Она уселась поудобнее и стала слушать переговоры по командной сети. В отсутствие Брентуорта Альфредо Ю являлся старшим офицером Одиннадцатого дивизиона, и она услышала, как он подтверждает получение приказа Трейлмана. Голос адмирала звучал нервно и сердито. Она увидела на экране проекцию предложенного им курса для Одиннадцатого и нахмурилась. Он пытался собрать разделенные дивизионы и напасть на Янакова, как и рекомендовал Устав.
К несчастью, как раз в этом пункте Устав ошибался, и стало ясно, что Трейлману недостает опыта. Двенадцатый дивизион тормозил, взяв курс ниже исходного уровня атаки, чтобы очистить зону стрельбы. Это, по крайней мере, Хонор одобряла. Если Трейлман достаточно оторвется по вертикали, то сможет выстрелить «вверх», безопасно для Одиннадцатого, когда корабли Янакова будут проходить за его кормой. Выстрел вряд ли будет удачным – слишком велико расстояние, да и эмиссия Одиннадцатого дивизиона может помешать работе системы контроля за огнем, – но у него хотя бы появится шанс выстрелить. А если Одиннадцатый развернется и обстреляет проходящего Янакова из энергетического оружия, то сочетание ракет и лазеров может покончить со смельчаком.
Но Трейлман, похоже, не понимал, что ему понадобится энергетическое оружие Ю. Или, скорее, он поддался на провокацию Янакова и позволил себе упустить из виду тот факт, что его основной задачей является защита конвоя. Он стремился защитить военные суда – вывести оба дивизиона из зоны действия энергетического оружия Янакова, а потом использовать свое преимущество в ракетах, атакуя Тринадцатый, если тот нападет на Одиннадцатый. Но если эти два дивизиона встретятся, то Янаков просто подождет, пока Одиннадцатый выйдет из зоны эффективного воздействия энергетического оружия, проскользнет у них за спиной и тут же атакует конвой. Базовая скорость у него низкая, но курс почти перпендикулярен Трейлману. Он промчится поперек курса остальной эскадры быстрее лани, и Трейлману ни за что за ним не угнаться. Хуже того, Тринадцатый пересечет курс остальных дивизионов достаточно далеко за кормой Двенадцатого. Оборона Янакова успеет отследить все ракеты Трейлмана… а у них и так время работы двигателей будет на исходе, и маневрировать в последней фазе атаки им не светит. Корабли Ю, конечно, окажутся ближе. Он наверняка попадет, но сможет разве что чуть-чуть потрепать Янакова.
Единственный шанс, да и то не ахти какой, появится у конвоя, если Трейлман смирится с атакой Янакова на Одиннадцатый дивизион. У Ю есть преимущество – его прикрытие идет с ним, а не изображает приманку черт знает где, как у Янакова. Но время для перестрелки будет коротким, и выбирать его будет Янаков. Он может ответить на выстрелы Ю, а может перекатиться на бок, подставить под выстрелы неуязвимые днища импеллерных клиньев и безнаказанно умчаться вдогонку конвою.
Но ему даже этого не придется делать. Если Одиннадцатый дивизион попытается сблизиться с Двенадцатым, то выйдет за пределы действия энергетического оружия, и оно не сможет пробить защитные стены Янакова. Он окажется в безопасности и хоть, возможно, и не повредит супердредноуты Трейлмана, тем не менее промчится сквозь конвой и попутно весь его уничтожит.
Хонор с разочарованием выслушала, как Ю спокойно и неторопливо подтвердил полученный приказ Трейлмана. Она по-прежнему чувствовала себя неловко в обществе бывшего хевенита, но ждала от него большего. Последствия маневра Трейлмана были до боли очевидны – как ей, так, по всей видимости, и Янакову. Он уже уходил налево, прочь от Одиннадцатого дивизиона, прямиком к конвою, игнорируя оба дивизиона и нацелившись на разбегающиеся транспорты.
Шли минуты, по экрану тянулись проецируемые курсы, стороны время от времени обменивались выстрелами, и разочарование Хонор в своем флагманском капитане росло. У Ю было куда больше опыта, чем у ее грейсонских адмиралов, но маневры Трейлмана уже вывели корабли экс-хевенита далеко за пределы перестрелки в упор энергетическим оружием. Последняя надежда конвоя была потеряна, а Ю даже не стал спорить с командиром.
И вдруг она поняла, что и выполнять приказы Трейлмана он тоже не собирался! Экран, казалось, наклонился вбок – Одиннадцатый перешел на полную боевую мощность двигателей и без всякого предупреждения молниеносно сменил курс. Дивизион и его прикрытие развернулись безупречно скоординированным маневром как единый корабль. Изумленная Хонор наконец-то поняла, что параллельно с подтверждением приказов Трейлмана Альфредо Ю передавал свои, совсем другие.
Резкое изменение курса застало Трейлмана врасплох, и он что-то расстроенно воскликнул, но сама Хонор довольно усмехнулась. Да, Ю подтверждал приказы Трейлмана, но обманывал он в первую очередь Янакова! Командир «сил противника» уже доказал свою хитрость, использовав модули электронной защиты, но это было еще не все. Его связисты подключились к командной сети Трейлмана!
С настоящими хевенитами у него бы этот номер не прошел, но дело не в этом. Хороший офицер пользуется любой выгодной возможностью, которая ему попадается, а потом создает новые. Со связью он поступил также дерзко, как и в остальных аспектах своего плана. Но на этот раз хитрость обернулась против него, потому что Альфредо Ю оказался еще хитрее. Ю не мог знать, что собирается сделать Янаков, но учел такую возможность. Трейлман использовал всенаправленную передачу, чтобы сообщать об изменениях в своих планах всем подразделениям одновременно, и связистам Янакова было несложно к ней подключиться. Но Ю для координации своих подразделений, должно быть, использовал сжатые сообщения по узконаправленным лазерным лучам, и люди Янакова этого не заметили. Да и зачем? Они и так узнавали по связи Трейлмана, какие он отдал приказы. Внезапное изменение курса могло бы сработать даже без этой добавочной хитрости, а уж с ней маневр флагманского капитана превратился из возможно эффективного в гарантированно сокрушительный.
Тринадцатый дивизион снова изменил курс, лихорадочно разворачиваясь. Янаков понял, что его обыграли, но было уже поздно. Ю идеально рассчитал время поворота. Расстояние было все-таки слишком велико, чтобы энергетическое оружие пробило защитные стены Тринадцатого, но Янаков оказался чересчур самонадеян, просчитывая действия своих оппонентов. Он не задумался о том, что еще они могут предпринять. Корма его кораблей оказалась слишком близко к Ю, поскольку он был уверен, что Одиннадцатый дивизион уходит. Теперь эта самоуверенность обернулась против него. Одиннадцатый навел бортовые орудия, и на мгновение два супердредноута, четыре тяжелых крейсера, шесть легких крейсеров и шесть эсминцев оказались в идеальной позиции, для выстрела «под юбку».
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
