не обменялись ни словом. К концу работы у меня от усталости ломило руки, но не так уж и сильно они болели, если сравнивать с побоями тростью.
Я взяла щетку и начала подметать пол. Вот тут-то Пенни вновь появилась передо мной и после долгого молчания сказала, уставившись на меня неподвижным тяжелым взглядом:
– Между прочим, я всерьез, чтоб ты знала.
– Ты о чем?
– О записке.
Уф! Записка! Она уже вылетела у меня из головы.
– Я не позволю тебе выйти сухой из воды, так и знай. – От волнения у Пенни затряслись губы.
– Прости, мне некогда, – ответила я и продолжила подметать пол.
Я старалась выглядеть совершенно спокойной, пыталась скрыть от Пенни, что записка, о которой она напомнила, на самом деле очень волнует меня и тревожит. Настолько тревожит, что становится не по себе находиться с Пенни с глазу на глаз в этом огромном зале, и даже перезвон ножей и вилок с кухни, где сидят работницы столовой, нисколько не успокаивает и уверенности не добавляет.
Пенни тоже вернулась к уборке, какое-то время работала молча, потом вдруг вскрикнула:
– Проклятье! – и швырнула свою щетку на пол. Я ждала, что будет дальше, но ничего не было. То есть Пенни просто подобрала щетку с пола и вновь принялась мести.
Прошла, казалось, целая вечность. Теперь все столы сверкали, на полу не осталось ни соринки. За высокими окнами столовой уже опустились сумерки. Я как раз собиралась отнести последний совок мусора в ведро, когда в столовую возвратилась мисс Фокс.
Она провела пальцем по крышке ближайшего к ней стола – я вспомнила, что то же самое она проделала, зайдя на кухню тетушки Фебы, и на секунду меня охватила острая тоска по дому.
– Хм, – сказала мисс Фокс. – Неплохо. Совсем неплохо. Для начала. Завтра, я надеюсь, будет еще лучше.
Змея! Я стояла и молча смотрела куда-то чуть выше головы мисс Фокс. Столовая была безукоризненно чистой, об этом знала я, и мисс Фокс об этом тоже знала.
А вот Пенни выдержки не хватило, и она запричитала:
– Эта уборка заняла у нас целую вечность, мисс! Вы только посмотрите на мои руки! Я же их почти до крови стерла!
– Прекрасно! – воскликнула мисс Фокс, и у нее в глазах зажглись злые огоньки. – Прекрасно! Тяжелая работа вырабатывает характер. Если завтра вы потрудитесь в два раза больше, чем сегодня, то и характер у вас станет сильнее вдвое. Замечательно, правда?
Пенни рухнула на ближайший стул и повесила голову.
– Мы можем идти, мисс? – спросила я, опрокидывая совок в мусорное ведро.
– Да, – отрезала мисс Фокс и вышла из столовой, не прибавив к этому ни слова.
Направляясь к двери, я проходила мимо Пенни. Она по-прежнему сидела, обхватив руками свою голову. Я могла бы уйти молча, но почему-то решила попрощаться с ней, и сказала:
– Пока!
– Пропади ты пропадом! – ответила Пенни, не поднимая головы.
Да я уже пропала пропадом, чтоб ты знала!
Потом я долго лежала в ванне, отмокала. Кончилось тем, что пришла классная дама, постучала в дверь и сказала, чтобы я вылезала – пора ложиться спать. Я, собственно, не возражала. Вылезла, вытерлась и отправилась к себе.
Когда я зашла к нам в комнату, Ариадна уже спала при включенном свете. Я невольно улыбнулась – во сне она казалась такой милой, такой беззащитной! И засыпала так легко, как ребенок.
Мне, конечно, тоже не помешало бы хорошенько выспаться, однако я первым делом полезла под матрас и вытащила дневник Скарлет. Села на пол, разложила по порядку исписанные странички, в сотый, наверное, раз просмотрела их, но, как всегда, не нашла для себя ничего нового.
Затем я встала с пола, посмотрела на свое отражение в зеркале на туалетном столике. Из оправы на меня посмотрело бледное лицо с плотно сжатыми губами. Ничего интересного или нового на этом лице тоже не обнаружилось.
Вздохнув, я вновь собрала разрозненные странички.
Уложила их в кожаный переплет, по традиции погладила пальцем вырезанные на нем буквы «С.Г.» и вернула дневник в его потайное место.
Вздыбились занавески. Я встала и обнаружила, что окно открыто, и дверь комнаты тоже приоткрылась, отсюда и возник сквозняк. Я закрыла окно, плотнее затворила дверь, выключила свет и нырнула в постель.
Уже погружаясь в сон, я вдруг подумала: «Если мисс Финч знает, кто я на самом деле, то наверняка она сможет рассказать мне о том, что здесь произошло перед смертью Скарлет». Додумать эту мысль я не успела, так как моментально уснула.
На следующий день Пенни вела себя еще хуже, чем обычно. На каждом уроке при любой возможности она делала все, чтобы подставить меня перед учителями.
На уроке латинского языка, как только учительница поворачивалась спиной к классу, она роняла свою ручку, разбрызгивая во все стороны чернила, и тут же начинала кричать: «Это сделала Скарлет, мисс!» В конце концов я получила пару ударов линейкой по своим незажившим пальцам.
На уроке биологии Пенни постоянно подталкивала меня под локоть, в итоге у меня в тетрадке вышли настоящие каракули. Миссис Колфилд велела мне остаться после урока и десять раз написать «Я должна писать аккуратно».
Ну а на домоводстве Пенни «случайно» опрокинула целый пакет муки на наш с Ариадной рабочий стол. Ариадне пришлось собирать муку, а мне отчищать свое платье в туалете.
Но еще более странным, на мой взгляд, было то, что сегодня Пенни совершенно не ворковала и не перешучивалась со своими подружками. Более того, когда мы выходили из класса после домоводства, Надия обняла Пенни и сказала:
– Надеюсь, ты от нее бешенством не заразилась?
Пенни не только не поддержала шутку, но зло отпихнула от себя Надию и коротко отрезала:
– Заткнись.
– Какая муха тебя укусила? – оторопела Надия.
К продолжению их разговора я прислушиваться не стала, мне пора было спешить в балетный класс.
Собственно говоря, именно с этого момента события начали развиваться странно. Точнее, еще более странно. Мисс Финч снова не было на уроке, но не было, к счастью, и мисс Фокс, готовой загнать нас в бассейн, например. А была просто записка на рояле, в которой мисс Финч просила нас позаниматься сегодня самостоятельно.
После этого урока я вернулась к себе в комнату несколько разочарованной. Ариадна уже приползла со своего хоккея, даже успела переодеться и сидела сейчас на кровати, пытаясь одновременно шить и читать книжку. Судя по внешнему виду Ариадны, сегодняшняя тренировка обошлась для нее без серьезных увечий.
Когда я спросила, так ли это, Ариадна лукаво подмигнула мне
