вообще стоял чисто номинально, так что вояки из Арктура не слишком парились. Пробраться позволил все также усиленный Поваром Могильщик. Стоит, правда, упомянуть, что одна пушка таки совершила шальной выстрел — лазер мягко проскользнул по восстановившемуся щиту.
Первым делом после посадки он вновь провел краткий осмотр Ласточки под вторгающиеся взгляды пассажира. Лишь не обнаружив явных поломок (так как монитор состояния систем иногда может, кхм-кхм, врать), выдохнул с облегчением. Путешествие вышло интенсивным, по-другому и не скажешь.
Нужно в Перигелий. Сити-17 был хорош, но сейчас нужно чуть более безопасное место, нежели спрятанный подвал под невзрачным баром. К тому же следовало… (интенсивно поборолся с собой Фокусник)… отблагодарить Сильму, ведь именно она направила его искать Сандей — не напрямую, конечно, но он все равно был ей признателен. А лучшей благодарностью в его случае было бы привести девушку в опять же надежное укрытие, дабы ничьи старания не прошли даром. На данный момент самым подходящим для неё местом являлась квартира и рабочая зона одной из сотрудниц организации, занимавшейся профессиональными разведкой и убийством. Ибо, дабы скрываться под носом у Триумвирата, явно необходимы некоторые слои защиты.
В гиперлупе девушку было не оторвать от окна. Ему никогда не понять, что чувствует человек, всю свою жизнь проведший в огромном парящем булыжнике и никогда не видевший растительности более, чем несколько пожухлых травинок на обширном грибном поле. Жизнь в незнании являлась одновременно и благом, и несчастьем — отныне вернуться в старую среду, если появится такая необходимость, ей будет сложно.
Добравшись до Перигелия, Фокусник решился на волевой поступок:
to ☣☣☣: Буду через пять минут.
Читать полетевшие в ответ сообщения духа не хватило, так что он молча направился с Сандей под аккомпанемент сирен ядерной угрозы. Плотный поток людей, характерный для столь крупного города, еще несколько метров по инерции озирался.
Последняя сотня метро перед нужным зданием была самой тяжкой. Каждый шаг ощущался так, словно к ногам прицепили гири, а к голове приставили пистолет. Само его нутро извивалось от боли. Несколько раз в секунду он задумывался над тем, чтобы повернуть назад и спастись от этих пыток.
Но он стойко шел. Не это ли проявление настоящей воли?
Так же стойко поприветствовал работниц корпуса. Не менее стойко общался с пареньком-охранником и крепко стоял, пока поднимался на лифте.
Звоночек о прибытии на нужный этаж показался колоколом, что сейчас расфарширует мозги из его головы. Перед открывшимися дверцами его ждала… она.
— Соизволил написать, а ответить — нет! С тобой вообще бывает что-то в порядке?
— Нет.
Нет. Нет, нет, он никогда не в порядке!
Он буквально кричал внутри.
— Мне нужна твоя помощь.
Само его существование царапало ногтями по школьной доске разума. Самыми острыми коготками впивалось в самые глубокие бороздки и со всей силы давило, выжимая сладкие соки страданий.
Ему хотелось умереть. Рука так и тянулась приставить пушку к виску.
— Да? И в чем же, Ос-вальд?~ — протянула Сильма его имя. Больше всего он не любил, когда она с ехидным лицом так обращалась, ведь это значило её победу первым ходом.
Ладонь непроизвольно сжалась. Сандей прямо за ним пискнула, ведь он до сих пор держал её руку с момента, как вел по переполненной улице.
— Кто там у тебя?
— Пассажир.
Выйдя из кабины лифта, он показал девушку, что лишь в сей момент отпустил.
— Это?..
— Да. Она. И… — неиронично ощутил покалывания от той сложности, с которой далось единственно слово, — Спасибо.
Темная госпожа на секунду зависла. Реакция Фокусника НАСТОЛЬКО отличалась от ожидаемой, что, не будь она вязом, могла бы впасть в обморок от перегрузки центрального процессора вследствие парадокса.
— Ты сказал спасибо мне?
— Не начинай.
— Он поблагодарил! Он поблагодарил! Нужно рассказать девочкам… — она действительно обратилась к импланту, о чем засвидетельствовал расфокусировавшийся взгляд.
— Йер милостивый, ну не сейчас же!
— А когда? Новость-то горячая~.
Ему хотелось биться головой о стену. Маску холодного отчуждения выдержать не удалось, и она это заметила. Теперь будет донимать.
— Силь, — случайно вырвалась уменьшительно-ласкательная форма, которую он когда-то поклялся больше не использовать. Напрасно, — дело серьезное. Сейчас не время до шуток.
Видимо, его усталый взгляд говорил сам за себя. Ехидная ухмылка растворилась, а от игривого блеска в глазах остались лишь следы. Все-таки, хоть она, как и он, любила пошутить в собственной манере, но умела выдерживать ту красную черту, за которую лучше не выходить. И Фокусник только что ясно показал, что перед порогом госпожа стоит чуть ли не вплотную.
— Благодарю, — и вновь он был искренне признателен. Не так сильно, как минуту назад, но тоже ничего.
— Ну хорошо. Объяснишь-таки, кто это такая? Хоть я и догадываюсь…
Сосредоточили оба взгляды на девушке. От столь пристального внимания ей стало некомфортно, но сие мимолетное чувство не могло соперничать с сопровождавшим её в течении путешествия по этому странному миру ощущением оторванности от реальности. Местное… все слишком отличалось от привычного. Ни за что не получалось ухватиться, ведь даже люди совершенно другие.
Фокусник бросил мимолетный взгляд на девушку и объяснил:
— Сандей. Она общается с душами.
— А ты не верил!
— Да. А ты бы на моем месте верила? Сомневаюсь.
— Что не верил? — впервые подала голосок сама объект разговора. Она звучала совсем не так уверенно, как в родном мире.
— Что ты существуешь, — поспешила пояснить темная госпожа, — вязы с твоими способностями крайне редки. В течении полувека появлялся один или два. Но за последние три сотни лет не показалось ни единого, так что глупышка Освальд совсем отчаялся.
— Да уж, спасибо за разъяснения.
— Всегда пожалуйста~.
— Не сказала бы, что так уж уникальна. Судя по рассказам Освальда, много кто способен видеть души, — задала вполне логичный для неё вопрос персона, из-за которой весь сыр-бор и заварился.
— Да. На это в некоторой степени способен любой квиринг, а более глубоко воздействовать может каждый десятый. Но вот разговаривать с умершими… Как ты могла понять, никто.
Сильма, видимо, решила стать личной справкой для Сандей, потому что по-другому объяснить энтузиазм госпожи в объяснениях он не мог.
— Чего в проходе мнетесь? Входите, — развернулась владелица пентхауса и побрела на кухню, с которой вскоре донеслись звуки чайника мгновенного вскипания. Мечущаяся по квартире Сандей разглядывала все и вся, а Фокусник мирно лежал на диване, вытянув ноги, и пялился в тонированное окно. Под красными лучами заката особенно четко просматривался тяжелый смог. Даже Перигелий не избежал участи меньших городов, хоть было наставлено множество очистителей атмосферы.
Как-то незаметно пролетели минуты. Странная апатия накатила, из-за которой он
