— Есть, — кивнул Круглей. — Да не про нашу честь.
— Почему? Ты что, собираешься сам к нему в зубы лезть?
— Приходится.
— Но это же глупо!
— Как поглядеть.
— Да хоть через как!.. Барон прибьет вас и не поморщится.
— Ошибаешься, Степан. Вот скажи мне, как ты думаешь: почему я отправился в путь всего лишь с десятком охранников? Ведь у любого князя, графа, барона — по чьим землям обозу идти придется — только в дружине не меньше сотни воинов. Никак не отбиться. Верно?
— Договор?
— Хорошо соображаешь для варвара… — Круглей удивленно повел подбородком. — Именно договор. Но не со мной лично, а с Гильдией. А уж у нее хватит и людей, и средств, чтобы, не приведи Создатель, случись беда — выяснить: что именно произошло и кто в этом виновен.
— Допустим. И что дальше? Что Гильдия нарушившему договор барону сделает? Войну объявит?
— Нет. Просто в один день в землях клятвопреступника перестанут что-либо покупать и продавать. Как думаешь, долго после этого в его землях останется хоть кто-то из мастерового люда? Да и крестьян…
— Как-то я об этом не подумал. То есть ты уверен, что в замке барона вам ничего не угрожает? Подожди… А как же все эти нападения, похищение девушки?
— Во-первых, пока неясно, насколько самому барону обстоятельства этого дела известны. Может, дружинники сами за его спиной резвятся? Дуреют от скуки. Понравилась девка, вот и умыкнули с пьяных глаз. А когда протрезвели — испугались. И решили следы замести.
— Ага. Убить всех — куда меньшее зло, чем похищение девицы.
— Ну а что ты хочешь от ратников? Они ж ничему более не обучены. Вот и пошли проторенной дорогой. Исчезнет купец — некому и племянницу его искать будет.
— Сурово, — мотнул я головой.
Впрочем, чему я удивляюсь? Вожди народов и те считали, что коль нет человека, то нет и проблемы. Правда, в этом случае — и Чичку совсем незавидная участь ждет. Круглей, похоже, тоже так считал.
— Да. И я даже не знаю — радоваться этому или печалиться? Потому что если дружинники сами по себе шалят, то это хорошо для дела, но — приговор для Чички. А если наоборот — то племяшке моей пока ничего не угрожает, зато это значит, что барону ведома наша тайна.
— И?
— Остается надеяться, что имеется еще третья причина, пока мне неизвестная.
— Глупо.
— Я знаю, Степан. Но утопающий хватается и за соломинку, — кивнул Круглей. — В любом случае сворачивать нельзя. Если барон не знает, что творят его люди — обозу ничего не угрожает. Если знает — вряд ли прикончит нас прямо у себя в замке. Помня, что Гильдия обязательно учинит дознание. Тем более — это я о том случае, если все происходит по приказу барона — он не подозревает, что мы узнали его людей и в похитителях, и в нападавших разбойниках. А вот если мы попытаемся обойти замок стороной — фон Шварцреген сразу поймет, что раскрыт. И тогда у него уже не будет иного выбора, как только убить всех свидетелей, а обоз разграбить.
— М-да, попала лапа в колесо — визжи собака, но беги… — вытер я лицо ладонью. — Кое-что мне прояснилось, но участь Чички от этого не улучшилась ни на золотник. Находится девушка в руках барона или только его людей — медом ее точно не потчуют.
— Вообще-то, если барон хочет обменять девушку на то, что ему нужно, а он считает, что это «что-то» есть у меня — вряд ли Чичке причинят вред. Но только до тех пор, пока обмен не состоится…
— Понятно… — я встал на ноги и пару раз присел, разминая затекшие конечности. — Это мы уже обговаривали. Четыре часа для пешего хода, говоришь?
— Ты что удумал? — Круглей тоже вскочил с земли.
— Ничего особенного, — пожал я плечами. — Люблю ночные прогулки. Солнце не печет, слепень не донимает. Комаров — и тех нет… В общем, пошел я, купец. Свидимся завтра.
Круглей приступил ближе и ухватил меня за руки. Какое-то время сжимал их молча и глядя мне в глаза. Потом отступил, осенил крестным знамением и чуть дрожащим голосом произнес:
— Пусть благословит тебя Создатель…
— Эй, гость, — попытался я снизить накал торжественности. — Ты что, забыл? Я же исполняющий обязанности ангела? Ясен пень, что благословение уже получено авансом и оптом.
Не знаю, что из произнесенного скороговоркой понял купец, но он как-то странно на меня посмотрел и сказал с заметным удивлением:
— А ты подрос, Степан… Заметно подрос…
Глава вторая
Наверно, первая повозка, прокладывающая эту дорогу, брела сама по себе, пока возница крепко спал. Во всяком случае, если судить по звездам, петляла она изрядно, а всем остальным и в голову не пришло спрямить путь. А зачем? Куда торопиться? Днем позже, днем раньше… Так что за то время, пока просека вывела меня на опушку, эти самые звезды несколько раз пытались зайти мне за спину. Вертлявые попались… А когда лес закончился, они и вовсе сгинули… Скромно уступив небо розовой заре.
С добрым утром, значит. А петухи чего не орут? Или у них свой график?
М-да, от многих благ цивилизации человек, попав в экстремальные условия, отвыкает достаточно быстро, а вот без часов трудно. Несмотря на то что определение точного времени скорее привычка, чем насущная потребность. Если ты не торопишься ни на поезд, ни на самолет, ни к любимому сериалу, то какая разница: седьмой час или половина восьмого? Да хоть пятнадцать минут девятого… Как говаривал кто-то в каком-то фильме: «Нонче на дысь не перепутаю». И зиму с летом тоже. Примечание мое…
Не выходя на открытое пространство, я взобрался на дерево и уже оттуда стал оценивать открывшиеся виды на окрестные достопримечательности.
Замок Черного Дождя,[38] прямо скажем, не впечатлял. То есть совсем не впечатлял. Западная Гать и та смотрелась более представительно. Впрочем, наверно, так и должно быть? В городах, даже самых маленьких, и народу разночинного проживает больше, и у них там не только дома, но и всякие разные пекарни, цирюльни, мастерские, заезжие дворы, склады, присутственные места и конечно же — торговые площади или хотя бы лавки. Церковь еще… В общем, хватает сооружений, поэтому любой завоеватель в первую очередь должен захватить почту, вокзал и телеграф…
А в замке? Раз-два и обчелся… Не хутор, понятное дело, но и не заблудишься, если что.
Снаружи ров, потом широкие земляные валы (чтоб выкопанную землю далеко не возить), изнутри наверняка приспособленные под склады и прочие хозяйственные помещения. Поверху — частокол. На углах крытые площадки. Кстати, не пустуют. Даже отсюда мне видны головы стражников. Да и по галерее над массивными вратами тоже часовой прохаживается. Бдит, зараза…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
