— осложнять и без того сложную обстановку, противодействовать имперским войскам, затягивать эту сраную оккупацию, и вообще, изо всех сил мешать мне заняться по-настоящему важным.
Качем.
А значит, качаться будем прямо здесь и сейчас.
Обогнав состав на Лаве и развернувшись, я понёсся на бреющем полёте навстречу приближающемуся поезду. На этот раз — никаких пленных!
Глава 12
В ярости
Если решать — тогда решать, а если решил — за дело!
Егерей, охотников на монстров убивать нехорошо, они типа свои? Да хрен там плавал! Если вместо защиты человечества они становятся для него источником угрозы, то в пекло такое человеколюбие!
Да, от избытка человеческих душ будет тошно. Но — надо, брат Артемис, надо! Пришедшие с мечом от меча и падут.
Сегодня я буду карающим мечом.
Отбрасываю все посторонние мысли — время действовать. Лечу прямо на поезд, уходя всё глубже в тени. Время замедляется, расстояния теряют значение. Приказы розданы, каждая тварь знает свою задачу.
Чуть притормаживаю Лаву и влетаю в поезд.
В тепловозе первыми встречаю неодарённых машинистов. Тьма заливает кабину, из неё выходит паучиха-нянька с неизменным ёжиком на спине. Два коротких электроразряда — и паучиха утаскивает жертв в тени, мгновенно выпадает из поезда и отбегает в сторону. Её работа закончена.
Первый пассажирский вагон. Купе проводника. Неодарённая проводница — наружу.
А вот и первые одарённые. И сразу — дети императора. Обычное купе на четверых. Двое спят, один пьёт чай, четвёртый режется на телефоне в игру.
Облако тьмы прорывается в реальность тварями из вормикса. По одной на каждого одарённого. Спящие погибают мгновенно — твари, похожие на гигантских кузнечиков, откусывают голову одному и разрывают тело пополам другому. Любитель игрушек погибает от броска каменной кобры, пробившей грудную клетку. Тот, что пил чай, успевает накинуть энергетический доспех — помесь ящера с тигром оставляет лишь кровавые полосы на его руке.
Что ж, если продержишься против четверых монстров пару минут — мы ещё поговорим. Пока первые твари выходят из тьмы и нападают — я уже дохожу до конца вагона.
Ещё одна неодарённая проводница, на этот раз с сильно выраженными японскими корнями, моет пол в туалете. А неплохо япошки окопались! Это не вторжение, это настоящая этническая интервенция! Но мне пофиг. Защищать неодарённых — моя суть. Полуяпонка в сопровождении паучихи отправляется на улицу. У пауков приказ — укладывать «подопечных» ровными рядами, следить, чтобы никто не пришёл в себя.
Пока в первом вагоне правит бал смерть, принимаюсь за следующий.
Калейдоскоп лиц и душ. В одном вагоне проводница заигрывает с пассажиром — пусть у неё останется шанс подумать, с кем заигрывать. А в другом, в купе на двоих, пассажиры сами решили поиграться с её коллегой. Судя по разорванной форме — она против. Девушку наружу, а этих двоих… Конечно, все они сегодня отправятся на тот свет, но эти — не сразу. Парализую обоих электрическими ударами и отправляю к ним пяток крыс-переростков. Ненавижу таких мерзавцев.
А вот в другом купе того же вагона двое одарённых решили обойтись вовсе без девушек. О, для них особый сюрприз! Тьма рассеивается, в купе появляется третий участник — огромный осьминог. «Детки» оба — великие магистры, но осьминог… Не каждый великий маг с ним один на один справится. Приказываю осьминогу не торопиться и лечу дальше.
В следующем вагоне настоящий подарок. Весь вагон — роскошные апартаменты для привилегированных персон. Характерно — только один одарённый, зато сразу маг вне категорий. Он первый успевает меня заметить и даже начать реагировать. Но его убивать не буду — отправляю в криптор. Вместе с четырьмя неодарёнными в военной форме с таким количеством золотых нашивок, что даже в японских званиях разбираться не надо — сразу понятно, командование. Мобильный штаб тут устроили с шампанским и красной икрой. Компьютеры, бумаги — всё в криптор. Сейф? Туда же. В Тайной канцелярии разберутся. Всех остальных — на выход! Поезд дальше не идёт!
Впрочем, ещё немного, и он уже ни для кого дальше не пойдёт.
Спиной чувствую колебания пространства от мощнейших магических техник. «Дети императора» не зря качались на разломных тварях. Многие выживут в первый момент и даже сумеют ответить. Ничего, пусть их смерть продлится чуть дольше.
Двадцать с лишним вагонов, хрен знает сколько купе и одарённых японцев в них. И да, во всём поезде нет ни одного одарённого русского или бурята. Элита обходится без предателей, и это с их стороны правильно.
В последнем вагоне отпускаю Лаву полетать, убираю в криптор меч и вытаскиваю заранее приготовленные ножи. О, у Фламинго была знатная коллекция! И сейчас вся она в моём распоряжении!
Посторонних, предназначенных для спасения, в поезде уже не остаётся, а оставшиеся приговорены, и приговор я привожу в исполнение немедленно.
Выкатываюсь из теней, гася разницу скоростей кувырком в узком коридоре. Тьма заливает весь вагон, и я начинаю свой танец смерти.
Последнее купе — в нём все обречены. Следующее, следующее… Нет, заглядывать в каждое — слишком долго. Переключаю зрение. Здесь трупы, здесь тоже… А вот эти выжили. Рывок через тени, и я в нужном купе. Напитанный силой кулак крошит челюсть коренастого японца — твари уже успели просадить ему доспех, хоть и полегли сами. Добивающий удар клинком в глаз. Кровь брызжет мне в лицо, но я только улыбаюсь. Крови будет много, может быть даже и моей.
Следующее купе. Высший маг, вжавшись в угол, держит щитом бросающуюся на него тварь и методично расстреливает её небольшими файерболами. Мажет, весь потолок уже в дырах. Прямо из теней пробиваю ему клинком между глаз. Зрачки успевают расшириться, но среагировать он не успевает.
В этом вагоне всё.
Выкидываю в купе пару канистр с бензином, недавно раздобытых на заправке. Туда же — несколько брикетов пластита. Радиовзрыватель — воткнуть, включить, первый канал. Уже привычные движения занимают считанные секунды. Готово! Дальше, дальше, дальше!
В следующем вагоне картина повторяется. Большинство мертвы, погибли в первую секунду. Но кто-то выжил. Один ползёт по коридору, разматывая за собой кишки — нижней части тела у него нет, кто-то откусил. Одарённый умирать не собирается. Интересно, куда ползёт? Ударом ботинка ломаю ему шею. Хватит, отползался.
В этом вагоне больше выживших. В одном купе даже двое — теснят моих тварюшек. Врываюсь туда с ноги. Японец успевает блокировать удар ножом своим сраным вакидзаси. Спят они с ними, что ли? Но у него один клинок, а у меня два. Левой рукой
