За ними, оглядевшись по сторонам и прислушавшись к ночной тишине, внутри колокольни скрылся и последний неизвестный. Чужак! Поскольку, попытавшись закрыть за собой двери, повозился немного, но так и не преуспел. Створка осталась приоткрытой.
Гм, если это не ловушка, то спасибо. Полюбопытствуем…
Как можно осторожнее я подкрался к двери и заглянул внутрь, но… ничего не увидел! То есть никого. Небольшая площадка перед лестницей наверх была совершенно пустой.
Е-мое! Куда же они подевались? Наверх, к колоколам полезли, что ли? Какого рожна, спрашивается?
Стараясь не заскрипеть, я приоткрыл дверь всего лишь, чтоб протиснуться. И только оказавшись внутри, услышал негромкий разговор, доносившийся из-за лестницы. Сунулся туда и увидел в полу люк лаза. Голоса звучали оттуда.
— Спасибо еще раз за оказанную помощь, отец Клементий. Будьте уверены, Великий магистр узнает о вашей роли в этом деле.
— Спасибо, брат Альбрехт. Вы же понимаете, как это для меня важно?
— Не волнуйтесь, святой отец. Каждый, кто вовремя одумался и принял свет истинной веры, важен ордену. И тем более — духовный пастырь схизматиков. Ваши деяния и заслуги трудно переоценить. Ждите вскоре меня или иного посланца ордена с благодарностью от его преосвященства. А теперь прощайте. Нам пора… Не нравится мне, что купец варвара в городке оставил. Замышляет что-то старый лис.
— Счастливого пути, брат Альбрехт. А о варваре не беспокойтесь. Мои люди за ним весь день смотрели. Наивен, как дитя. Ничего в жизни не смыслит. Такое иной раз спрашивал, что не поймешь: смеяться или плакать. Видимо, потому купец от него и избавился. Сейчас на сеновале, в конюшне стражи дрыхнет.
— Ну, осторожного путника и Бог оберегает… Ad maiorem![34] — Потом что-то глухо хлопнуло, словно на пол уронили ночвы, и все затихло.
Вот как? За мною весь день шпионили, а я никого не заметил? Кошмар! Ну так меня же не готовили в ряды доблестных спецслужб. А как отличить одного горожанина от другого? И понять: следит или живет тут и во двор покурить вышел? Главное, что соглядатаи от меня отстали, поверив, что я уснул. Только чего эти злодеи там внизу прощаются? Никак подземный ход из колокольни за городские стены прорыт? Эх, Носача предупредить бы. Жаль, некогда. Пока я тут мысли размышляю, враги уходят. И хорошо, если на той стороне их сообщники с лошадьми не ждут!
Приняв решение, я, уже не прячась, скатился по ступеням вниз.
Поп довольно резво обернулся на топот, но долго удивляться ему не пришлось. Резкий удар в челюсть отправил святого отца в нирвану. Зато я в полной мере ощутил чувство изумления, по силе близкое к шоковому. Вместо ожидаемой потайной двери передо мной разноцветными огнями переливался овальный диск размером с ростовой щит. Более всего напоминающий телепорт. Именно таким, как их изображают в фэнтезийных играх и фильмах…
ЧАСТЬ ВТОРАЯ
Нет ада и рая для тех, кто в пути.Нет дома для тех, кто покинул свой берег.Все знает листва, что по ветру летитИ в силу предавших деревьев не верит.
И. Морозова
Глава первая
В первое мгновение я ощутил приступ дежавю.[35]
Вечерние сумерки. Небольшая поляна у обочины. Сдвинутые телеги. Мирно пережевывающие жвачку волы. Ярко пылает костер. И… четверо обозников отбиваются от полудюжины наседающих на них разбойников. Звенит оружие, бряцают кольчужные доспехи. Трое уже лежат на земле. Один еще шевелится, а двое — замерли неподвижно. В общем, картина маслом… Словно в прошлое вернулся.
Умные люди утверждают, что все в этой жизни повторяется. С одним небольшим, но важным уточнением. Если оригинальные события в основном происходят в жанре классической трагедии,[36] то дубль — больше напоминает фарс.[37]
Но и плюс в таком положении дел огромнейший. И не потому, что повторенье — мать ученья, а потому что больше нет нужды тратить время на обдумывание: кто виноват, что делать и бить или не бить?
Даже не заорав: «Держитесь, братцы!» или «Наших бьют!», — я со всех ног бросился вперед, подскочил к крайнему разбойнику и огрел его по голове дубиной.
Пребывая в своем нормальном облике, я не слишком опасался, что его голова разлетится, как переспелый арбуз. Но удар все-таки придержал. Чисто рефлекторно. Памятуя о былом. Впрочем, разбойнику и этого хватило. Издав что-то среднее между охом и вздохом, он, как куль, осунулся наземь.
«Минус один!»
Прежде чем это событие стало достоянием гласности, я перехватил дубинку поудобнее и заехал ею по ребрам второго лесного татя. Что-то мерзко хрустнуло, и он, перейдя в партер, присоединился к своему товарищу.
«Минус два!»
Картина боя сразу же существенно изменилась. В количественном плане, но никак не в качественном. Эти разбойники, в отличие от покойной нынче шайки Пырея, умели пользоваться оружием. Даже странно, что обычные купцы сумели так долго противостоять им, да еще и находясь в меньшинстве. Сейчас, когда бой распался на четыре парные схватки, преимущество в выучке было очень заметно. Притом, что я никогда не был знатоком в фехтовании, ни спортивном, ни историческом.
Сам Круглей и дядька Озар еще сражались почти наравне со своими противниками, а Кузьма и четвертый охранник, наверное, тот самый, из выздоровевших людей купца, уже едва-едва держались.
Соответственно, выбирать снова не было необходимости.
По-прежнему игнорируя кодекс фейр-плей и прочие рыцарские заморочки, я зашел за спину тому, кто наседал на Кузьму, и все тем же проверенным приемом нокаутировал разбойника.
«Минус три!»
— Спасибо, Степан… — прохрипел, тяжело дыша, Кузьма. Но тем не менее отдыхать не стал, а бросился на помощь незнакомому охраннику.
Собственно говоря — это я сильно преувеличил. Темп передвижения парня сейчас был примерно где-то посредине между улиткой и черепахой. Но вектор правильный. Уважаю.
— Отдыхай! Я сам…
Этого разбойника так просто отключить не удалось. Либо он краем глаза заметил судьбу своего товарища, либо — был более опытным и угрозу ощутил даже спиной. И прежде чем я опустил дубину, разбойник не только успел повернуться ко мне лицом, но и парирующим ударом вскинуть меч вверх.
Помогло ему это мало. Не разворачиваться надо было, а отпрыгивать. Тогда шанс имелся. А так… Массивная дубина натолкнулась на подставленное лезвие, увлекла его за собой, и на голову разбойника опустился его же собственный меч. А клинок обозника тем временем тоже нашел у врага на спине прореху в доспехе…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
