ней не пересекаться и обходить стороной. Ему очень хотелось оставить их где-нибудь в безопасном месте. Однако пока Гвидион не мог придумать, где находится такое место. Он надеялся, что в Кирте решение найдется. Пожалуй, храм охотниц стал бы идеальным местом для женщин, которые искали укрытие. Эовин как-то упоминала, что на этот храм за всю историю его существования никогда не нападали.
Гвидион переоделся и некоторое время еще побродил по комнате, чтобы дать охотнице время спокойно привести себя в порядок. Только когда услышал, как из своей комнаты выходят мать и Эллин, тоже направился в общее помещение.
Цайя как раз устанавливала котелок над очагом, а королева развешивала для просушки мокрые вещи на все доступные крючки и предметы мебели.
– Давай свое. – Она требовательно протянула руку за одеждой Гвидиона, заставив того нахмуриться.
Они уже несколько дней путешествовали вместе, а его до сих пор поражало, что мать ведет себя совсем не по-королевски, а как простая женщина, которая заботится о своем сыне. Он тепло улыбнулся, осознав, что в этом и заключалась ее суть, которую уже ничто не изменит. Пусть заговорщики отняли корону, власть, дворец, но у них еще осталась любовь.
– Я помогу. – Гвидион подвинул ближе к огню тяжелую вешалку, которая стояла у двери, и развесил на той свои мокрые вещи.
– А когда будем кушать? – нетерпеливо поинтересовалась Эллин.
Цайя с улыбкой погладила ее по голове.
– Придется потерпеть полчасика. Бобы долго варятся и размягчаются. – Она виновато покосилась на Гвидиона. – Да, к сожалению, предложить могу только густой суп с сушеными бобами.
– Все замечательно, – заверил Гвидион. – Мы в долгу перед вами.
Она смущенно опустила глаза.
– Если честно, я вас совсем не так представляла, – запинаясь, пробормотала она. – Вы очень… милы.
Гвидион расхохотался.
– Разве король не может быть милым?
– Я не это имела в виду. – Она откашлялась. – Прошу прощения. Я не думала, что вы окажетесь таким приветливым.
Гвидион фыркнул.
– Сочту за комплимент.
Она усмехнулась.
– Да-да… пожалуй, лучше я займусь готовкой ужина, иначе потом стану жалеть, что наговорила лишнего.
Пока Гвидион бесцельно бродил по хижине, а его мать играла с Эллин в ладушки, Цайя то и дело посматривала на него. Он чувствовал на себе взгляды охотницы, но всякий раз, когда их глаза встречались, та поспешно отворачивалась. Гвидион не мог избавиться от ощущения, будто ее что-то тревожит.
Наконец он не выдержал и подошел к Цайе.
– Все хорошо?
– Да-да. – Она поспешно улыбнулась. – Суп уже готов.
Сняв с очага котелок с горячей водой, охотница понесла его к столу.
Внимательно наблюдая за ней, Гвидион не понимал, почему у него вдруг возникло чувство беспокойства.
– Ура, кушать! – восторженно вскрикнула Эллин, бросаясь к стулу.
Цайя посмотрела на малышку с нежностью, и Гвидион решительно отогнал тревогу. Видимо, его настолько потрясли недавние происшествия, что теперь всюду мерещились всевозможные подвохи.
Эллин схватила ложку и с энтузиазмом окунула ее в миску, которую перед ней поставила Цайя.
Мать Гвидиона многозначительно покашляла, и малышка замерла с поднятой ко рту ложкой.
– Что я говорила о манерах за столом? – мягко упрекнула королева.
Эллин в замешательстве сжала губы и опустила ложку.
– Надо подождать, пока все сядут за стол, – проворчала она, пытливо косясь на Гвидиона, так что он тоже поспешил сесть. Устроившись по другую сторону от малышки, королева кивнула, и та тут же сунула полную ложку в рот.
– Не торопись, можешь обжечься, – предупредила Цайя, но Эллин больше не обращала внимания на взрослых. Она выглядела такой голодной, как будто не ела несколько дней. При этом Гвидион хорошо помнил, что за завтраком она съела огромный кусок хлеба.
Он тоже попробовал суп. Помимо бобов, Цайя добавила сушеные помидоры и какие-то травы. Получилось удивительно вкусно.
– Просто чудо, – отметил он, жуя.
– Спасибо, – проговорила она, не глядя на Гвидиона. Вместо этого охотница сосредоточилась на своей тарелке.
– Что-то не так? – нахмурился Гвидион.
– Все в порядке, – заверила она. – Просто не привыкла ужинать в таком благородном обществе.
– А можно еще? – спросила Эллин, подвинув к ней пустую тарелку.
– Конечно, детка. – Цайя с улыбкой добавила супа. – Знаешь, у меня есть младшая сестра, всего на несколько лет старше тебя, она тоже одной порцией не наедается.
После трапезы охотница достала из-под расшатанной половицы бутылку и налила немного напитка из нее в три кружки.
– Что это? – Мать Гвидиона подозрительно понюхала резко пахнущую жидкость.
– Просто травяной ликер, чтобы бобы лучше усвоились и желудок не болел, – объяснила Цайя.
– Ой, а мне можно? – Эллин протянула руку к одной из кружек.
– Нет, – ответили взрослые в один голос.
Что-то давило на грудь, а еще кружилась голова. Затуманенный разум не понимал, происходящее сейчас – это сон или явь. Гвидион невольно вскрикнул, и ему тут же зажали рот.
Но вскоре он постепенно начал приходить в себя.
С огромным трудом разлепив веки, он часто заморгал, чтобы окончательно прогнать сонливость. Голова ощущалась слишком тяжелой, поэтому не сразу получилось сфокусироваться на склонившейся над ним фигуре. Царящая в комнате темнота не позволяла различать детали. Не будь лицо девушки освещено чуть лучше, он, скорее всего, не узнал бы ее.
Гвидион собрался подняться, но с ужасом обнаружил, что его что-то сдерживает. Тут же мышцы рук и ног пронзила боль, заставив его окончательно проснуться. Он был связан!
Сейчас глаза Цайи казались двумя черными дырами. Убрав руку, она запихала ему в рот кусок ткани.
Гвидион извивался и дергался, пробовал избавиться от кляпа, отворачивался, мешая Цайе закрепить кляп веревкой. Все тщетно.
Охотница все равно закончила свое дело.
Гвидион ошеломленно уставился на нее.
– Почему? – еле выдавил он сквозь кляп. Удивительно, но она поняла.
– Мне очень жаль, – прошептала Цайя, и по голосу чувствовалось, что она действительно искренне сожалеет. – Я бы хотела, чтобы все было иначе… – она тяжело вздохнула, – в любом случае уже слишком поздно. Я сообщила заказчикам.
Гвидион вопросительно вскинул брови.
– Это не личная обида, нет, – заверила охотница и, кряхтя от напряжения, подняла его. – Когда получила задание, я ничего о вас не знала, не сомневалась, что это очередной подлый преступник. – Она прикусила губу. – Моя младшая сестра осталась на рабовладельческой плантации, я не смогла ее забрать, когда бежала сама. Долгие годы я пыталась собрать нужную сумму, чтобы ее выкупить. А цена за выкуп огромна!.. Моя сестренка совсем юная, крепкая, предполагается, что она сможет родить здоровых детей. – Голос Цайи сорвался. – Ее будут использовать в качестве живого инкубатора, пока совсем не угробят. – Тряхнув головой, она расправила плечи. – Моей доли в вознаграждении за вашу голову должно хватить,
