обнимая ребенка от любимого мужчины, и не смотрела на меня как на врага.
– Вам спасибо, что пришли на помощь.
Я надела свое пальто и начала собирать спальный мешок. Сэм скручивал коврик, а Джейми с остальными обсуждали, как будут вытаскивать нашу машину из ямы.
– Как спалось? – шепотом спросил Сэм.
Перед глазами промелькнули, словно кадры в кино, события прошлой ночи, посылая по телу волны тепла.
– Хорошо. А тебе?
– Не отказался бы так спать каждую ночь. Только надеюсь, что все-таки без одежды. – Он с хрустом расправил плечи. – И желательно на матрасе.
Тихий смешок застрял в горле, когда Сэм приблизился к моему уху и прошептал:
– Сегодня ночью. Если хочешь, я приду к тебе.
Мурашки побежали по спине. Я подняла взгляд на Сэма, но не успела ничего ответить.
– Сэм, подсобишь? – окрикнул мистер О´Мелли.
– Иду! – отозвался Сэм, продолжая смотреть мне в глаза. Он заправил прядку волос мне за ухо и погладил щеку большим пальцем. – Мне кажется, нам есть что обсудить.
– Сэм, я быстрее рожу второго, чем ты отклеишься от Роуз, – рассмеялась Джессика.
Я отпрянула от Сэма, но он вновь сократил расстояние между нами.
– Роуз?
– Я буду ждать тебя.
25
Поблагодарив мистера О´Мелли и Колина за помощь, я кивнула Джессике и села за руль. Джейми с сотней промилле в крови я бы не пустила даже на велосипед. Проезжая мимо Сэма, я нерешительно улыбнулась. О чем он собирался поговорить? Может, хотел предложить начать все с начала?
От волнения потели ладони. Думать я могла только о том, как мы с Сэмом будем заново выстраивать отношения на расстоянии, потому что он, конечно, должен остаться на Олдерни, а мне еще предстоит многого достигнуть на Би-би-си.
А если он хочет назвать случившееся ошибкой? Сердце забилось где-то в горле.
В особняке было тихо. Я пару раз окликнула Роберта и Мэри, но их не оказалось дома. Не обнаружив и Барни, я пришла к выводу, что они ушли на прогулку. Миссис Хиггинс тоже нигде не было видно, поэтому я сварила нам с Джейми кофе и сварганила бутерброды с сыром и ветчиной. Оставив Джейми завтракать в столовой, я проглотила свой бутерброд по пути на второй этаж, захватив из видеокамер карты памяти. Была бы в Лондоне, уговорила бы Хью, моего любимого монтажника, вместе собрать передачу, но в этот раз придется ограничиться сопроводительным письмом с описанием порядка сцен, их хронометража и закадровым текстом.
Ровно в полдень я отправила Гарри отснятый материал. Только после этого позволила себе принять горячий душ, превратив ванную комнату в сауну. Стерев пар с зеркала, я увидела в отражении свое довольное, светящееся лицо. Прошлой ночью я мало спала, но побывала на вершине удовольствия. Это было слишком хорошо, слишком правильно, чтобы принимать за ошибку. Сегодня вечером мы с Сэмом продолжим на том самом месте, где остановились семь лет назад.
В электронной почте меня ждало письмо от Гарри, который одновременно и хвалил, и оскорблял: «Ты правда успела?! Честно говоря, я уже позвонил в архив, но сейчас дам задний ход. Так держать! Жду следующий выпуск через три дня». Значит, времени прохлаждаться не было. Я надела серое платье с объемным воротником, нанесла легкий макияж и пошла искать Джейми.
Он дрых в столовой, опустив голову на сложенные перед собой руки. Мне пришлось приложить немалые усилия, чтобы разбудить его, отправить в душ и снова усадить в машину.
– Во втором выпуске хочу уделить больше внимания природе Олдерни, – сказала я, отъезжая от особняка Стоунов.
В портовой части города, которая выглядела еще лучше, чем вчера, я вытолкнула Джейми из машины.
– Пообедаем здесь, чтобы не терять времени. – Я кивнула на маленькую закусочную с навесом в бело-красную полоску. Стекло в панорамном окне треснуло, но не лопнуло и было заклеено скотчем.
– Я хочу спать, – заныл Джейми.
– Сначала работа. Световой день слишком короткий, чтобы терять время. Обещаю, сегодня не буду долго мучить тебя.
– Как насчет того, чтобы вообще не мучить? У меня болит спина и голова квадратная.
– Ты сам мечтал провести ночь, как бойскаут.
Я подтолкнула его в спину, чтобы он не задерживался. На часах было без четверти два. В закусочной других посетителей не было, но вовсю шипело масло, вкусно пахло рыбой в кляре и жареной картошкой.
– Рози Роуз! – воскликнул круглощекий парень в белом фартуке за прилавком, заметив меня.
Серые глаза были обрамлены невероятно длинными ресницами, а на подбородке росла редкая юношеская бородка.
Я изо всех сил напрягала память, чувствуя, что должна знать его.
– Неужели не узнаешь? Это что же, я тебя недостаточно доставал?
Он рассмеялся, закинув голову и приложив руку к животу. И именно этот жест наконец подкинул мне нужное воспоминание.
– Мэттью! – воскликнула я и бросилась к прилавку. – Это правда ты?
Он вытер руки о фартук и сгреб меня в объятия, такой большой, немного неуклюжий и сладко пахнущий мукой.
– Ну, я надеюсь!
– Какой ты стал высокий… – Я сделала неопределенный жест руками. – И голос! Боже! Совсем как настоящий мужчина!
Пухлые щеки покрылись милейшим румянцем.
– Ну вообще-то мне восемнадцать.
– Боже мой! – Я обернулась к Джейми, который подошел к нам, и счастливо провозгласила. – Мне выпало счастье присматривать за этим парнем, когда ему было восемь. – Я снова обернулась к Мэттью. – Что ты здесь делаешь? Я была уверена, ты сбежишь с Олдерни в Париж открывать один мишленовский ресторан за другим. Помнишь, как ты пытался накормить меня кашей из песка с камнями и улитками? О господи! Джейми, тут нам есть нельзя!
Мэттью вновь рассмеялся и еще раз сжал меня в крепких объятиях.
– А ты все такая же, – усмехнулся он.
Я улыбнулась. В памяти возник мальчишка, который делал мне салат из водорослей и мороженое из ракушек, а я платила за его угощения сорванными листиками. Какое это было прекрасное время, простое и беззаботное.
Мэттью пожал руку Джейми и кивнул на столик у окна.
– Присаживайтесь. Я приготовлю вам лучший фиш-энд-чипс в вашей жизни!
– Без морских звезд и медуз? – строго спросила я.
– Не обещаю. Они сейчас в моде.
Джейми сел за столик и опустил тяжелую голову на сложенные руки, а я обернулась к высокому прилавку, за которым на плите шкворчали сковородки.
– Расскажи мне, как ты?
– Да все хорошо. Вот в июне женился.
Мой взгляд метнулся к его рукам. На безымянном пальцем сверкало серебряное кольцо. Они что, решили все пережениться, пока меня не было?
Мэттью кинул горсть замороженной картошки, порезанной соломкой, из
