на вершине холма нас не встретят Золотые Леопарды!
Не ответив, Конан покачал головой. Он и сам понимал, что двинуться к королевскому дворцу без предупреждения, с двумя десятками вооруженных людей, было не лучшим способом наняться к королю на службу. Но он также сознавал, что у них нет времени использовать такие привычные пути, как подкуп, и тому подобное. Оставалось либо наняться в немедийскую армию, либо пойти на такой вот решительный шаг.
На самом деле, его беспокоили не столько Золотые Леопарды, сколько юные повстанцы. В отчаянии при мысли, что он мог их предать или собирается сделать это, они могли решиться на крайние меры. А эти извилистые улочки, что вели вверх по холму к королевскому дворцу, были самым подходящим местом для засады.
Эти улицы были напоминанием о древних временах, когда в туманном прошлом на вершине холма, где позднее вырос королевский дворец, стояла крепость, а вокруг нее выросло селение, которое за долгие века превратилось в город Бельверус. Но даже после того, как цитадель на холме превратилась в дворец немедийских владык, после того как на смену жалким деревенским лачугам пришли храмы из мрамора, алебастра и полированного гранита, с фасадами, украшенными множеством колонн, узкие извилистые улочки остались прежними.
Да и сам дворец все так же был похож на крепость. Все те же зубчатые стены окружали его, но теперь они были сложены из белоснежного мрамора. Внутри виднелись башенки из нефрита и порфира, опускные решетки были из железа, но позолоченные. Через сухой ров с утыканными острыми штырями дном были переброшены разводные мосты. По всему склону вокруг дворца, вплоть до самого храмового квартала, раскинувшегося у подножия холма, росла трава, коротко подстриженная, как в ухоженном парке. Однако и этот газон, совершенно безобидный на первый взгляд, имел военное значение: ко дворцу невозможно было подобраться незамеченным. Именно здесь, перед этой зеленой полосой травы у дворца, Конан и остановил свой отряд.
— Ждите меня здесь, – велел он.
— С удовольствием, – проворчал Ордо.
Конан один поскакал вперед, к дворцу. Его крупный вороной жеребец гарцевал под всадником. У разводного моста стояли двое стражников в золотых плащах. Приблизившись, Конан натянул поводья, и из надвратной башни вышел еще один человек, – должно быть, начальник стражи, если судить по шлему, украшенному плюмажем.
— Что тебе нужно? – сурово спросил офицер. Он бросил внимательный взгляд вниз, на Вольный Отряд, однако наемники были не столь уж многочисленны, да и остановились они поодаль.
— Я желаю со своим отрядом наняться на службу к королю Гариану, – ответил Конан. – Этих людей я научил боевому искусству, неведомому здесь, в Немедии, и в прочих западных странах.
Офицер насмешливо усмехнулся.
— Никогда еще не слышал о Вольном Отряде, у которого не было бы своих тайных воинских приемов. Ну, и что там у тебя?
— Я готов показать, – заявил Конан. – Всегда лучше один раз увидеть. – В глубине души он вздохнул с облегчением. Больше всего он боялся, что если и удастся невредимыми добраться до дворца, то с ними здесь никто не пожелает разговаривать.
— Ну что ж, – медленно промолвил офицер, вновь окинув взглядом отряд Конана, державшийся в отдалении. – Ты можешь войти и показать нам все, что хочешь, но в одиночку. Однако предупреждаю: если твой секрет окажется чем-то таким, чему обучают всех новобранцев в немедийском войске, а именно таковы все тайные приемы большинства Вольных Отрядов, то тебя разденут догола и будут хлестать кнутом от ворот до подножия холма, в назидание твоим приятелям.
Конан тронул пятками бока жеребца. Конь сделал шаг вперед. Стража тотчас нацелила на него пики, а офицер насторожился. Конан холодно улыбнулся, но эта улыбка коснулась лишь его губ.
— То, что я хочу показать, неизвестно немедийцам, хотя ваших новобранцев можно легко обучить этой науке.
Офицер процедил сквозь зубы.
— Полагаю, другим тоже было бы интересно взглянуть на это, варвар, – и, просунув голову в дверной проем сторожки, он неразборчиво отдал какой-то приказ.
Появившийся на зов солдат в золотом плаще оценивающим взглядом окинул Конана и поспешил во дворец. Вслед за офицером киммериец въехал в ворота. Теперь из сторожевой башни вышли и другие солдаты, которые также пошли за ними. Любопытно, подумал про себя киммериец, собрались ли они из любопытства, или хотят помешать ему в одиночку захватить дворец?
Внешний двор был вымощен каменными плитами и насчитывал четыреста шагов в длину и столько же в ширину. Двор окружала сводчатая четырехэтажная галерея. Напротив ворот за галереей виднелись башни внутреннего двора и самого дворца, где обитал король Гариан с приближенными.
Солдаты, следовавшие за киммерийцем, внезапно отступили с почтением: им навстречу вышло не менее двух десятков офицеров, которых возглавлял человек почти столь же мощного телосложения, как сам Конан. Офицер, приведший киммерийца, поклонился этому гиганту.
— Мое почтение вельможному Вегенцию, – промолвил он. – Я понадеялся, что этот варвар может немного нас развлечь.
— Хорошо, Тега, – рассеянно заметил Вегенций, не сводя взора с Конана. При этом взгляд его показался киммерийцу странно опасливым. Внезапно офицер обратился к нему:
— Эй, варвар, я знаю тебя? Или ты меня?
При этих словах рука его сжала меч. Конан покачал головой.
— Мы с тобой никогда не встречались.
На самом деле, Вегенций показался ему смутно знакомым, словно человек, виденный мельком. Но это неважно, решил северянин. Если тут кроется что-то значимое, то память рано или поздно ему подскажет.
Похоже, ответ киммерийца успокоил Вегенция. С широкой улыбкой он заявил:
— Ну, давайте посмотрим. Тега, пусть варвару дадут все необходимое.
— Мне нужна соломенная мишень, – обратился Конан к офицеру, – или что-нибудь подобное.
Среди офицеров послышался хохот, когда Тега отрядил двоих солдат за мишенью.
— Стрельба из лука! – насмешливо воскликнул один из них. – Я видел этот лук у его седла, но решил, что это для ребенка.
— Может быть, он стреляет одной рукой? – предположил другой.
Конан хранил молчание, несмотря на то, что реплики офицеров делались все более вызывающими. Он лишь крепче сжал зубы. Затем, достав короткий лук из чехла, он тщательно проверил, как натянута тетива.
— Арфа! – воскликнул кто-то. – Смотрите, он играет на арфе!
На ощупь Конан проверил все сорок стрел у седла, еще раз убедившись, что их оперение не повреждено.
— Наверняка, он часто промахивается, раз запасает столько стрел.
— Нет, это он перышками щекочет женщин! Ты только представь – берешь ее за лодыжку, поворачиваешь...
Насмешливые реплики сыпались со всех сторон и смолкли, лишь когда возвратились солдаты и притащили соломенную мишень.
— Поставьте ее вон там, – велел Конан, указывая на место в пятидесяти шагах от себя. Солдаты повиновались и бегом
