жути интересно, о чем все-таки пишет Лайнал. Пока выспрашивать подробнее об этом было еще рано. Поэтому Кормик решил повременить со своим любопытством.
Перекусив постной кашей, лагерь снялся с места, отправившись в путь. Впереди обозов Салим с братом. За ними еще три охранника. Остальные в конце колонны.
По пути им никто не встречался. Двигаться старались быстро, насколько это было возможно, привал делая всего раз в день, на обед. С заходом солнца разбивали стоянку.
В таком ключе прошли четыре дня. За это время Джеймс успел сблизиться с Лайналом. Первое впечатление о нем оказалось полностью правдивым. Старик любил поговорить. Джеймсу все больше нравилось общаться с ним, порой на совсем невероятные темы. Например, как должен выглядеть человек, способный летать. Парадоксально, но такие, казалось бы, неуместные вопросы часто приходили друиду в голову.
На привале четвертого дня, пока охранники готовили еду, у Джеймса с Лайналом произошел интересный разговор.
– А скажи-ка мне, в чем сущность магии? – ни с того ни с сего спросил его бывший друид.
– Не знаю, – после долгих раздумий вынужден был признать Джеймс.
– Вот и в книгах нигде об этом не упоминается. Я считаю, каждый должен сам определить, что магия значит для него, как он ее будет использовать.
Кормик не понимал, зачем старик завел этот бессмысленный разговор. Хотя, признаться, он вызвал у юноши неподдельный интерес.
– А какая вообще бывает магия? – Джеймс не раз слышал страшные истории о злых магах, убивающих людей сотнями. – Вы сражались с колдунами?
На миг Кормик снова стал семнадцатилетним мальчишкой, зачитывающимся приключенческими книгами, свято верящим в злых волшебников. Поняв это, Джеймсу стало стыдно за свою наивность. Он хотел оправдаться в глазах Лайнала, но тот, улыбаясь, уже начал отвечать на его вопрос.
– Колдун это тот же маг, им может стать даже друид, поэтому мой ответ да, я не раз встречался с ними. А вот по поводу магии ты задал очень интересный вопрос. Если действительно хочешь послушать, я могу тебе на него ответить, – старик вмиг стал серьезным.
– С удовольствием, – восторженно поддержал начавшийся разговор Джеймс.
– Тогда слушай. Из знаний, почерпнутых мною в академии, я узнал одну забавную вещь. Оказывается, магия изначально существовала в этом мире, еще до появления в нем человека. Только раньше она имела другой, нежели сейчас, вид. Магия была однородна. Это люди, овладевшие ей, стали разделять ее на темную и светлую. Это было сделано, опять же, из-за людской ненависти друг к другу. Для избавления от своего врага, маг объявлял того служителем тьмы. Люди наивно верили, будто такая магия дается человеку дьяволом, дабы истребить людской род. Само собой, такого пособника тьмы ждала неминуемая сметная казнь.
– Хотите сказать, эти маги не были плохими? – поинтересовался удивленный рассказом старика юноша.
В голове Джеймса сами собой всплыли слова, сказанные в склепе Проводником: «Теперь ты стал служителем тьмы».
– Как тебе сказать. Конечно, среди них встречались действительно настоящие убийцы и садисты. Но, в большинстве своем, они были точно такими же людьми, как мы с тобой, ни плохими, ни хорошими.
– А как по поводу магов света?
– С ними та же история. Обычные люди со своими пороками и недостатками.
– Почему тогда я никогда раньше не слышала о магах света и тьмы? – неожиданно встряла в беседу сидевшая рядом женщина.
Ребенок Абигель, измученный дорогой, мирно спал на коленях у матери.
– Действительно. Я тоже слышал о них разве только в сказках, – поддержал попутчицу Джеймс. – Сейчас остались лишь друиды, да еще демонологии.
– Ты еще забыл упомянуть магов огня. Их еще называют огнепоклонниками.
– Никогда о таких не слышал, – удивился Кормик.
– Я тоже, – Абигель была заинтригована рассказом друида не меньше юноши.
– Вероятно потому, что их почти не осталось. Так вот, как я уже говорил, изначально магия была единой, лишь люди придумали разделять ее на черную и белую. Вследствие этого какими-то заклинаниями пользовались больше, какими-то меньше. Одни из них вообще забылись, другие видоизменились, третьи получили свое рождение.
– Откуда люди берут эти заклинания?
– Очень хороший вопрос, – не преминул похвалить наблюдательного юношу старик. – Помимо нашего мира существует еще множество иных, находящихся здесь и сейчас, в этой точке времени. Только мы их не видим, впрочем, как и он нас. Но при определенных обстоятельствах, ритуалах, заклинаниях, можно называть это по-разному, удается распахнуть небольшой проход между ними. Так, например, этот процесс иллюстрируется в учебниках ритуалом вызова демона. Чертится определенный рисунок, далее произносится имя демона. Если у вызывающего достаточно сил, ему удается подчинить себе вызываемую сущность.
– А если нет?
– Тогда возможны два варианта дальнейшего развития событий. Первый – вызывающий стоит над кругом, крича имя демона, пока не поймет, что его сил не хватает для призыва последнего в наш мир. Второй многим хуже. У демонолога хватает сил создать разрыв между мирами и вытянуть демона в наш. Вот только сил контролировать сущность у мага уже недостаточно, тогда его конец будет не завидным. Демон растерзает его в мгновение ока.
– М-да, не хотел бы я быть в тот момент на месте мага, – Джеймс в красках представил эту ужасную картину.
– Все обстоит многим хуже. Сынок, ты, наверное, слышал в детстве сказки о различных чудовищах. Так вот, знай, они все реальны. Это как раз различные демоны, которые убили своих магов. После смерти демонолога проход между мирами закрывается, и демон остается жить в нашем. Лишь высшие из них могут сами вернуться обратно.
– Ужин готов! – крикнул свою стандартную фразу лагерный повар.
– Как всегда, сначала они, потом все, что останется, будем подъедать мы, – недовольно прошипела Абигель, глядя ненавистным взглядом на севшую есть первую партию охранников.
Иногда такое отношение попутчицы Джеймса выводило из себя. Он внутренне проклинал ее, впрочем, внешне оставаясь совершенно спокойным.
«Вот же дурная баба. Чем, спрашивается, недовольна? Подобрали на дороге. Везут, не взяв с нее ни монеты, так еще кормят. Чего ей еще надо? Это мы с Лайналом заплатили, поэтому могли бы еще жаловаться на несправедливость, а она куда лезет?» – негодовал Кормик.
Но сейчас было не до нее. Его интересовал рассказ, начатый друидом.
– Ну, с демонологами все понятно. А как тогда быть с вами?
– Что-то я притомился, предлагаю перенести беседу на завтра.
Юноше ужасно не хотелось ждать до завтра. Но он понимал, ему придется это сделать. Когда друид захочет сам поговорить, тогда от него можно будет услышать много интересных историй, нежели если заставить его продолжать разговор сейчас.
Поужинав, старик лег спать. Так происходило на каждом привале. Джеймс не переставал удивляться, с какой
