вытащил мятую форму. — Мне сказали, в подвале можно воспользоваться гладильными инструментами. Полагаю, всем нам нужно привести форму в порядок перед завтрашним первым построением…
Юсупов кивнул.
— Я насчитал десять утюгов. Лучше не затягивать, если не хотите стоять в очереди, Андрей Федорович…
Я пока что изучал будущих сослуживцев. В нашей группе сильнейшими были мы с Андреем и Юсуповым. Остальные — Рубины да Сапфиры. Во второй группе блистал Алмазным рангом Волконский — рослый детина, как выражалась матушка, гренадерской наружности. Вроде бы выпускник Пажеского корпуса, также закончил исторический факультет Державного университета. Парень явно метил в командующие.
Следующий за ним — Георгий Румянцев, наследник рода. Изумрудный ранг, превосходное домашнее образование, законченный экстерном Московский университет по русской словесности. Несмотря на серьезный ранг, Румянцев держался отстраненно, словно и вовсе не желал здесь оказаться. Наверняка очередная жертва родительских амбиций. В этом году внезапно стало модно отдавать детей в Спецкорпус.
Остальные притихли на фоне более титулованного соседства и словно ждали указаний от меня или Андрея.
— С глажкой разберемся позже, — я взглянул на часы. — Через две минуты сбор внизу. Поторопимся, господа.
Собравшись, мы организованной группой спустились на первый этаж — от меня не укрылось, что Баранов наблюдал за нами и, кажется, остался доволен.
У подножия лестницы уже толпились другие курсанты. Дежуривший на этаже краснолицый сержант взмахнул рукой:
— Сюда, господа новоприбывшие!
Нас проводили в просторное полупустое помещение — мебели здесь было мало, никаких стульев и столов не предусматривалось. Зато на стенах обнаружились стенды с разной полезной информацией.
— О, требования к форме одежды, — сказал Лева. — Зимняя, летняя, парадная, даже церемониальная есть… Хорошо, что они картинки повесили.
И действительно, на стендах разместили фотографии моделей в разных видах обмундирования — в анфас, со спины и в профиль. К ним прилагался список комплекта вещей для каждого случая. Теперь хотя бы понятно, в каком виде завтра являться на построение.
А ведь мне еще завтра и образцом работать… Хорошо хоть, что пока что это летняя повседневная. Самый простой вариант.
— Нам пока выдали только повседневную, — сказал Юсупов. — Видимо, парадную еще не доставили.
— Да и на что она нам сейчас? — рассуждал Андрей. — Пока что никаких смотров не планируется. Тут бы с учебой разобраться…
Я был согласен с кузеном. Красивая форма — дело хорошее, но пока что хотелось бы взглянуть на расписание занятий.
— Вот, здесь распорядок дня! — я наконец-то нашел таблицы с перечнем предметов для каждой из групп.
В целом он показался мне вполне приемлемым и почти что студенческим. Подъем в шесть, зарядка и приведение в порядок. В семь завтрак. В восемь начинались занятия — три «пары» до обеда в час дня. После обеда еще два занятия — но на этот раз они проходили как спецкурсы и факультативы. За час до ужина давалось свободное время, час ужин — в половину седьмого. После ужина — свободное время для самоподготовки, в половину десятого — вечерний чай, а в десять вечера — отбой.
По воскресеньям занятий не было, но предполагалось посещение воскресной литургии в церкви, полдня спортивных занятий, свободное время, а по вечерам — культурные мероприятия. Что бы это ни значило.
— Весьма гуманно, — кивал Андрей, изучая распорядок. — Интересно, когда вывесят расписание занятий?
— Думаю, скоро.
Нам пришлось отлипнуть от стенда, когда в зал уверенной походкой вошел подтянутый мужчина средних лет. Под мышкой он держал папку с документами, в руке — форменную фуражку. Я задержал на нем взгляд. Погоны — майорские. Видимо, это и был наш куратор.
Его сопровождали сержант Баранов и еще один сотрудник, которого я здесь еще не видел.
— Господа, прошу тишины!
Ему почти не пришлось повышать голос — все затихли в предвкушении.
— Разрешите представиться. Майор Ланской Олег Александрович. Куратор учебной части. — Его светлые голубые глаза внимательно изучали каждого из курсантов. — В мои полномочия входит ответственность за вашу явку на занятия, утверждение общих и коррекция индивидуальных программ обучения. Мой кабинет располагается здесь, на первом этаже. В ближайшие недели мы с вами будем видеться очень часто, а с некоторыми группами станем плотно работать весь год и далее. Ко мне следует обращаться по всем вопросам, связанным с учебной программой и внутренней дисциплиной.
Ланской носил ранговый перстень с рубином, и на той же руке я заметил глубокие шрамы от чудовищного ожога. Странно, что он не свел их. Впрочем, насколько я понял, в среде служащих не было принято подвергать себя косметическим процедурам. Шрамы и боевые ранения украшали не меньше орденов и медалей.
— Прошу вас внимательно изучить информацию на стендах. В частности, распорядок дня, планы корпусов, требования к внешнему виду и явке на построение. С завтрашнего дня вы начинаете жить по новому порядку. Сегодня вам выдадут учебные принадлежности — вы сможете получить их здесь с пяти часов. Отмечу, что вы не имеете права выносить учебные материалы за пределы учреждения. Это понятно, господа курсанты?
— Да, ваше благородие! — хором отозвались мы.
— Теперь об учебном плане. Занятия делятся на две категории: общие и групповые. Некоторые теоретические лекции вы будете слушать в большой аудитории, а практику станете отрабатывать по группам. Существует базовая программа — это три-четыре занятия в день, включая физподготовку. Также каждому из вас надлежит выбрать для себя спецкурсы и факультативные предметы. В течение ближайших недель вы посетите ознакомительные занятия, а затем сможете записаться на них. Для спецкурсов не менее двух и не более трех. Для факультативов — не менее одного и не более трех.
Лева поднял руку.
— Ваше благородие, разрешите задать вопрос?
— Задавайте, господин Львов.
В отличие от Баранова, наш куратор уже явно успел изучить наши личные дела и знал нас в лицо.
— Не будет ли накладок в занятиях? Например, два спецкурса в одно время…
— Мы составляем расписание так, что накладок быть не должно. Если выбранный учебный план вызовет у вас трудности, обращайтесь ко мне. Ваше обучение — главный смысл вашего пребывания в стенах этого учреждения, господа. — Ланской снова принялся блуждать взглядом по нашим лицам. — Но обучение — не только посещение лекций, отработка боевых навыков и сдача экзаменов. Здесь готовится будущий командный состав для Спецкорпуса. Вы — будущие офицеры, которым уже скоро придется брать на себя ответственность за жизни и здоровье своего личного состава, мирного
