такое, что ты не поверишь! Все началось, когда я захотела достать мою щетку для волос, ту самую, у которой на ручке серебряная пластина с мамиными инициалами. Я перерыла всю комнату и поняла, что щетка не потерялась. Ее украла Вайолет, я знала это.
Я решила, что на этот раз спуску Вайолет не дам, и весь первый урок сидела как на иголках – у меня руки чесались, вот как хотелось поскорее до нее добраться. А добраться до Вайолет мне удалось уже на следующем уроке, это было домоводство. Сначала я просто накричала на Вайолет, а она нарочно вынула мою щетку из своей сумки и начала причесываться. На ручке щетки тускло блестела серебряная пластинка, и на ней любой мог прочитать буквы «Э.Г.». Я с ненавистью смотрела на Вайолет, а она только смеялась и продолжала причесываться ворованной щеткой.
Миссис Вивер в этот момент стояла спиной к классу, помогала кому-то из девочек точно раскроить ткань. Я воспользовалась этим, подошла к Вайолет и потребовала отдать мне мамину щетку для волос. Вайолет слегка подтолкнула локтем Пенни, и они вместе захихикали.
– Отдай щетку назад. Немедленно, – сказала я и схватила Вайолет за руку.
Она как ни в чем не бывало поморгала своими коровьими глазами и ответила:
– Не понимаю, о чем ты, Скарлет. Это моя щетка для волос.
– Это ее щетка, Скарлет, ее щетка, – подхватила Пенни. – Ты что, с ума сошла? Оставь нас в покое!
Я выхватила щетку, а Вайолет тут же захныкала:
– Мисс Вивер, мисс Вивер! Скарлет мою щетку для волос украла!
Ну, тут уж я совсем контроль над собой потеряла. Схватила со стола ножницы, вцепилась Вайолет в ее ухоженные локоны да и откромсала их сколько смогла.
Отрезанные волосы Вайолет остались у меня в руке, они были похожи на сухие мертвые листья. А Вайолет принялась визжать так, будто я ее зарезала.
Разумеется, меня за это выпороли и лишили обеда. Плевать. Моя месть того стоила.
Вайолет еще пожалеет о том дне, когда она сделала Скарлет Грей своим врагом!»
– О, боже, – вздохнула Ариадна, читавшая, глядя мне через плечо.
Я перевернула страничку.
«Дорогой дневник!
Мне кажется, я все-таки сумела сломить Вайолет. Она перестала дразнить меня, прекратила делать мне гадости. Если честно, она вообще перестала общаться со мной. И шпионить за мной тоже прекратила, насколько я могу заметить, и мои вещи больше не трогает. Такого с Вайолет еще никогда не было, и ее нынешнее поведение начинает все больше настораживать и даже пугать меня.
Несколько раз она даже не приходила ночевать, и проснувшись поутру, я видела ее постель совершенно нетронутой со вчерашнего вечера. Если Фокс узнает об этом, она всыплет Вайолет по первое число.
Вайолет перестала следить за своими волосами. Очень коротко остригла их и прекратила расчесывать. В таком виде она стала похожа на мальчика. Между прочим, ей это идет.
А вот Пенни продолжает психовать. При каждой встрече кричит на меня, а на днях во время занятий в балетном классе так ударила меня по ноге, что синяк оставила. И сегодня тоже весь урок приставала ко мне, пыталась какую-нибудь гадость сделать.
В конце концов, мисс Финч не выдержала, велела Пенни остаться после урока и двадцать раз написать, что она не будет больше так себя вести, однако из своей балетной группы ее пока что не прогнала. Но я и с Пенни вскоре за все расквитаюсь, обещаю. Заставлю и ее тоже оставить меня в покое».
– Ну, дела, – сказала Ариадна у меня над ухом.
– Хотелось бы мне узнать, что это вдруг случилось с Вайолет, – нахмурилась я. – Погоди, тут еще что-то есть.
И я разгладила еще один мятый бумажный листок.
«Дорогой дневник!
Я совершила что-то ужасное. Я не должна была этого делать, я знаю, но просто я была в таком гневе!»
Ариадна сильно сжала мне плечо.
– Что же на этот раз ты натворила, Скарлет? – со страхом прошептала я.
«Сегодня после урока в балетном классе Пенни столкнула меня с ведущей в подвал лестницы. Этого никто не видел, поскольку мы с Пенни сегодня уходили последними, а мисс Финч ушла с урока чуть раньше, еще до звонка, потому что ей был назначен прием у доктора. Короче говоря, когда я поднялась почти до конца лестницы, Пенни повернулась и сильно ударила меня в грудь. Я потеряла равновесие и скатилась вниз, пересчитав по пути все ступеньки.
У подножия лестницы я посидела немного, даже поплакала, потому что знала, что меня никто не увидит. Потом я снова начала подниматься по лестнице и вдруг увидела лежащий на одной из ступенек бледно-голубой бант, который всегда носит в своих волосах Пенни. Очень приметный бант.
Этот бант и натолкнул меня на одну идею…
Идея была ужасная, и мне очень-очень стыдно за себя. Но тогда я зашла в подсобку для уборщиц и нашла там тяжелый молоток. Этим молотком я разбила рояль мисс Финч. Орудуя молотком, я вспоминала все, что мне сделали Вайолет и Пенни, и от этого все больше и больше приходила в ярость. Когда рояль был безнадежно изуродован, я бросила молоток на пол, а рядом с ним положила якобы выпавший из волос Пенни голубой бант. После этого я бросилась к мисс Фокс и со слезами рассказала ей о том, что видела, как Пенни разбивает рояль. Почему она это сделала? Не знаю, наверное, хотела отомстить мисс Финч за то, что та наказала ее. Услышав все это, Лисица пришла в ярость.
И вот сейчас я сижу в своем потайном месте на крыше, сижу и представляю, каким станет лицо Пенни, когда мисс Фокс доберется до нее.
Но когда я начинаю думать о мисс Финч и о том, что она почувствует, узнав про рояль, мне становится не по себе и на душе начинают скрести кошки.
На этот раз я зашла слишком далеко и не знаю, как мне быть дальше».
Какое-то время мы с Ариадной просто молча сидели, глядя на исписанные страницы. Я всегда знала, что Скарлет безрассудная, но чтобы настолько?
Однако, несмотря на все, какой-то тихий голос шептал у меня в голове: «Все это ужасно, конечно, но ведь могло быть хуже, правда?»
– Неудивительно, что Пенни тебя ненавидит, – глухо заметила Ариадна.
– После этого Пенни
