лежал большой валун, а рядом несколько камней поменьше. Аккуратная, но уже пожелтевшая поляна, огороженная березами и кустами бузины.
Сложно сказать, что заставило меня замереть и жестом попросить Алекса замолчать. Тихонько подойдя к валуну, я выглянула из-за него и застыла, не веря своим глазам. На поляне бесился шоколадно-карамельный кот! Иначе его поведение объяснить было нельзя. Сначала он пытался расчесать себе лапой горло, потом начал кататься на спине, словно хотел кого-то скинуть. Кувырки, подскоки, и снова когтями по горлу.
Сначала я растерялась, наблюдая за его поведением. Потом мне захотелось выскочить из-за валуна и свершить правосудие! Совершенно непонятно, как так получилось, что вскоре мы с Алексом полулежали на этот огромном камне, сверху наблюдая за непонятной игрой кошачьего. От его то плавных, то диких движений невозможно было оторваться. Кисточки на ушах очень забавно дергались от каждого поворота головы. Хвост с шоколадной молнией на карамельной шкуре метался из стороны в сторону, иногда ударяя по бокам. Разве что искры не летели. Но вдруг что-то пошло не так. Котосервал вновь вскочил на все четыре лапы и стал странно щериться. Вспомнив кошку, гулявшую во дворе родительского дома, я догадалась, что сейчас будет не самый приятный процесс. Видимо этот негодяй перестарался, вылизывая шкуру.
Только я решила сползти с валуна, чтобы не видеть происходящее, как кот, издав утробный звук, изрыгнул пламя. От неожиданности мы с Алексом отшатнулись и невольно скатились на землю. Он помог мне подняться, после чего мы тихонько обогнули камень, выглядывая на поляну.
– А разве сервалы умеют выдыхать пламя? – шепотом поинтересовалась я у более опытного спутника.
– Никогда о подобном не слышал.
– Вот и коты не умеют. Откуда тогда у этой смеси сервала с котом такая способность?
– Хотел бы я знать, – отшатываясь от очередной струи пламени, теперь полетевшей в нашу сторону, ответил Алекс.
Одновременно с этим он попытался прикрыть меня собой, отчего мне захотелось обнять его крепко и не отпускать. Но момент оказался не подходящий.
– Как бы нам его поймать? Огнезащитного плаща у меня нет.
Со стороны огнедышащего животного донесся чих, потом отфыркивание, от которого в стороны разлетелись струи искрящегося пара, а затем раздался неожиданный голос:
– Не надо меня ловить! Я вас уже давно почувствовал и пытаюсь поговорить.
– Дядя Эдди?
От нахлынувших эмоций неверия, радости и облегчения потемнело в глазах, и я начала заваливаться. Меня подхватили на руки и аккуратно уложили на первые осенние листья. Однако дурнота не проходила, пока шершавый язык не начал вылизывать лоб.
– Фу, Эдди, что ты делаешь? – я попробовала рукой отодвинуть кошачью морду и открыла глаза.
– Осваиваю новые возможности кошачьего тела. – В голосе дяди послышались довольные мурчащие нотки.
– Кстати о новых возможностях, – вмешался Алекс. – Что это сейчас было? Ни коты, ни сервалы, ни тем более их смески не обладают способностью извергать пламя.
– Я вот тоже не слышала, чтобы в живой природе кто-то это умел. Только в старинных легендах.
Кот отпрыгнул чуть ли не на середину поляны и начал опять вытворять непонятные кульбиты. Затем высоко подпрыгнул и приземлился на все четыре лапы, резко мявкнул и виновато на нас посмотрел.
– Я пока сам еще не до конца освоился в новом теле. Если честно, я его еще даже не до конца отвоевал!
– Это как? – чуть ли не хором произнесли мы с профессором.
– А вот так! С рыбкой было значительно проще, я даже и не заметил, кто управлял плавниками до меня. А вот эта животина, – кот смог выгнуть лапу, чтобы указать на самого себя, – оказалась крепким орешком. Я с трудом отвоевал контроль над конечностями и еще иногда его теряю. Вы это только что видели. Но есть и плюсы – моя родная огненная стихия стала потихоньку проявляться. Пока только в виде огненного
