двери находились чуть выше уровня пола.
Когда Анита увидела меня, она без лишних слов вручила мне лопату и отправилась устранять сугробы возле школы. Этот день вышел донельзя суматошным, но весёлым. Вода оказалась достойным противником. Никакие пришельцы с луны не могли сравниться с этой бурной стихией, которая настойчиво пыталась проникнуть к спящим самоцветам и нарушить их покой. Падпараджу спасти не удалось — её ковчег оказался подтоплен, но она не возражала против водных процедур. Это даже немного подняло её настроение и взбодрило, отчего она начала вычерпывать воду из своего ящика и бросать её в меня. У всех было хорошее настроение, что неудивительно, ведь весна наконец-то пришла.
В марте погода сохранялась преимущественно облачной и холодной, что не позволяло лунарянам активно действовать, но световой день постепенно увеличивался, так же, как и температура. И за три дня до начала апреля самоцветы начали просыпаться.
* * *
Спящие самоцветы — умилительное зрелище, за которым крайне интересно наблюдать.
Спокойно лечь и лежать на месте могут далеко не все. Во сне многие перемещались по залу, снимали свою или чужую спальную одежду, перемещаются по залу и заползают под напольную простыню, где в конечном итоге застревают и остаются до самого пробуждения. У некоторых были свои особенности. Например, Борт часто пыталась встать и ходить по залу во время сна, что представляло опасность для более хрупких самоцветов. Простым одеялом можно было нейтрализовать эту угрозу. Достаточно было накинуть его на Борт, и она снова засыпала крепким сном. Также можно было взять её на руки и самостоятельно положить на место, но в таком случае наставница могла проснуться.
Анита рассказала мне об этой особенности Борт и о том, как они готовятся к общему пробуждению. Берри заранее позаботилась о вопросе одежды, поэтому нам с Анитой оставалось только взять заранее приготовленные комплекты школьной формы и разложить их у выхода из зала. Многим также требовалось освежиться после долгого сна, поэтому я принес баночку с пудрой, чтобы они могли сразу привести себя в порядок перед выходом на свет.
Последние дни марта были удивительно ясными, солнечными и без лунарян.
Подождав один день, на следующий мы с Антарктицит начали снимать плотные полотна со стен, позволяя солнечному свету проникнуть внутрь, и открыли дверь, чтобы прохладный воздух пронесся по залу и развеял сонную атмосферу. Пришлось немного подождать, прежде чем самоцветы начнут просыпаться.
Первой проснулась Призрак, которая, как мне показалось, только и ждала официального окончания зимы. Самоцвет быстро встала и, снимая на ходу белое платье для сна, подошла ко мне.
— Ребис, скажи, наша последняя встреча была реальностью? — робко спросила дева с серо-белыми волосами.
— Нет, как я и обещал, новые книги сейчас находятся в библиотеке на столе.
— Как замечательно! — радостно улыбнулась она. — Тогда я первым делом отправлюсь туда и проверю все лично.
— Хорошо, — кивнул я и отошел к Борт, которая ворочалась под одеялом.
Самоцвет отчаянно боролась с куском ткани, но не могла освободиться как не старалась.
— Кто-то попал в ловушку? — шутливо произнес я, присев рядом.
— Ребис? — из-под одеяла послышался голос Борт, которая замерла на месте.
— Да. Похоже, одеяло стало для тебя более грозным противником, чем лунаряне.
— Не смешно, — слегка обиженным голосом ответила она. — Я ещё не проснулась до конца и просто поправляю своё одеяло…
— Понимаю, — согласился я, хватаясь двумя руками за одеяло.
Немного усилий, и слегка хмурый и смущенный самоцвет был освобожден из коварной ловушки.
— Спасибо, — сказала Борт, отведя взгляд. — А где Антарктицит? Обычно она нас будит и помогает собраться после зимней спячки.
— Ушла докладывать Конго о выполненной работе. Скоро вернется.
— Понятно. Какой сегодня день?
— Последний день марта, — с улыбкой ответил я, наблюдая, как все остальные медленно просыпаются после спячки и приходят в себя.
— Так поздно? — удивленно спросила Алма, которая лежала неподалеку.
— Зима в этом году была холодной и пасмурной, поэтому снег начал таять только недавно, но солнце уже хорошо греет.
— Вот как… — задумалась Борт и спросила. — Как твои успехи с оружием? Я помню, ты говорил со мной об этом зимой, но сейчас сложно вспомнить детали.
— Борт, ты зимой просыпалась? — спросила Алма, подкравшись к нам на четвереньках.
— Ненадолго, только по важным делам, — ответила наставница сдержанно, поджав губы. — Ничего особенного не происходило.
— Ребис? — Алма обратилась ко мне, желая узнать больше подробностей.
— Хах, мне нужен был совет по новому оружию, и Борт помогла мне. Благодаря её советам у меня появилось несколько видов нового оружия, и одно из них уже было успешно испытано в бою.
— Какое именно? — сразу же спросила Борт.
— Бита и снаряд, заполненный осколками из сплава и минералов.
— А, помню, — кивнула дева после некоторых раздумий.
— Никто не пострадал? / Как эффективно? — одновременно спросили Алма и Борт, переглянувшись между собой.
— Зимой враг появился всего два раза, никто не пострадал, — сначала ответил я Алме, удовлетворив её своим ответом, а затем обратился к Борт. — Одного точного удара хватило, чтобы уничтожить обычный тип, но мне очень повезло с расстоянием. Если бы он был чуть дальше и повыше, результат был бы гораздо хуже, но сам факт очень показателен. Прежде чем обратиться к Обсидиан и попросить сделать биту уже из сплава, я хочу, чтобы ты, Борт, и остальные опробовали оружие и дали свою оценку. Оно получилось неплохим, но не подходит для всех ситуаций.
— Хорошо, — серьезным голосом ответила Борт, вставая на ноги. — Тогда сегодня проверим твоё оружие.
Я молча кивнул, провожая за Борт взглядом.
— Как Киноварь? — подошла ко мне Алма, поправляя своё платье. — С ней тоже всё в порядке?
— Да, я проверял её каждую неделю по несколько раз. Убирал снег и один раз менял постельное белье. Сегодня пойду проведать её и разбужу.
— Это замечательно. А как у тебя дела с Антарктицит? Вы смогли ладить друг с другом? — продолжала расспрашивать меня Алма, словно мать, и это немного смущало меня.
— Да, у нас была целая зима, чтобы узнать друг друга получше, и я думаю, мы стали хорошими напарниками. Я помогал ей с зимними обязанностями, а она поддерживала меня в моих экспериментах. У нас было полное взаимопонимание,
