и практически безболезненными. Света отстранилась, упёрлась спиной в стену, сползла по ней на пол и зарыдала, спрятав лицо в руках. А я всё стоял, не в силах подобрать слова, чтобы начать беседу или хоть как-то попытаться её успокоить. Может, всё было бы гораздо проще, знай я, где сейчас Макс, но я даже не имел ни малейшего понятия что с ним. Жив ли он, как себя чувствует? А стоило вспомнить, как он слепо подчинился и с каменным лицом ушёл со странным незнакомцем, в горле образовался неприятный ком. И что я мог ей сказать, чем успокоить?
— Где его тело? — глухо спросила Светка, а я вздрогнул от неожиданности.
— Он живой, Свет, — осторожно ответил я. — Его похитили.
— Как ты мог это допустить? Ты обещал мне!
— Свет…
— Что Свет?! Что?!
— Я виноват, да, но его можно вытащить.
— Тогда почему ты здесь? Хули ты встал?! Иди и вытаскивай! Делай уже что-нибудь.
— Прости, я, правда, ничего не мог сделать, он сам пошёл, понимаешь? Как будто его загипнотизировали. Я даже понять ничего не успел, как они исчезли.
— Мне плевать, Морзе, верни моего сына. Делай что-нибудь, но верни его. Если от меня хоть что-то зависит, скажи, я всё сделаю, только скажи, Саш.
Я молча кивнул, подошёл к ней и погладил по волосам. К моему удивлению, она не скинула руку, не отстранилась и даже вновь не набросилась с кулаками. Девушка поднялась с пола, обняла меня и уткнулась носом в плечо, после чего вновь затряслась всем телом.
Странно, но мне отчего-то стало даже легче. По крайней мере, ушёл мрак из души, словно упал невидимый, но очень тяжкий груз. Его место заняли другие эмоции и в первую очередь злость, захотелось, во что бы то ни стало отыскать ублюдка и разбить ему голову. Правда, я и близко не понимал, как это сделать. Не то что победить, но даже с чего начинать поиски.
Одно ясно наверняка: ему нужен Лёха, и я способен его заманить в Елатьму. Подставлять друга не хочется, к тому же от него немало зависит исход нашей войны с уродами. Да и кем я буду? После такого поступка сам себя уважать перестану. Нет, определённо нельзя допустить, чтобы Лёха попал ему в лапы, его нужно как-то предупредить и сделать это так, чтобы Гонщик не догадался. Я хорошо запомнил его слова о том, что он имеет возможность слышать все наши переговоры.
Так же есть опасение, что Лёха вообще не приедет, когда узнает о странном типе. Но в таком случае он кинет и меня, и собственного сына, а в подобный поступок с его стороны верится с трудом. Да, местами он врёт, что-то недоговаривает, вот только в вещах, касаемых себя самого, а меня, до сих пор, ведь ни разу не подставил, напротив, всячески помогал. Это я, со своим неизлечимым эгоизмом, постоянно высказывал ему за всякую ерунду, а он, по сути, каждый раз оказывался прав. Так что нет, данный вариант я даже рассматривать не желаю. Но если, не дай бог… Из-под земли достану, и тогда меня вряд ли остановят муки совести.
Всё это без остановки вращалось в голове, пока я шёл в комендатуру.
— О, здорова, как съездили? — с широкой улыбкой меня встретил Рустам. — Удачно?
— Связь дай, — сухо ответил я. — После всё объясню, шевелись.
— Ага, понял, принял, ща всё организуем, — Татарин тут же схватился за мышку, принялся быстро клацать, водя курсором но экрану. — Готово.
Я схватил гарнитуру, натянул наушники на голову и вызвал центр, откуда меня уже должны были связать с Лёхой.
— Приём, — донёсся незнакомый голос на другом конце.
— А-а, — опешил я от такого поворота. — Где Лёх… Алексей Викторович?
— В отъезде. Что вы хотели, Морзе, я уполномочен решить любые вопросы.
— Извините, но в данной ситуации мне нужен именно Алексей Викторович, когда он вернётся?
— Без понятия, он как-то забыл доложить, — прилетел ответ с долей сарказма в голосе.
— Вы можете ему передать, что он мне срочно нужен? Дело очень важное, — специально подчеркнул я.
— Естественно, даже в ежедневник специальный запишу.
— Послушай, ты! Мне не до шуточек сейчас, он срочно нужен, ты понял?!
— Послушай ты, — в тон мне вернулся ответ. — Думаешь, мы здесь только чтобы твои жалобы выслушивать?! Я передам, что ты выходил на связь, остальное от меня не зависит.
— Извините, — буркнул я в ответ и скинул наушники.
— Всё плохо? — поинтересовался Рустам, как только прервал сеанс. — Видок у тебя, конечно…
— Макса похитили, — я уселся в кресло и вопреки всем своим принципам закурил прямо в комнате связи. — Тот самый мотоциклист или как ты его там, Гонщик.
— Дела-а-а, — задумчиво протянул тот. — И что думаешь делать?
— Не знаю пока, — помотал я головой, — но это было очень странно, гораздо чуднее всего того дерьма, что творится вокруг.
— Дела-а-а, — повторил Татарин и тоже вставил в рот сигарету.
Глава 13. Му́тки
— Вот это нихуя себе фонтан! — от удивления после моего рассказа, Рустам некоторое время недоверчиво смотрел мне в глаза, словно я прямо на ходу сочинил всё то, что с нами приключилось в Муроме. — А он хоть намекнул: кто такой?
— Да, Рус, прям вот взял и всё рассказал, ещё и пивком угостил!
— Чё ты психуешь сразу?
— Я, по-твоему, плясать должен от счастья?
— Дела-а-а… Слушай, есть у меня одна безумная идея…
— Продолжение будет? — прервал я затянувшуюся паузу.
— Короче смотри: ты сказал, что они якобы все наши переговоры прослушивают, так?
— Это он так сказал.
— Да какая нахуй разница кто, слушают или нет?
— Откуда мне знать? Может, и слушают, ты можешь ближе к делу?!
— Во-первых, успокойся уже, ты своим психозом только хуже делаешь и меня бесишь. Разум воина должен быть холоден…
— Ща въебу!
— Ладно, не ори. Короче, предлагаю выйти с ним на связь. Сейчас запущу твой код, но чуть иначе, чтоб ты своих случайно не вызвал, попробуем с ним пообщаться.
— Думаешь, получится? — сразу оживился я, потому как идея была, в самом деле, шикарная.
— Понятия не имею, но попробовать можно. Раз слушают, значит, и ответить смогут.
— И что нам это даст?
— Попробую их засечь, есть у меня кое-какие алгоритмы и оборудование, ещё от РЛСок достались, плюс парни кое-чего подтянули. Я этим иногда балуюсь, от скуки.
— Я всё равно нихера не понимаю, но если сработает — с меня стакан.
— Пол-литра, — хитро подмигнул Татарин.
— Да хоть два, делай.
— Не, это я ублююсь, — усмехнулся тот, при этом уже отстукивая по клавиатуре
