Гигли бросила на нас многозначительный взгляд:
– Если вам нужна комната, то я рада буду услужить. Ведь, кроме этого и билетов на самолет, я немногим могу помочь.
Проворство, с которым мы оба ответили на ее предложение, вкупе со все возрастающим желанием, которое я чувствовала не только в себе, но и в Адриане, говорило о том, что, несмотря на уверенность во мне Адриана, мне было еще далеко до настоящего заклинателя.
– Сила заклинания тает. Надо брать книгу магии, – выдохнула я, ни на секунду не отводя взгляда от сверкающих синих глаз Адриана. Я сомкнула пальцы на томике с заклинаниями, едва он появился в моей руке. Адриан схватил меня и потащил к боковой двери.
– Какая комната? – спросил он.
– Семнадцатая свободна, или, если желаете, можете взять президентский люкс, там есть ванная.
– Мы возьмем его! – выкрикнул Адриан, уже следуя по очередному коридору. Нам вдогонку лился смех Гигли.
Этот коридор отличался от остальных. На стенах висели порнографические снимки, которые с первого взгляда казались самыми обычными. Однако при ближайшем рассмотрении – а мне представилась такая возможность, пока Адриан возился с замком президентского люкса, – я заметила, что трое из участников вакханалии прозрачные, а у четвертого две пары рук.
– Так вот как выглядит полтерге-е-е-е-е-е…
Адриан открыл дверь президентского люкса и буквально затащил меня на огромную кровать, которая господствовала в комнате.
– Ты готова принять меня? Скажи, что ты готова, Hasi, – потребовал Адриан грубым, срывающимся голосом. Он швырнул ранец и плащ на кресло и быстро стащил с себя ботинки и свитер.
Я одним движением стянула через голову жакет и свитер, затем скинула джинсы и туфли. Он одновременно со мной снял свои штаны.
– Я уже давным-давно готова. Иди же ко мне, мой дикий жеребец!
– Жеребец, говоришь? – переспросил он и упал в мои распахнутые объятия. Его тело напряглось от возбуждения. Он гладил меня по груди и животу. – Такты считаешь меня племенным жеребцом?
– Да, ты настоящий производитель, ты красивый и сильный, мой жеребец. – Я обняла его за широкие плечи и притянула к себе.
– Если ты хочешь быть моей кобылицей, то надо сделать все как полагается. – Он обнял меня за талию.
Мое сознание наполнили образы того, что он хочет со мной сделать, и я застонала от возбуждения. Он перевернул меня и поставил на колени.
– Не думаешь ли ты, что… о, видимо, думаешь…
Мы оба почти сразу же достигли оргазма. Нас обоих переполняли эмоции. Я рухнула под тяжестью его тела. Мы оба тяжело дышали, но я уже хотела его снова. Но несмотря на наше обоюдное желание, несмотря на чудесное мгновение, чего-то, казалось, не хватает, что-то было не так.
– Ты меня не укусил! Ты не пил мою кровь!
Он повалился рядом со мной, мне стало страшно, что он больше не хочет меня так, как может хотеть только Темный.
– Hasi, Hasi, – пробормотал он, встал и прижал меня к своей груди. – Неужели ты действительно думаешь, что не нужна мне больше? Ты – моя жизнь, мое дыхание, кровь, которая течет в моих венах. Без тебя мое существование просто невозможно.
– Но тогда почему… – начала я, чувствуя, что он говорит мне правду, но сбитая с толку его поведением.
– То, что мы сделали, лишь ненадолго утолило наш голод. Основное блюдо еще впереди. – Он уложил меня на густую белую шкуру, лежавшую перед камином. Я оглядывалась по сторонам, а он разводил огонь, пользуясь дровами, которые лежали аккуратной поленницей рядом с камином. Комнату освещали несколько свечей, расставленных повсюду на маленьких столиках. Помимо столиков, из мебели в комнате были только кровать и длинный диван у стены.
Я посмотрела на мускулистую спину Адриана, который разжигал огонь, и улыбнулась его развратным мыслям. Я разделяла их все до единой.
– Главное блюдо, да? Я определенно изголодалась, так что, полагаю, тебе, как джентльмену, нужно уступить пальму первенства даме.
– Пожалуй, это можно обсудить, – ответил он, повернувшись ко мне вполоборота. Он улыбнулся, и от его улыбки мое сердце забилось быстрее. Свет от огня позолотил его загорелую кожу, прошелся своим языком по его волосам и окрасил его брови в цвет скорее красный, чем коричневый. Его глаза стали совсем темными, такими темными, что я не решилась определить их цвет. Но, даже недотрагиваясь до него, я чувствовала страсть, что бушевала в нем.
– Я люблю тебя, – сказала я не раздумывая. Он моргнул.
– Мало того, ты тоже меня любишь.
Он раздул ноздри. Ах, как мне это нравилось! Я улыбнулась:
– Я чувствую твои эмоции, хотя даже не дотрагиваюсь до тебя. Похоже, ты был прав, когда говорил, что мой мозг сам себя лечит мало-помалу.
– Hasi, – начал он, но замолчал. Мне несложно было понять, что он сожалеет о чем-то.
– Нет, – сказала я и притянула его за плечи к себе, – я ничего не желаю слышать о том, что ты не выживешь после встречи с Сейером. Я не желаю твоего благородства и самопожертвования. Я просто хочу, чтобы ты любил меня так же, как я люблю тебя, Адриан.
Отчаяние затмило все еще сильное возбуждение в нем. Он закрыл глаза, и я поцеловала его, отметив, что он искренне верит в то, что у нас нет будущего. Во мне боролись два противоречивых чувства. Мне хотелось добиться от него признания в любви и в то же время хотелось показать, что это такое – любить другого человека. В итоге я приняла то, что он готов был мне дать, а беспокойство по поводу нашего будущего отложила на потом.
Я пощекотала его под коленкой, и его нога дернулась.
– Тебе щекотно?
– Ну разумеется, – ответил он, открывая глаза. На этот раз они были цвета индиго, полные страсти и возбуждения. Я коварно улыбнулась. Раньше я не умела так улыбаться, но быстро научилась, едва познакомилась с Адрианом.
– Кто бы мог подумать, что вампиры боятся щекотки. Я определенно побеседую с создателями «Баффи» по поводу некоторых вампирских штучек.
Он замер, когда я прошлась языком там, где недавно были мои пальцы.
– Скажи, чего тебе хочется? – спросила я, лишь ненадолго отрываясь от его ноги.
– Всего, – прошептал он томно.
Я медленно подняла взгляд вверх по его телу, не упустив ни единой детали. Он лежал на спине, его пальцы впились в шкуру по обе стороны от его бедер. Он застонал, глядя на меня.
– Вот и хорошо. Потому что у меня далеко идущие планы на твой счет. – Я переключилась на другую ногу, нежно царапая ногтями чувствительную кожу на внутренней стороне бедер.
Я поднялась выше, продолжая ласкать его, и он задрожал всем телом.
– Тебе нравится то, что я делаю? – спросила я и добавила к рукам язык.
Боже правый, Hasi! Как ты можешь спрашивать такие вещи? Твои прикосновения разжигают меня.
