внятен тонкий посвист ночных птиц и сумрачных лягушек тени. И видел я крота — от кончика носа и до хвоста ему грациозная стройность и нега дана, и бег его — медленный камня полёт, когда в темноте он падает в вырытый ход.
Я слыхал, поют коты, нет не те коты не полевые, а обрезанные и хмельные, о чём поёт ночная птица, повесив стул на спинку пиджака, когда ей не к чему стремиться, и как туман трещит как будто рэп, попав на линии высоковольтной ЛЭП — трещит, будто тонкий звук путеводной ноты.
Но чу! Пьяные дачники угнали КамАз с кипрпичом и перекидывают груз через забор. Наутро их осталось восемь.
Утром меня будят.
— Если ты хочешь ехать с нами, то пора собираться. Сам понимаешь…
Я понимаю и киваю головой. Обычно голова перестаёт качаться, когда я вижу над головой сплетения транспортных развязок кольцевой дороги.
Я люблю ездить на чужие дачи.
К тому же я обнаружил, что меня не забанил mithgol
Я не знаю, кто это и что это означает.
Извините, если кого обидел.
17 июля 2005
История о непротивлении злу насилием
Я как-то рассказывал историю про Льва Николаевича Толстого, тигров и непротивление злу насилием.
Так вот, у Толстого есть дидактическая сказка с длинным названием "Сказка об Иване-дураке и его двух братьях: Семене-воине и Тарасе-брюхане, и немой сестре Маланье, и о старом дьяволе и трех чертенятах".
В этой сказке, в которой всё ясно уже из названия, есть следующий эпизод. Иван-дурак за своё непротивление злу стал царём и в своём царстве установил всё тот же радостный закон непротивления. И вот "Пошёл тараканский царь войною. Собрал войско большое, ружья, пушки наладил, вышел на границу, стая в Иванове царство входить. Пришли к Ивану и говорят:
— На нас тараканский царь войной идёт.
— Ну что ж, — говорит, — пускай идёт. Перешёл тараканский царь с войском границу, послал передовых разыскивать Иванове войско. Искали, искали — нет войска. Ждать-пождать — не окажется ли где? И слуха нет про войско, не с кем воевать. Послал тараканский царь захватить деревни. Пришли солдаты в одну деревню — выскочили дураки, дуры, смотрят на солдат, дивятся. Стали солдаты отбирать у дураков хлеб, скотину; дураки отдают, и никто не обороняется. Пошли солдаты в другую деревню — всё то же. Походили солдаты день, походили другой — везде всё то же; всё отдают — никто не обороняется и зовут к себе жить.
— Коли вам, сердешные, — говорят, — на вашей стороне житье плохое, приходите к нам совсем жить.
Походили, походили солдаты, видят — нет войска; а все народ живет, кормится и людей кормит, и не обороняется, и зовет к себе жить.
Скучно стало солдатам, пришли к своему тараканскому царю.
— Не можем мы, — говорят, — воевать, отведи нас в другое место; добро бы война была, а это что — как кисель резать. Не можем больше тут воевать.
Рассердился тараканский царь, велел солдатам по всему царству пройти, разорить деревни, дома, хлеб сжечь, скотину перебить.
— Не послушаете, — говорит, — моего приказа, всех, — говорит, — вас расказню.
Испугались солдаты, начали по царскому указу делать. Стали дома, хлеб жечь, скотину бить. Все не обороняются дураки, только плачут. Плачут старики, плачут старухи, плачут малые ребята.
— За что, — говорят, — вы нас обижаете? Зачем, — говорят, — вы добро дурно губите? Коли вам нужно, вы лучше себе берите.
Гнусно стало солдатам. Не пошли дальше, и все войско разбежалось".
Всё хорошо в этой истории, кроме её последнего предложения. Что делают солдаты чужих армий в разных странах хорошо показал XX век и не опровергает XXI.
Потом, конечно, Иван-дурак расправляется не только с басурманскими армиями, но и с чёртом и всеми его родственниками.
Это всё мне ужасно печально, потому Толстой это всё писал совершенно серьёзно, с глубокой верой, что так и будет.
Вот в чём дело.
Извините, если кого обидел.
19 июля 2005
История про Четвёртый Рим
Ну, мои вчерашние размышления в ночи о сказке Льва Толстого привели к известному результату: начнёшь рассуждать о непротивлении злу насилием, так через полчаса заметишь, что живо обсуждаешь со сверстниками порядок сборки-разборки автомата Калашникова. Проверено.
Это тем более смешно, что случилось неожиданно — и было сродни удивлению той сотрудницы тульского самоварного завода, что несла со службы детали, пытаясь дома собрать самовар, а получался то автомат, а то — пулемёт.
Итак, всё время выходит автомат непротивления злу Калашникова.
Так с любыми рассуждениями о государственности, начиная с обсуждения монаха Филофее, что написал о том, что Москва — третий Рим. В этом у меня нет сомнений. Но только потом Филофей сказал, что четвёртому не быти, а в этом у меня сомнения.
Этот Рим уже образовался, а я как варвар взираю на него с высоких холмов. Совершенно непонятно, порушат храмы, и придут ли потом сарацины. Одно несомненно — хорошо не будет.
Некоторые утверждают, что и мужчинам и женщинам отрежут задницы и пустят гулять по улице.
Но оптимистичные люди говорят, что это неверно! Женщинам задниц резать не будут
Извините, если кого обидел.
19 июля 2005
История про штаты
Я бы хотел обратиться к "помощи клуба". Дело в том, что я бы хотел процитировать две строчки из стихотворения, что давно гуляет по Сети. Но, куда не кинь, вместо авторства там никнейм, и то хорошо, если он — чаще авторство вовсе не указано.
Вот это стихотворение:
Штаты мечты, мои иллюзорные штаты,
Сверкающий бас, лакированный бок «шевроле».
Проделки ума, мои Штаты остались в двадцатых,
А значит их нету, их нету на этой Земле.
Добрые негры, толстые клоуны джаза,
Души которых из черных и белых октав,
Воздух свободы — брат веселящего газа,
Тело пустыни режет двухмильный состав.
Штаты мои — Нью-Орлеан и Чикаго,
Запретные грелки и «томпсон» в гитарном чехле;
Далекие Штаты, страна без Кремля и Рейхстага,
Вас нет и не будет, не будет на этой Земле.
Если кто мне подскажет, то обрадует меня несказанно, а остальным — извините, если кого обидел
20 июля 2005
История про неотправленный комментарий
Второй раз пытался что-то откомментировать у журнале у corpuscula. И второй раз, написав комментарий, я обнаруживаю, что умная
