мир, и неожиданно закончил: – Не важно. К светлой магии часто относят магию жизни, магию природы. Хотя эти школы абсолютно самостоятельны!
Я слушал, не перебивая, но стал немного сомневаться в реальности происходящего. Лич, мертвый уже черт знает сколько времени, излагает мне классификацию магического искусства на глубине черт знает сколько метров… Сюрреализм!
– Известны четыре основные школы стихий: огня, воды, земли, воздуха. У каждой школы свои направления. К примеру, у магии воды есть школы льда, собственно воды и еще с пяток крупных направлений. Как понятно из названия, школа льда занимается исключительно исследованием заклинаний, связанных с водой, находящейся в состоянии льда. На стыке разных школ могут быть созданы новые заклинания. К примеру, заклинание вулкана использует плетения как школы земли, так и школы огня. Интересный факт: школа холода, как ни странно, относится к направлению школы огня. Хотя, на мой взгляд, школа холода может быть вынесена в отдельную школу. Может, за время моего вынужденного отсутствия это уже и произошло.
– А сколько времени ты отсутствуешь? – сразу вставил я, зная, что даже за десять лет все теории и классификации могут быть переделаны до неузнаваемости.
– Чуть больше пятидесяти лет, – ответил Бератрон, – но не думаю, что за это время что-то сильно изменилось. Продолжим. Итак, две важные школы, которые я упоминал выше… Школа смерти, куда относится некромантия, и школа жизни, куда относится школа исцеления. Так как жизнь и смерть – явления очень взаимосвязанные, то и школы идут рука об руку. За примером далеко ходить не надо: мое нынешнее состояние, которое разительно отличается от классического – следствие использования не только некромантии, но и различных направлений магии жизни.
Бератрон начал перечислять, какие плетения магии жизни он использовал для сохранения своей личности. Но так как я не очень понимал, о чем речь, то пропустил мимо ушей.
– Есть школы, стоящие особняком. К примеру, магия крови, малефицистика, ментальная магия и так далее. Каждая такая школа достойна отдельной продолжительной лекции, поэтому пропустим их. Есть вопросы?
– Вроде нет, но если что-нибудь придет мне в голову, я обязательно спрошу. – Вопросы, признаться, были, но какие-то эфемерные и нечетко сформулированные.
– Тогда перейдем к мане, или энергии магии. Мана бывает нескольких видов: жизни, смерти, огня, воды, земли, воздуха и так далее. Видов не меньше, чем магических школ. Отмечу, что у первостихий нет маны, не спрашивай, что используется в качестве энергии, никто не знает. Но вернемся к видам маны. Есть еще так называемая сырая мана, которую можно относительно легко преобразовать. Конечно, преобразовать можно любой тип маны, но это не так уж просто, да и процент потерь весьма велик.
Ну, это понятно. Достаточно провести аналогию с материальным миром: преобразование химической энергии в механическую в идеале проходит с КПД восемьдесят процентов.
– Процесс плетения заклинания состоит из собственно создания матрицы – каркаса заклинания и наполнения его соответствующей маной. Есть два принципиально разных способа кастования. Первый заключается в том, что вначале матрица плетения строится полностью, а потом наполняется маной. Данный способ плох тем, что каркас заклинания без наполнения нестабилен и в бою может быть легко разрушен противником на стадии формирования. Второй способ заключается в параллельном построении каркаса заклинания и наполнении его силой. Этот вариант плох тем, что заклинание уже трудно будет изменить, к тому же его не рекомендуется оставлять незавершенным. Последствия могут быть самими печальными.
Лич помолчал.
– Также заклинания могут классифицироваться по контролю со стороны мага. К примеру, простейшее заклинание огненного шара может быть неуправляемым или управляемым. В первом случае маг кастует шар, бросает его куда надо и после этого не контролирует. Минус этого способа, очевидно, в том, что цель способна уйти из-под удара. Но эта проблема может быть решена введением дополнительного плетения, которое будет наводиться на цель. Второй способ заключается во внедрении специального плетения, через которое маг может направлять движение шара. Минусов у этого способа два: маг контролирует весьма ограниченное количество плетений в зависимости от собственной концентрации, а враждебный маг способен перехватить управление и обернуть заклинание в обратную сторону. Опытные маги обычно используют в своих плетениях и возможность самоуправления, и возможность удаленного контроля.
– А под каким углом еще можно рассмотреть магию? – поинтересовался я.
– Можно рассматривать сложность заклинания, то есть сколько плетений разных школ в нем используется. К примеру, чтобы получить звание архимага, нужно создать заклинание, использующее все четыре стихии, и, естественно, продемонстрировать его. Сочетание плетений даже двух школ в простейшем заклинании усложнит его как минимум в четыре раза. Ведь требуется держать под контролем не только два разных по своей природе плетения, но и два разных типа маны. Можно, конечно, встраивать преобразователи маны, но это значительно усложнит дело. Хотя эффект от таких сложносоставных заклинаний может быть весьма и весьма. Поэтому в магическом искусстве существует направление, когда в создании заклинания участвует команда магов. Плюс и минус группового кастования очевидны. Плюс в том, что арсенал заклинаний значительно расширяется, минус – требуется сплоченная команда. Вот вкратце и все. Вопросы?
– Пока нет. Тут надо все обмозговать, а потом уж спрашивать. Хотя есть один вопросик… Какая школа занимается талисманами и амулетами?
– Все и ни одна. Артефактология стоит особняком, там задействованы практически все школы. Сложнейшее направление в магическом искусстве, но и цена качественных артефактов чрезвычайно высока. Еще вопросы?
– По магии нет. А так есть, – я улыбнулся.
Лич взглянул на меня с интересом. Видно, он все-таки мысленно вернулся в образ преподавателя и переход к личным вопросам вызвал у него оторопь. Уже через полминуты Бератрон сообразил, что он не в учебном кабинете, и разрешил спрашивать.
– А как долго ты преподавал?
– Больше века. Если быть точным, то сто сорок три года.
«Ни фига себе!»
Да, долго… И не надоело?
– А учить не надоело?
– Нет. – Лич, похоже, снова перенесся в воспоминания. – Я тогда не мыслил себя без учеников. Ведь это так приятно – смотреть, как твои ученики взрослеют и становятся сильными магами, а иногда и архимагами.
Бератрон загрустил.
Хм… идея…
«Давай… он пока в нужном настрое!»
– А почему сейчас у тебя нет учеников?
– Никто не пойдет учиться к личу: я же мертвый.
– Что совсем-совсем никто?
– Совсем-совсем, – передразнил меня Бератрон, начиная злиться.
– Позволь с тобой не согласиться, – заявил я. – Думаю, всегда найдется человек или другой разумный, который захотел бы учиться у тебя.
– Да-а? – с сарказмом протянул лич. – Назови хотя бы одного.
– Например, я. Положительный, разумный и, самое главное, не отворачивающийся от учителя только потому, что он лич. – Немного саморекламы
