ящиков со спиртным. Сиденья были сделаны из дощечек, которыми были обшиты баллоны в кладовой.
— Ну, как? — требовательно спросила она. — Разве не роскошь?
— Да, — согласился Хью, — значительно более основательно, чем я ожидал от тебя. — Он не стал говорить, что на туалеты Карен извела почти всю их древесину.
— Я работала не одна. Большую часть плотницкой работы проделала Барбара. Слышали бы вы, как она ругается, когда попадает молотком по пальцу!
— Ты ушибла палец, Барбара?
— Ничего страшного. Лучше идите опробуйте лестницу.
— Обязательно. — Он полез было в туннель, но Джо остановил его.
— Хью, пока не стемнело, давай кое-что обсудим.
— Ради Бога. Что именно?
— Ты как-то упоминал о том, что нужно построить хижину. Допустим, мы соорудим ее: что мы будем иметь? Земляной пол и вечно текущую крышу, окна без стекол и дверной проем без двери. Мне кажется, что в убежище нам будет лучше.
— Что ж, возможно, — согласился Хью. — Я предполагал, что мы будем использовать его в качестве пристанища, пока не обзаведемся чем-нибудь получше.
— Думаю, оно не так уж радиоактивно, Хью. Стрелку дозиметра зашкалило бы, если бы крышка была по-настоящему «горячей». Ведь этого не произошло.
— Радостная весть. Но, Джо, сам посуди, уклон в тридцать градусов более чем неудобен. Нам необходимо жилище с ровным полом.
— Это я и имел в веду, Хью. Что если использовать гидравлический домкрат? Его грузоподъемность — тридцать тонн. А сколько весит убежище?
— Сейчас, сейчас. Нужно вспомнить, сколько ушло бетона и стали. — Хью достал блокнот. — Ну, скажем, тонн двести пятьдесят.
— Просто я подумал…
— Идея сама по себе хороша… — Хью задумчиво обошел вокруг убежища — прямоугольной глыбы двадцати футов в длину, двадцати в ширину и двенадцати в высоту, прикидывая углы, вымеряя расстояния. — Можно попробовать, — решил он наконец. — Мы подкопаем приподнятую часть до середины так, чтобы убежище встало ровно. Черт, жаль, что у нас нет отбойных молотков.
— А сколько времени может занять такая работа?
— Думаю, что двое управились бы за неделю, если бы не напоролись на валуны. Когда под рукой нет динамита, валуны могут стать проблемой.
— Совсем неразрешимой?
— Любую проблему, в принципе, можно решить. Будем надеяться, что скальные породы нам не встретятся. Вынутой землей мы подсыплем ту часть, которая окажется в воздухе, когда опустится задравшееся крыло, и все укрепим бревнами. В общем, потная работенка.
— Тогда я начну завтра с утра.
— Как бы не так! И думать не смей, пока не заживут твои ребра. Завтра утром начну я с нашими девицами. Да и Дьюка подключим, после того как он подстрелит нам дичь, — консервы, я думаю, лучше экономить. Кстати, что вы сделали с пустыми консервными банками?
— Зарыли.
— Их нужно выкопать и вымыть. Жестяная банка для нас дороже золота — она годится для чего угодно. Ладно, поднимемся, а то я еще не насладился лестницей.
Лестницу смастерили из двух обтесанных стволиков, к которым прибили ступеньки все из тех же ящичных дощечек. Хью снова отметил про себя, что древесина расходуется более чем неэкономно, ступеньки следовало делать из обрубленных веток. Черт побери, сколько теперь появилось всего, чего нельзя получить, просто сняв телефонную трубку! Например, эти рулоны туалетной бумаги — по одному в каждой кабине. Их не следовало оставлять там — а вдруг пойдет дождь? Иначе очень скоро придется пользоваться листьями или вообще ничем.
Многое, очень многое они привыкли принимать как само собой разумеющееся. Гигиенические пакеты — на сколько их хватит? И как обходились без них первобытные женщины? Они наверняка чем-то пользовались, но чем?
Нужно предупредить всех, что изготовленное фабричным способом, будь то клочок бумаги, грязная тряпка, булавка — все следует беречь как зеницу ока. Нужно без устали следить за тем, чтобы это правило неукоснительно соблюдалось, постоянно удерживать их от безумной траты чего бы то ни было.
— Замечательная лестница, Барбара!
Она, казалось, очень обрадовалась похвале.
— Самое трудное сделал Джо.
— Вовсе нет, — стал отпираться Джо. — Я только давал советы и помог обтесать кое-что.
— Все равно, кто бы ни сделал ее, она сделана прекрасно. Теперь посмотрим, выдержит ли она меня.
— О» конечно же, выдержит! — с гордостью воскликнула Барбара.
В убежище были включены все лампы. Значит, следует предупредить и насчет батарей. Нужно сказать девушкам, чтобы разыскали в книгах, как делают свечи.
— Где Грейс, Карен?
— Маме плохо. Она прилегла.
— Вот как? Тогда тебе лучше заняться обедом. — Хью вошел в женскую комнату, чтобы посмотреть, что за недуг сразил жену. Грейс лежала на койке в одежде, забывшись в тяжелом сне, и громко храпела. Он нагнулся, приподнял ей веко. Она даже не пошевелилась. — Дьюк!
— Да?
— Иди сюда.
— Ты давал ей выпить после ленча? — спросил Хью подошедшего сына.
— Да. Но ведь ты и не запрещал.
— Я не обвиняю тебя. Сколько ты ей дал?
— Только один хайболл. Полторы унции скотча с водой.
— Как, по-твоему, похоже это на один хайболл? Попробуй-ка, разбуди ее.
Дьюк попытался, но безуспешно. Отчаявшись, он сказал:
— Отец, я понимаю, ты считаешь меня дураком. Но я действительно дал ей выпить только одну порцию. Проклятье, ведь ты прекрасно знаешь, что я не меньше тебя ненавижу ее пьянство.
— Не волнуйся, Дьюк. Надо думать, она добралась до бутылки уже после того, как ты ушел.
— Может быть, — нахмурился Дьюк. — Я дал матери выпить, как только обнаружил первую уцелевшую бутылку. Затем я занялся инвентаризацией. Кажется, нашел все, что осталось, если только ты не припрятал где-нибудь еще про запас.
— Нет, все ящики находились в одном месте. Пять ящиков.
— Правильно. Я нашел тринадцать целых бутылок — двенадцать по три четверти литра и литровую бутылку бурбона. Я еще прикинул, что это будет по две бутылки на человека, а бутылку бурбона оставил на всякий случай. Я открыл «Кингс Ронсом», налил порцию матери и отметил уровень виски на этикетке карандашом. Сейчас мы узнаем, прикладывалась она еще раз к нему или нет.
— Ты спрятал спиртное?
— Да, я засунул весь запас на самую верхнюю полку в противоположном конце убежища. Я прикинул, что ей довольно трудно будет забраться туда, — ведь я не такой уж идиот, отец. Она была в своем отсеке и не могла видеть, как я прячу ящик. Правда, она могла догадаться…
— Давай проверим.
Все двенадцать бутылок были на месте, нетронутые, тринадцатая — едва начата. Дьюк поднял ее повыше.
— Вот! Ровно до отметки. Но ведь была еще одна, помнишь? Мы открыли ее, когда все началось, после первого взрыва. Куда она делась?
— Когда вы заснули, мы с Барбарой слегка приложились к ней, но до
