общество, как мы уже видели, насквозь пронизано координационными играми, так что в итоге легитимность оказывается очень важной. Практически в любой среде, где координационные игры существуют достаточно долго, неизбежно возникают определенные механизмы принятия решений. Эти механизмы встраиваются в культуру, где люди их учитывают и (обычно) следуют их предписаниям. Каждый человек рассуждает так: поскольку
все следуют этим механизмам, я, поступив как-то иначе, только создам опасный для меня конфликт или в крайнем случае останусь один в экосистеме, которую покинули все остальные. Если механизм успешно помогает делать подобный выбор, он обладает легитимностью.
В любом контексте, где координационная игра существует достаточно долго, скорее всего, будет и концепция легитимности. А в блокчейне полно координационных игр. Какое клиентское программное обеспечение вы используете? В какой децентрализованный реестр доменных имен отправляете запрос и какой адрес соответствует имени с. eth? Какую копию контракта Uniswap вы сочтете «настоящим» обменом Uniswap?[83] Даже NFT являются координационной игрой. Ценность NFT складывается из двух компонентов: во-первых, гордости от обладания NFT и возможности этим похвастаться, а во-вторых, перспективы в будущем его продать. И там и там исключительно важно, чтобы все остальные признавали легитимность купленного вами NFT. Во всех перечисленных случаях вам будет выгодно принимать те же решения, что и остальные; и механизм, отвечающий за этот баланс, обладает огромной силой.
ТЕОРИИ ЛЕГИТИМНОСТИ
Легитимности можно достичь самыми разными способами. В целом что-то приобретает легитимность, когда становится психологически привлекательным для большинства людей. Но психологическое восприятие часто складывается из множества факторов. Составить полный перечень теорий легитимности невозможно, но можно начать с нескольких.
▓ Легитимность за счет грубой силы: некто убеждает всех, что он достаточно силен, чтобы навязывать свою волю и справиться с любым сопротивлением. Большинство подчиняется ему, предполагая, что все остальные тоже слишком напуганы, чтобы сопротивляться.
▓ Легитимность за счет непрерывности: если что-то было легитимным в момент T, оно по умолчанию будет легитимно в момент T+1.
▓ Легитимность за счет справедливости: что-то может стать легитимным потому, что оно соответствует интуитивным представлениям о справедливости. Отчасти это описано в моей статье о достоверной нейтральности, хотя важно помнить, что есть и другие виды справедливости.
▓ Легитимность за счет процесса: если процесс легитимен, то легитимны и его результаты (например, законы, принятые в демократических странах).
▓ Легитимность за счет результатов: если большинство людей удовлетворены результатами процесса, то этот процесс может обрести легитимность (например, когда диктатура улучшила ситуацию в стране).
▓ Легитимность за счет участия: если люди участвуют в принятии решения, они с большей вероятностью сочтут его легитимным. Это похоже на справедливость, но не совсем: здесь работает психологическое желание быть последовательными в своих действиях.
Обратите внимание, что легитимность – описательное, а не оценочное понятие: что-то может считаться легитимным, даже если лично вам это кажется ужасным. Тем не менее, если с вами согласится достаточно много людей, в будущем наверняка произойдет что-то такое, что сперва пошатнет, а затем окончательно разрушит эту легитимность.
ЛЕГИТИМНОСТЬ – МОЩНАЯ СОЦИАЛЬНАЯ ТЕХНОЛОГИЯ, И ЕЕ НУЖНО ИСПОЛЬЗОВАТЬ
В экосистемах криптовалют сложилась весьма удручающая ситуация с финансированием общественных благ: из многомиллиардных капиталов на них уходит всего несколько десятков миллионов, хотя будущее благополучие этих капиталов зависит именно от общественных благ.
Отреагировать на этот факт можно двумя способами. Первый – гордиться этими ограничениями и тем, как героически, пусть и не всегда эффективно, ваше сообщество все-таки продолжает функционировать. Похоже, именно этот путь предпочла экосистема Bitcoin.
Самоотверженность команд, готовых вкладываться в фундаментальные разработки, несомненно, достойна восхищения, но в той же мере достойна восхищения способность Элиуда Кипчоге пробежать марафон менее чем за два часа: это впечатляющее проявление человеческой силы духа, но оно не имеет отношения к будущему развитию транспорта (или, в нашем случае, к финансированию общественных благ). Подобно тому как более совершенные технологии позволяют нам преодолевать 42 километра менее чем за час без многолетних тренировок, мы должны сосредоточиться на создании более совершенных социальных технологий, которые помогут финансировать общественные блага в нужных объемах и делать это системно внутри нашей экономической экосистемы, а не в качестве разовых актов филантропии.
Теперь вернемся к криптовалюте. Главная сила криптовалюты (и других цифровых активов вроде доменных имен, виртуальной земли и NFT) заключается в том, что она позволяет сообществам накапливать большие суммы капитала без необходимости чьих-либо личных вложений. Однако этот капитал ограничен концепциями легитимности: если просто взять и выделить его централизованной команде, это приведет к потере его ценности. Хотя Bitcoin и Ethereum уже полагаются на концепции легитимности для реагирования на атаки 51 %, использовать их для финансирования общественных благ внутри протокола намного сложнее. Зато на прикладном уровне, который становится все более прибыльным и где регулярно создаются новые протоколы, у нас намного больше свободы распределять это финансирование.
ЛЕГИТИМНОСТЬ В BITSHARES
Когда-то давно Bitshares предложили, на мой взгляд, инновационную, но ныне уже забытую модель социального консенсуса. По сути, Bitshares описали себя как сообщество людей (держателей PTS и AGS), готовых коллективно поддерживать экосистему с новыми проектами, но для попадания в эту экосистему проект должен был выделить 10 % своих токенов держателям PTS и AGS.
Разумеется, любой желающий может создать проект и ничего не выделять держателям PTS/AGS – или даже сделать форк проекта, который выделил средства, и забрать их. Но вот что сказал Дэн Лаример:
Нельзя заставить кого-то что-то делать, но на этом рынке многое решает сетевой эффект. Если вы создадите интересный продукт, то сможете привлечь целое сообщество PTS по цене создания нового первичного блока. Человеку, который решит начать с нуля, придется выстроить вокруг своей системы целое новое сообщество. Учитывая сетевой эффект, подозреваю, что проекты лишь выиграют от присоединения к ProtoShare.
Это тоже концепция легитимности: проекты, которые распределяют средства между владельцами PTS/AGS, получают внимание и поддержку сообщества (каждому отдельному члену сообщества выгодно проявлять интерес к проекту, потому что остальные делают то же самое), а проекты, не выделяющие токены, соответственно, ничего не получают. Разумеется, не нужно копировать эту концепцию легитимности один в один – сообщество Ethereum не горит желанием обогатить какую-то маленькую группу первых последователей, – но ее можно взять за основу и превратить в нечто, что принесет больше общественной пользы.
ТА ЖЕ МОДЕЛЬ В ETHEREUM
Блокчейн-экосистемы, в том числе Ethereum, ценят свободу и децентрализацию. Но экология общественных благ большинства блокчейнов, к сожалению, все еще довольно централизована: в Ethereum, Zcash или других крупных блокчейнах за нее отвечает одна организация (максимум две-три), которая расходует большую часть средств и практически ничего не оставляет независимым командам, которые хотят создавать общественные блага. Я называю эту
