глаз глядели. Поэтому я добросовестно продолжал, не обращая внимания на наблюдателя. На этот раз я выбрал подобие молота. Не сам боевой молот, а его подобие. И, нет, не для того, чтобы научиться поединку с молотом в руках — я для такого попросту не дорос! Слишком хлипкий! — а для того, чтобы тренировать запястье. Попробуйте повращать в руках молот вместо меча! Меч так сбалансирован, чтобы его центр тяжести находился ближе к рукояти. Поэтому и наносить им удары становится не так энергозатратно. У молота, наоборот, центр тяжести далеко от того места, где вы взялись рукой. Покрутите им как следует и у вас распухнет запястье от напряжения!
Я покрутил И так, и эдак, и одной рукой и другой. А потом принялся отрабатывать удары, словно мечом, но держа в руке этот молот. После такого, меч в руке кажется пёрышком! Выпад! Удар! Выпад! Удар! Защита, круговая защита… выпад! Удар!
— Ты неправильно кисть держишь, во время выпада… — проскрипел этот… гость…
Кстати! А почему я не помню его за ужином? И на утрени я его не видел. Неужели он вот только что приехал? И сразу помчался смотреть, как тренируется какой-то оруженосец? Ой, что-то тут не так!..
— Возможно, — улыбнулся я в ответ, — Но я отрабатываю удары мечом, а не молотом.
— И даже, если удары мечом! — продолжал упорствовать этот… этот! — Всё равно ты кисть неправильно держишь!
— Может быть, — опять согласился я, — Но меня именно так учили. Я уже привык. Так что, пусть будет неправильно, но я продолжу, как привычнее!
— Это неправильно! — возвысил голос незнакомец, и подошёл чуть ближе.
— Ну и пусть! — беспечно ответил я.
Выпад! Уда…
— Что ты наделал⁈ — завопил незнакомый рыцарь.
А что я наделал? Ничего я не наделал. Я сделал выпад… Ах, твою мать! Я уже говорил, что после вчерашнего снежка, на дворе блестели хилые лужицы. Ну, вот, делая выпад, я не посмотрел под ноги. И шагнул… правильно, чуть не в середину лужицы. И брызги запачкали незнакомцу сапоги. А может… может и самый краешек штанов…
Нет, но это он ко мне подошёл! Не так ли⁈ Не я в него грязью кидал⁈
— Ты… мерзавец… негодяй… — рассерженной коброй шипел незнакомый рыцарь, — Ты это сделал нарочно!
А это уже серьёзно. Подобные обвинения в этом мире так просто не проходят. Но, вот беда: он рыцарь, а я нет. То есть, по местным меркам, он имеет право меня оскорблять, увы!
— Это произошло случайно! — возразил я, — К тому же, несколько капель грязной воды… какая ерунда! Через полчаса вода высохнет и обычная щётка приведёт в порядок вашу одежду. И следов не останется!
— Нет, гадёныш! — оскалился в злобной усмешке незнакомец, — Это тебе так просто не пройдёт! Ты у меня эту грязь с сапог языком слизывать будешь!
— Нет, — коротко ответил я, — Этого не будет никогда и ни за что.
— Тогда я тебя на лоскуты искромсаю! — и рыцарь потянул из ножен сверкнувшую сталь.
— Ты меня вызываешь⁈ — искренне изумился я, — Из-за такой ерунды⁈
— Я тебя просто изрублю в куски! — взорвался гневом незнакомец, — Ты не достоин, чтобы я тебя вызвал на благородный поединок! Ты червяк! Ты грязь под ногтями!
— Червяк будет защищаться! — честно предупредил я.
— Что у вас происходит, господа⁈
Мы одновременно оглянулись. Позади нас, поёживаясь и кутаясь в тёплое шаубе стояли Александра и Катерина, по всей видимости, решившие прогуляться, и вопросительно глядели на нашу пару. Катерина хмурилась.
— Ничего серьёзного, — заверил я, — Просто я тренируюсь. А этот господин… не знаю его титула и имени… наблюдает за этим. И даёт советы.
— Для тебя это «ничего серьёзного»⁈ — взревел незнакомец, — Ты оскорбил рыцаря и для тебя это несерьёзно⁈ Получи, мерзавец!
Не поверите, но этот дурак и в самом деле замахнулся на меня мечом! И даже, попытался ударить! Я вовремя увернулся, одновременно поднимая всё ту же пародию на боевой молот, которую держал в руках. И так получилось — внешне, совершенно случайно! — что когда я проскальзывал почти подмышкой у нападающего, эта увесистая железяка саданула его прямо в брюхо. Почти незаметно для стороннего наблюдателя.
— Ик! — сказал незнакомец, сгибаясь пополам.
— Господин Максимилиан! Что с вами? — всполошилась Александра.
— Может, он раскаивается за свои грубые слова?.. — предположил я, — Сударь! Давайте я помогу! И меч тоже отдайте, он вам мешает! Вот так…
Я отобрал меч, сильно надавив пальцами на его запястье с тыльной стороны.
— Ну, вот… Поприседайте, сударь, поприседайте! А то вы уже покраснели, вдохнуть пытаясь, а всё никак не получается. Ну, давайте я и присесть помогу!
И я надавил на плечи. Неведомый Максимилиан попытался сопротивляться, но сил у него почти не осталось. Он обмяк на подогнувшихся коленях.
— Уф-ф-ф… — выдыхнулось ему наконец-то, когда тело скрючилось.
— Отлично! — обрадовался я, — Выдох есть! Теперь давайте вдох! Поднимайтесь, сударь!
Я буквально вздёрнул его за шиворот. С одной стороны — какие ко мне претензии? Я просто помогаю человеку! Оказываю первую помощь. Вон он, с моей помощью, наконец-то задышал! Но с другой стороны… оруженосец, дёргающий рыцаря за шиворот… при благородных дамах… Я был уверен, что это Максимилиану не понравится. А что он тут мечом размахался?
Я покосился на отобранный меч. Ну-у… видал я и получше. Не из последних, надо прямо сказать, но и не шедевр кузнечного ремесла. У меня в ножнах, примерно, раз в пять дороже. Если не в десять. А ведь я себе специально самый лучший не покупал! Потому что не по чину! Поэтому… делаем вывод: не граф! Далеко не граф. Но, рыцарь? Значит, барон. Скорее всего, вассальный по отношению к графам де Мино. Ну, и чего он тут передо мной павлина корчил?..
— Я… тебя… — слабым голосом просипел Максимилиан.
— Не стоит благодарности! — бодро ответил я, — Любой на моём месте поспешил бы на помощь! Присядьте сюда, сударь! Отдохните. Только долго не засиживайтесь, вы сидите на камнях, а погода прохладная. Вот, обопритесь на меч… отлично! Да с вас, сударь, можно картину писать: «Рыцарь на привале»! А мне, пожалуй, пора. Оставляю вас в надежде на ваше доброе здравие. Ах, да! Заранее извиняюсь,
