просить у тебя.
Клодия смотрит на меня как на марсианина.
– Разрешение на что?
– На то, чтобы увезти Ноя танцевать.
– Мое разрешение тебе не нужно.
– Но я хотел бы его получить.
Клодия снова оглядывает меня с головы до ног.
– Ладно. – Ответ суперкраткий, но для начала сойдет.
Ной спускается по лестнице. Я вручаю ему бутоньерку, а он мне – фотографию цветка, который ярче и красивее живого.
– Я подумал, такой цветок дольше не завянет, – поясняет Ной, аккуратно вкладывая фото мне в карман.
Клодия исчезает в другой комнате, Ной берет меня за руку.
– Поехали за Тони, – говорит он.
Мы почти выходим за порог, когда возвращается Клодия.
– Погодите! – просит она. Мы оборачиваемся, и Клодия поднимает фотоаппарат. – Хочу снять вас вместе.
Клодия ставит нас у лестницы, велит нам податься друг к другу, а мне – положить руку Ною на плечо. Дело до обыденного простое: улыбнуться перед вспышкой, проверить, все ли в порядке, – а для меня это откровение. Впервые в жизни я по-настоящему чувствую себя частью пары. Я чувствую, что мы с Ноем одно целое. Позировать его сестре для фотографии, рука об руку идти от парадной двери к машине моего брата – это получается без особых раздумий, как нечто естественное.
Джей и Дилия приветствуют Ноя, мы едем в жилой комплекс Тони. Там мы условились встретиться и пойти к его дому пешком. Кайл уже на месте (впоследствии я выясню, что он явился первым). Беспредельная Дарлин на месте в платье а-ля Грейс Келли. Трилби и Тед на месте, наряды у них не сочетаются, зато сочетается что-то в лицах. Эмбер очаровательна в коктейльном платье, которое носила ее прабабушка в бытность эмансипе. Лора и ее девушка нарядились в Одри Хепберн и Одри Хепберн, Эмили и Эми – скромно, в джинсы и старомодные свитера.
Джони не видно. Нам пора за Тони, а мы с места не сдвигаемся. Те из нас, кто знает Джони, продолжают ее ждать. Мы не говорим ни слова, но я чувствую: ждут и Тед, и Беспредельная Дарлин. Нам до сих пор не верится, что Джони такое пропустит. Но, видимо, мы ошибаемся. Через пять минут Кайл говорит, что время не терпит, и, к моему удивлению, первым направляется к дому Тони. Я пристраиваюсь к нему, Кайл показывает мне кольцо, которое его покойная тетя подарила своему мужу. Дядя Том разрешил Кайлу надеть это кольцо на бал. Я благодарю Кайла за то, что он показал его мне.
Вот мы у дома Тони. Машины в гараже. Его родители на месте – и отец, и мать. Кайл отступает в сторону, чтобы в дверь позвонил я. Моя рука тянется к кнопке, когда раздается голос Джони:
– Я здесь.
Я поворачиваюсь к ней. Рядом с Джони Чак, вид у него недовольный.
– Прости, что опоздала, – добавляет Джони.
– Ничего страшного, – заверяю я и наконец звоню в дверь.
Открывает мать Тони. Его отец тоже у двери.
– Мы пришли, чтобы отвезти Тони на танцы, – объявляю я.
За спиной у родителей появляется Тони в своем лучшем воскресном наряде.
– Ясно, – отзывается отец Тони. Особой радости в его голосе не слышно. – И ты его пара?
– Мы все его пара, – отвечает Джони.
Все делают шаг вперед. Парни и девушки. Гетеросексуалы и дрэг-квин. Мой бойфренд. Мой бывший бойфренд. Мой брат. Я.
Тони проходит мимо родителей и встает рядом с нами. Костюм у него коричневый, галстук завязан криво, но я еще никогда не видел, чтобы он так здорово выглядел.
– Можно мне на танцы? – спрашивает он.
Его родители смотрят на него. Его родители смотрят на нас. Его мать зажимает рот ладонью. Его отец пятится от порога.
– Похоже, ты намерен идти в любом случае, – строго говорит он.
– Но я хочу, чтобы ты мне разрешил, – умоляет Тони срывающимся голосом.
Кажется, его отец разрывается между догмой и беспомощностью. В итоге он просто отходит от порога.
Тони поворачивается к маме. У той из глаз катятся слезы. Она смотрит на Беспредельную Дарлин. Она смотрит на Джони. Она смотрит на нас с Кайлом. Потом она смотрит на своего сына.
– Пожалуйста! – шепчет Тони.
Его мать кивает.
– Повеселись как следует! – говорит она. – Возвращайся к полуночи.
Тони сияет от облегчения. А вот его мать не сияет. Не сияет она, даже когда Тони наклоняется поцеловать ее на прощание.
– Спасибо!
На миг мать прижимает Тони к себе, заглядывает ему в глаза, потом отпускает вместе с нами в темную ночь. Всем хочется кричать «Ура!», но мы понимаем: с этим придется подождать. Для танцев у нас появился еще один повод.
Мы возвращаемся к машинам. Тони мешкает.
– Погодите! – просит он.
– В чем дело? – интересуюсь я. Все останавливаются послушать.
– Можем мы опоздать на бал? – спрашивает Тони. – Есть одна идея…
Хочу запомнить навсегда
Ноябрьский вечер. Девять часов. Суббота. Мы на поляне, окруженной деревьями и кустами, под сенью холма, который любим называть горой. Слухи расползлись, и большинство наших друзей здесь. Вдова ждет в спортзале. Скоро и она получит свой шанс.
Кто-то принес радио. Треки пульсируют в воздухе, мы танцуем. Нас освещают фонарики и свечи. Нас украшают дедовы портсигары и браслеты наших бабушек. Вся ночь впереди, и у нас все впереди. Мы посреди чего-то, мы чувствуем все.
Наш танцпол – земля. Наш затейливый декор – звезды. Танцуем мы самозабвенно: на этой поляне для нас существует лишь счастье. Я кружу Эмбер в танго, па мы придумываем на ходу. Рядом танцуют Тони и Кайл. Счастливые. Смеющиеся.
Здесь и сейчас мы те, кем хотим быть. Я везунчик, потому что мне для этого особой храбрости не нужно. А вот для других сам приход на поляну – поступок невероятно отважный.
Я танцую с Ноем. Под медленную музыку и под быструю. На медляках мы проникаемся невысказанным. «Осторожно». «Я только учусь». «Ты такой красивый». «Это так прекрасно». Под быструю музыку все эти мысли исчезают, остается дикий кайф от слияния с большой компанией, с музыкой, от единения всех наших сходств и различий.
Вот начинается новая песня, и я отхожу в сторону. Хочу не только сливаться и объединяться, но и видеть. Хочу запомнить самую суть этого вечера. Я изумлен своей любовью к такому числу людей. Изумлен комизмом и непредсказуемостью. Изумлен верой, которая сплачивает и заставляет держаться. Я раскрываюсь, чтобы впитать все. Происходящее на поляне как рапсодия.
Я вижу зелень листвы и белый шелк платьев. Вижу, как Эмбер пытается повалить на землю Беспредельную Дарлин, а та голосит от радости. Вижу, как Тед их подбадривает, тренькая на воображаемой гитаре. Вижу, как Кайл
