болезненный рёв.
От удивления бойцы разинули рты, продолжая атаковать по инерции. А Мирон вдруг почувствовал руку на своём плече, обернулся…
И замер.
— Вы молодцы, — с улыбкой на лице сказала Милана.
Она будто прогоняла тьму, нависшую над полем боя одним своим видом.
— Т… ты?
— Мы.
Над полчищами тварей появились новые вспышки. Взрывы стеной проходили по скоплениям демонов и демоноидов, оставляя после себя лишь пустошь.
А чудовище, угрожающее разрушить стены, вдруг пронзили несколько лучей небесно-голубого света.
Обледеневшая громада взорвалась осколками и разлетелась в стороны. Мелкие частицы льда блестели в грохочущих взрывах и вспышках.
— Возвращайтесь, — сказала Милана. — Спасибо вам. Если бы не вы, мы бы опоздали.
И исчезла, присоединившись ко вспышкам над полем боя.
Мирон оглянулся. Посмотрел на своих бойцов. И, молча сглотнув, махнул отступление.
Они наконец-то появились?
Милана…
Небесный свет — это родовая магия Святополка и и Дмитрия Соколовых. Остальные, видимо, тоже здесь. В пекле сражения удалось заметить Ингу, Регину. Колян вовсю изменял рельеф, вырывая из земли огромные скалы.
Когда они успели стать такими сильными⁈
Но Александр… Его почему-то не видно.
Он тоже вернулся?
━─━────༺༻────━─━
Мирон Апраксин
━─━────༺༻────━─━
Глава 18
Город был окружён. Со всех сторон гремели взрывы, полчища тварей рвались к стенам, а защитники неустанно поливали их огнём изо всех орудий.
Август Азарьев наблюдал за обороной с высоты главного здания академии, откуда можно было видеть наиболее полную картину происходящего.
Но существовала не только внешняя угроза.
Пока склады с боеприпасами не опустели, орудия могли выкашивать сотни тварей за секунды.
Пока запасы провизии не закончились, бойцы и жители, которые не желали держаться в стороне и тоже забирались на стены, могли сражаться.
Август как мог заполнял все хранилища. Даже строил новые, готовясь к худшему.
Но все прогнозы оказались неверными, и нескончаемый поток демонов угрожал опустошить все запасы, прежде чем прорваться в город.
Так Август думал до того момента, пока над восточными стенами не вырос силуэт огромной Многоножки высотой в сотню метров.
Чёртов демон вылез из Прорыва вблизи от стены и намеревался обрушиться на укрепления, пробив здоровенную брешь, куда хлынут проклятые полчища тварей, даже если удастся расправиться с ним самим.
— Зараза! — прорычал Август.
Он не спал уже третий день, выдвигаясь на подмогу в самые тяжёлые участки обороны. Даже для мага такого уровня это было непросто.
Но теперь придётся оставить большую часть сил, чтобы избежать катастрофы.
Август ступил на перегородку, готовясь взлететь навстречу демону. Но вдруг его прервал голос:
— Стой.
Ненавистный. До скрежета в зубах знакомый. От него болела голова и дёргался глаз.
Но этот голос сейчас хотелось услышать больше всего на свете.
— Не волнуйся, ты можешь отдыхать. Дальше мы сами справимся.
Август медленно обернулся, чувствуя, как мурашки пробегают по спине. И увидел Александра, стоявшего неподалёку. Но ничего не смог сказать. Горло пересохло, а от бури смешанных эмоций разум сбился с толку.
— Здоровенная хреновина, — усмехнулся Соколов.
Он выглядел всё также беззаботно, спокойно и уверенно, как и всегда. Но вдруг в небе сверкнули небесно-голубые яркие вспышки, и Август смог заметить на лице Александра что-то странное.
Он изменился.
И уверенности, что эти изменения пойдёт на пользу, не было совсем.
— Ты долго, — смог наконец выговорить Август.
Как раз в тот момент, когда огромный жуткий демон превратился в ледяные осколки.
— Да, извини… — Соколов почесал затылок, будто слегка опоздал на ужин, хотя едва не пропустил осаду города. — Пришлось немного задержаться. Но я подумал, что ты справишься без меня пару дней.
— И был прав.
— Ага.
Александр улыбнулся и посмотрел Августу прямо в глаза.
И наконец до него дошло.
Директор от удивления раскрыл рот и расширил веки. Снова почти потерял дар речи.
— Т-ты… как… Невозможно…
Соколов пропал, будучи на уровне Витязя, и вдруг вернулся, в шаге от стадии Инока. Великие мастера десятилетиями преодолевали стадию Послушника, чтобы прикоснуться к огромной мощи следующего шага в развитии, но сейчас перед Августом стоял мальчишка, которому потребовалось меньше месяца.
— Возможно. Сам видишь. Поэтому отдыхай. Выглядишь, словно выжатый лимон.
━─━────༺༻────━─━
Пространство и время очень плохо поддавались контролю.
Я изо всех сил держал их в узде, но под конец ненадолго сбился, что стоило мне около недели.
К тому моменту ощущение времени и вовсе помутилось, поэтому я просто надеялся, что не зря затеял ритуал.
Он оказался опасным и тяжёлым. Как, впрочем, я и предполагал.
Пятая часть ритуала заставила меня понервничать. Другой бы поседел, наверное.
Хотя кто знает… в зеркало мне ещё не довелось посмотреться. Уверен, пара серебряных волосков появилось.
Мнение ребят разделилось.
Девчонки колебались. Хотя они скорее боялись и чувствовали себя преданными. Это непросто — узнать, что за внешностью одного человека скрывался совершенно другой.
Инга оказалась первой, кто приняла меня. Её хладнокровный разум всегда мне нравился, так что она сухо взвесила все «за» и «против». И поняла, что от меня в их сторону никаких худых деяний не было.
Вике было тяжелее остальных принять мою сторону. Она вспомнила эпизод, когда я пробрался в её номер, чтобы разузнать о её дяде Вячеславе Залесском. Но всё же сумела простить.
Колян быстрее всех встал на мою защиту. Чёрт меня побери, если это не лучший друг, которого у меня даже в прошлой жизни не было!
Он просто сказал, чтобы я больше такие вещи не скрывал.
А ещё я ему теперь торчу ящик…
Нет, не коньяка. Этот гадёныш потребовал в качестве извинений дорогущий сыр пуле, который производился только в одном заповеднике, в Сербском княжестве.
Я даже не уверен, что ему понравится вкус!
Но ящик придётся раздобыть.
Свят и Димон…
С ними было непросто.
Тьму они приняли. И даже намерения сместить Григория осознавали ещё до ритуала.
Но про чужую душу и месть в качестве первого намерения не знали. И видеть чужака во главе рода не желали.
В какой-то момент я был уверен, что они меня убьют. Я и правда был на волоске от смерти, но в один миг их лица переменились.
Я до сих пор не знаю, что случилось. Да и времени расспрашивать не было. Но кузены опустили оружие и молча встали на мою сторону.
Однако тяжелее всего оказалось убедить Марию.
Вот уж чего не ожидал, так это видеть, как мой
