«– В твоем мире так плохо?» – удивился ворон.
«– Не совсем. Если хочешь пожить подольше и посытнее, то удобнее и безопаснее места не найти. Но если у тебя появляется какой-то особый смысл жизни, то становись либо изгоем, как я, либо забирай мечту и веру в могилу».
«– Думаю, подобное встречается во всех мирах. Люди везде одинаковые», – сказал ворон.
«– Скорее всего. Единственный смысл жизни, который я смог придумать для большинства людей, это постоянное самосовершенствование, – продолжал Роман. – Ведь если смерть лишь переход из материального мира в духовный, то лучше будет тем, чья душа обширна и развита. А материальные заслуги умрут вместе с телом».
«– Если станешь богом, – спустя минуту произнес Чет. – Обязательно проверь свои догадки».
Роман усмехнулся, поднялся и начал разминать задеревеневшее тело. Небо едва начинало алеть, невдалеке мирно посапывал Хедрик. От ночной прохлады слегка болело горло. Факелов, подбросив в костер свежую древесную пищу, принялся раздувать почти потухшие угли.
«– Перекушу и буду выдвигаться, – сказал Роман, цепляя на пояс пустые кинжальные ножны. – Нечего Хедрика объедать».
«– Это главная причина», – саркастически заметил Чет.
Роман разогрел мясо и разбудил Хедрика. Воин приподнялся на локтях, зевнул и сонно уставился на друга.
– Давай завтракать, – бодро сказал Факелов, хотя на душе было скверно. – И подумай, что я еще могу сделать?
Хедрик пододвинулся к костру, кряхтя и морщась от боли в ногах. Взял протянутый кусок мяса и сказал:
– Думаю, ты и так задержался. Главное для выживания у меня есть, хотя бы на какое-то время. Я даже слегка удивлен, что ты переживаешь.
– Ты мне очень помог. Без тебя я сюда вряд ли бы добрался, – задумчиво сказал Роман.
– Добрался бы, – подбодрил его Хедрик.
– Но о-очень нескоро, – пожав плечами, ответил Факелов.
Дальше трапеза проходила в молчании. На светлом небе, из-за хребтов, появилось солнце. Хедрик то и дело бросал взгляды на сосредоточенно жующего Романа. Синие глаза, несмотря на козни судьбы, светились силой и добродушием.
Факелов поднялся, отложил пару небольших кусков мяса на плоский валун и пояснил:
– Возьму на первое время.
Затем Роман снял кольчугу и положил ее рядом с топором. Хедрик приподнял брови.
– С кольчугой придется расстаться – ворон такой тяжести не поднимет.
– По скалам легче будет лазить, – сказал воин.
– Желаю тебе сил и удачи. Надеюсь, ты скоро пойдешь на поправку, – вздохнув, сказал Роман.
– И тебе удачи, – улыбнулся воин.
«– Можно превращаться?» – спросил Факелов.
«– Ты все приготовил? Я бы на твоем месте разделся. Ворон в человеческой одежде – это, поверь, неудобно», – отозвался Чет.
Роман хмыкнул и начал раздеваться. Рядом с камнем, на котором лежало мясо и куртка, он поставил ботинки, положил свернутые штаны и рубашку с бельем. Медальон Роман оставил на шее.
«– Теперь сосредоточься на превращении», – подсказал Чет.
Факелов вздохнул, закрыл глаза.
«– Я становлюсь вороном», – мысленно сказал он.
В голове раздался каркающий смех, Роман тут же напрягся.
«– Представь сам ход превращения, как сможешь», – перестав смеяться, объяснил Чет.
Роман снова закрыл глаза. В голове пронеслось видение, как он уменьшается, обрастает перьями… ощущение было такое, словно его из жарко натопленной сауны бросили в речку. В ноздри ударил сильный мясной аромат, послышалось шуршание кожаного доспеха Хедрика о камень. Роман открыл глаза – мир преобразился. Взору открылись сотни мелочей, незаметных человеку. Каждая трещина в камне теперь выглядела по-другому.
Стоило лишь слегка повернуть голову, чтобы увидеть творящееся за спиной. Роман сделал неловкий шаг и, чтобы не упасть на грудь, замахал руками, вместо которых были шикарные черные крылья.
«– Тише ты, – остановил его Чет. – Сейчас привыкнешь, не торопись».
Факелов медленно развернулся в сторону Хедрика и каркнул.
– Рома, это ты? – ошеломленно спросил воин.
Уменьшившийся медальон приятно холодил грудь где-то под перьями. Факелов еще раз каркнул, щелкнул клювом и смог произнести:
– Я, – а через минуту добавил более уверенно: – Так необычно.
Хедрик вытянул губы трубочкой и покачал головой.
– Не сомневаюсь.
Роман сделал несколько шагов, пару раз подпрыгнул и захлопал крыльями. В первый миг Факеловым завладело ни с чем несравнимое ощущение полета. Затем накатил безумный безотчетный страх. Роману показалось, что он полностью парализован: от когтей до перьев на холке. Факелов замолотил крыльями с удвоенной силой. Земля ухнула вниз, еще более пугая Романа.
«– Успокойся! – проорал Чет. – Хватит лупить! Спускайся!»
Наконец слова Чета достигли разума Факелова. Роман расправил крылья и начал по спирали снижаться обратно в кратер. С перепуга он взмыл над впадиной на полсотни метров и теперь, медленно опускаясь вниз, Факелов отметил, что вокруг никого нет, а мешок и кинжал по-прежнему лежат на карнизе.
Под пристальным взглядом Хедрика, Роман опустился рядом с вещами.
– Ну как? – поинтересовался воин. – Выглядел ты как выпавший из гнезда птенец.
– Страшно, – пожаловался Роман. – Особенно вначале.
– Это во всем так, – отечески сказал Хедрик.
«– Я думал, мы убьемся», – подал голос Чет.
Роман щелкнул клювом, взял в когти ботинок и, взмахнув крыльями, оторвался от земли. С ношей в лапах он поднимался медленнее. Видимо, эффект заклятья распространялся и на адаптацию мозга к новому телу, потому что чувствовал себя Роман довольно уверенно. Бросив ботинок около мешка, Факелов вновь устремился во впадину.
Через четверть часа одежда и еда лежали наверху. Труднее всего дался полет с кожаной курткой, но, захлопав крыльями почаще, Роман поднял и ее.
«– Обратно так же?» – на всякий случай спросил Факелов, отойдя подальше от края карниза.
«– Да».
Роман представил, как ворон увеличивается, теряет перья и понемногу приобретает человеческие черты. Снова на мгновение вспыхнуло ощущение, будто его из теплой шубы вытряхнули в ледяную прорубь. К человеческой ипостаси Роман привык сразу, лишь ощущалась легкая вялость, словно он недавно проснулся.
Под утренним горным ветром нагой Факелов моментально замерз. Поглядев наверх и по сторонам, Роман принялся одеваться. Весь наряд изрядно поистрепался, но был привычным и удобным. Надев белье и рубашку, Факелов натянул толстые джинсы и дырявые носки. Затем обмотал их портянками и обул ботинки. Подпоясавшись и поправив пустые ножны, Роман двинулся за валяющимся в десятке шагов кинжалом. Клинок от кончика до рукояти был покрыт запекшейся кровью. Факелов брезгливо поморщился, как смог очистил кинжал, поскоблив о камень, и вложил его в ножны. Затем Роман вытащил из мешка затухшую козлятину и положил вместо нее копченое мясо диковинных птиц.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
