— Нет, миледи, — ответила она. — Я ничего не видела, просто задумалась.
— Значит, у вас было не видение, а откровение, — заявила леди Марстон.
Потом вдруг уставилась на Энтони и пробормотала:
— Хм… где же вы его прятали? — Она взглянула на графа. — Внебрачный ребенок? Ваша матушка ни за что не согласится скрывать мальчишку. И она отчитает вас за то, что так долго его скрывали.
— Он не внебрачный, миледи, — возразил Джулиан, взяв мальчика на руки. — Это мой законный сын. А мать — леди Кенвуд. И конечно же, у меня имеются все документы, подтверждающие это. Моего наследника зовут Энтони Питер Чедвик Кенвуд, и объявление об этом появится завтра в утренних газетах.
— А кто же тогда похоронен на фамильном кладбище?
— Кто-то другой, миледи.
Леди Марстон снова уставилась на Энтони, потом вдруг улыбнулась и с удивительной нежностью провела ладонью по его щеке.
— Очень красивый мальчик, — сказала она.
— У меня класивые волосы, — заявил Энтони и тоже улыбнулся.
Леди Марстон весело рассмеялась:
— Что правда, малыш, то правда. — Она снова посмотрела на Джулиана: — Ставите в известность общество? Какой же историей вы это сопровождаете? Правдой — или намеком на правду?
Джулиан опустил Энтони наземлю, и тот убежал кЛео.
— Всю правду я пока что рассказал только властям, и мой рассказ принят к сведению. Однако нужны кое-какие улики и доказательства, чтобы отдать под суд виновных в том, что моего сына пришлось так долго скрывать.
Пожилая дама нахмурилась и проворчала:
— Кажется, я вас понимаю. Да, кое-кого действительно пора отправить на виселицу.
Пропустив это замечание собеседницы мимо ушей, Джулиан продолжил:
— Но я обязательно сообщу правду всему обществу. Расскажу о том, что сына у меня отняли и только сейчас я обрел его благодаря помощи и доброте Уэрлоков.
— Отлично сказано, мой мальчик. — Леди Марстон снова посмотрела на Энтони, гонявшего поблизости мяч. — Держите его возле себя. Держите возле себя всех своих наследников, — добавила она многозначительно.
— Вы о чем, леди Марстон? — спросила Хлоя. — Может, вам… что-то известно?
— Я знаю только то, что знаю. Держите всех наследников рядом. Сила в единстве.
С этими словами леди Марстон отвернулась и зашагала по дорожке парка. Ее маленькая жирная собачка, пыхтя и отдуваясь, засеменила следом за хозяйкой. На мгновение остановившись, пожилая дама прокричала:
— Не подстригайте мальчишке кудри! Слишком уж они прелестные!
Хлоя рассмеялась, а Лео с графом переглянулись и нахмурились. Причем Хлоя не сомневалась, что леди Марстон прекрасно знала, как воспримут мужчины ее последние слова.
— Думаешь, леди Марстон что-то известно? — спросила Хлоя Джулиана, когда они уже возвращались домой. — Она так говорит, как будто знает что-то очень важное. Возможно, в ее жилах тоже течет кровь Уэрлоков.
— Ее родовую линию всегда можно проверить. Но мне кажется, она происходит из семьи военных, — ответил Джулиан. — Думаю, из нее получился бы хороший офицер, родись она мальчиком. Что же касается ее осведомленности, то она, судя по всему, просто очень неглупая и проницательная женщина.
— Из семьи военных, — пробормотала Хлоя. — Что ж, это многое объясняет.
— Слишком уж она прямолинейная, не так ли?
— Да, совершенно верно. И похоже, с ней никто никогда не спорит.
— Беатрис однажды попыталась, — сказал Джулиан с усмешкой. — К счастью, это произошло уже после того, как я увидел Беатрис в истинном свете. Иначе попытался бы защитить ее и нажил бы себе злейшего врага.
Хлоя ненадолго задумалась, потом сказала:
— Нет, не думаю, что такое могло бы произойти. С твоей стороны это было бы проявлением супружеской преданности, поэтому леди Марстон не стала бы тебя осуждать. Она просто порекомендовала бы тебе раскрыть глаза и отошла бы в сторону, вот и все.
— Вероятно, именно так она и поступила бы.
— Значит, мы выполнили ваши планы на сегодня? — поинтересовалась Хлоя, когда они вошли в дом, где Дайлис, уже поджидавшая Энтони, быстро увела мальчика переодеться и умыться перед чаем.
— Да, выполнили. Вскоре слухи об исчезновении и чудесном возвращении моего сына распространятся по всему Лондону. Полагаю, что к ужину уже весь город будет знать эту историю.
— Лео, подожди! — крикнула Хлоя кузену, направлявшемуся в свой кабинет.
Лео обернулся и с улыбкой спросил:
— Чем могу быть полезен, дорогая кузина?
— Ты, кажется, говорил Джулиану, что у тебя есть люди, которые могли бы засвидетельствовать, что Беатрис не была невинна, когда вышла за него замуж, не так ли? В таком случае он мог бы без труда аннулировать брак, признав его недействительным. Правильно?
Лео медлил с ответом. Наконец пробормотал:
— Да, Хлоя, все это верно, однако… Такое заявления поставило бы Джулиана в неловкое положение, понимаешь?
— Прекрасно понимаю. Но думаю, что одной неловкостью дело не обойдется. Ведь если брак аннулируют, то и законность Энтони поставят под сомнение. Возможно, я ошибаюсь, но мне кажется, об этом стоит хорошенько подумать.
Джулиан нахмурился и проворчал:
— Тут и думать не о чем. Конечно, ты права. Если аннулировать брак, Энтони станет незаконнорожденным. Ведь все предельно ясно: если брак незаконный, то и ребенок, рожденный в этом браке, становится незаконным.
— Да, действительно… — пробормотал Лео. — Как же я сразу не сообразил?..
— Вероятно, ты просто не сталкивался с теми, кто когда-либо оказывался в подобной ситуации. А вот мне случилось говорить с людьми, оказавшимися в западне брачного кошмара. Ситуация просто ужасная… Ведь признание брака недействительным делает твоих детей незаконными. Нет, я не могу пойти на аннулирование.
— А ты как узнала об этом? — Лео с удивлением посмотрел на кузину.
— Слышала что-то по этому поводу в дамской комнате. Прошлым вечером, у Хинкли.
— Ах, в дамской комнате? Тогда конечно… Только там получают самые важные сведения.
— Не будь таким заносчивым. — Хлоя направилась к лестнице, потом вдруг обернулась и с усмешкой добавила: — Ты бы очень удивился, если бы узнал, о чем там говорят. Хорошая шпионка могла бы получить в дамских комнатах весьма интересную информацию.
Лео хмурился, провожая кузину взглядом. Когда она скрылась из виду, проворчал:
— А ведь Хлоя и в этом права. Что же касается аннулирования, то подозреваю, что любой адвокат первым делом сообщил бы мне о таящейся в этом опасности для Энтони. Да, оказывается, я многого не знаю. Особенно неприятно, что я не знаю того, о чем говорят в дамских комнатах. Полагаю, об этом надо поразмыслить. Заходи ко мне в кабинет часа через два, хорошо?
