к слову, уже почти не хромая.
– Леди Мэй Лин, доброе утро! – склонил голову Сойер, находящийся неподалеку от парадного входа.
– Доброе утро! – кивнула я, чувствуя на себе пристальный взгляд молодой зелени.
– Вы вышли на прогулку? – спросил мужчина, который был довольно привлекательным. – Позвольте сопроводить вас.
Сойер направился ко мне, но предостерегающее рычание Тороса его остановило.
– Спасибо, – улыбнулась я, поглаживая песика по голове, – но сопровождающий у меня уже есть.
Смешно фыркнув, словно издеваясь над мужчиной, который более не проронил ни слова, Тор последовал за мной.
Неспешно прогуливаясь по саду, который пусть и разросся, но все же был прекрасен, я задумалась о своей новой жизни и о том, что ждет впереди, и не сразу услышала рычание Тора.
– Что такое? – спросила у него, понимая, что он смотрит мне за спину.
Обернувшись, увидела спешащего Сойера.
– Госпожа!
– Слушаю, – повернулась я к нему.
– У ворот поместья стоят люди, просят уделить им время, – стражник бегло склонил голову, выпрямляясь.
– Люди? – удивилась я.
– Мужчина с женщиной и ребенок лет восьми.
От упоминания восьмилетнего ребенка в груди всколыхнулось волнение.
– Из простого народа? – спросила я.
– Да, госпожа!
– Пусть стражи пропустят их! – поджав губы, я подхватила низ юбки, устремляясь к дому.
Решила, что не буду гадать, кто они и зачем пожаловали, ведь вскоре сама обо всем узнаю.
Поднявшись на крыльцо, я села в плетеное кресло, смотря, как стражник отдаляется на коне в сторону ворот имения Верейн.
Время бежало, а на дороге так никого и не было видно. Я уже начала нервничать, даже бабуля вышла, потеряв меня, и тут вдалеке показались визитеры…
Они торопились, опасливо поглядывая на двух стражей, сопровождающих их по разным сторонам.
С каждым приближающимся шагом, я могла все отчетливее рассмотреть пришедших. Среднего роста неопрятные мужчина и женщина, с худощавыми лицами, в довольно потрепанной, залатанной одежде… Они не вызвали у меня жалости или каких-то положительных эмоций. При виде этой пары сразу возникло нехорошее предчувствие, а когда показался едва успевающий за ними ребенок, мое дыхание стало частым, а сердце ускорило свой бег…
«Анетта!..»
Визуализация
35. Пополнение
Ролана
Я, конечно, не вундеркинд, но все же смогла понять, зачем они пожаловали.
«Неужели у вас действительно хватит совести предложить мне купить свое родное дитя?»
Интуиция подсказывала, что да, хватит.
Поникший вид Анетты, одежда которой с прошлого раза, казалось, стала еще потрепанней, выдавал усталость и переживания ребенка.
– Только не говори, что они… – зашептала на ухо бабушка, стоявшая по правую от меня руку.
– Думаю, что да, – горестно качнула я головой в ответ. – Они здесь именно за этим.
Со стороны старой госпожи послышался скрип зубов, и я понимала ее негодование, как никто другой.
Мучил вопрос, если эти нелюди пришли с намерением выручить золотые за Анетту, то как они узнали, что я могу купить ее? Неужели родители Льюиса растрепали? Судя по всему, да. Именно они и сделали это, не беспокоясь за свои бестолковые головы, которые могут быть пробиты камнями, если до людей дойдет слух, что они продали своего сына.
– Госпожа, приветствую! – поклонился страж, останавливаясь перед крыльцом.
– Доброе утро! – поздоровалась я, скользя взглядом по мужчине и женщине, которые опустили головы, не спеша их поднимать. – Вы можете идти, – обратилась я к охранникам.
– Но… – округлил глаза один из них, опасливо поглядывая на нежданных визитеров.
– Тор разберется, если потребуется, – благодарно улыбнулась я ему.
– Как пожелаете!
Развернув коней, мужчины направились в сторону ворот, оставляя Анетту и ее родителей без присмотра.
Торос, угрожающе рыча, грациозно лег у моих ног, зорко отслеживая каждое движение пришедших.
– Что привело вас ко мне?
Решила не ходить вокруг да около, а спросить прямо. Не хотелось находиться в обществе этих людей, вызывающих презрение. Анетта не в счет. К слову, ребенок подрагивал, смотря себе под ноги, а худенькие ручонки встревоженно сминали край видавшей виды рубашки.
Мне так хотелось заговорить с ней, а еще лучше спуститься с крыльца, протянуть ей распахнутую ладонь и увести за собой, подальше от этих горе-родителей.
– Госпожа! – вскинула на меня взгляд ее мать, в глазах которой читалась нервозность. – Мы хотели бы… – она замолкла, пожевав нижнюю губу. – Хотели бы…
У нее не хватало смелости озвучить предложение, но я не собиралась ей помогать. Пусть она во всех красках прочувствует, что собралась предложить мне купить свое дитя, которое носила под сердцем, родила и кормила грудью.
Громко вздохнув, я цыкнула, спрашивая:
– Хотели бы что?
– Купите нашу Анетту! – выпалил мужчина, вжимая голову в плечи, будто боясь, что в него чем-нибудь прилетит.
В повисшей тишине послышался всхлип девочки, но взгляда она так и не подняла.
– Что? – спросила я, ни капли не удивленная услышанным.
Бабуля хотела что-то сказать и явно далеко не лицеприятное, но я тронула ее руку, останавливая.
– Она легко обучаема! Из нее получится хорошая служанка! Ну или еще кто, – затараторила женщина, боязно поглядывая на меня. – У нее… Иди сюда! – грубо дернула она девочку, отчего едва хватило сил остаться на месте и не рвануть к ним. – У нее отличные зубы... Рот открой! – приглушенно рыкнула она на дочь, в глазах которой застыли слезы.
Анетта слегка разомкнула губы, и в этот момент горе-мамаша залезла к ней в рот грязными пальцами, пытаясь показать, что говорит правду.
– Прекратите! – потребовала я, содрогаясь от отвращения.
Сердце билось как от длительной пробежки, а в венах бурлила злость.
«Привели продавать, словно кобылу! Твари!»
– Она… – испуганно вздрогнула женщина, отдергивая руку, которой только что ковырялась во рту у ребенка. – Она полностью здорова!
– Да! – закивал мужчина, заискивающе смотря на меня. – Она у нас выносливая! И считать умеет!
– Льюиса научила, – буркнула мать Анетты, – которого вы... купили недавно, – произнесла она еще тише, отводя взгляд в сторону.
Я понимала, что от моего поступка, когда решила забрать Льюиса к себе, могут возникнуть последствия, но была готова к ним. А еще понимала, что, когда они всплывут, я не потащу Лимара за собой. Ему есть что терять. Для мужчины его
