пещере, вошла внутрь и вскоре вновь встретилась с непроглядным туманом. Чем дальше они углублялись внутрь пещеры, тем более густым он был. Наконец, они вышли наружу в уже сотню раз изученном месте. Теперь они шли медленно, спешить было некуда. Они успели.
Аверин ощущал в себе что-то новое, непонятное. То, чего раньше никогда не было. Или было, но спало глубоко внутри. А теперь пробудилось. Это что-то не было живым, оно являлось частью его, как будто его чем-то дополнили. Как будто внутри него появился некий инструмент, которым он не знал, как пользоваться. Он лишь понимал, что именно это являлось причиной того, что его чувства разделились. Это трудно описать. Он ощущал радость победы, завывание совести, щепотку страха и что-то ещё. Какую-то настороженность. Все эти чувства он ощущал внутри себя, но они не принадлежали ему. Идя по тропе, он смотрел под ноги. Аверин решил поднять голову и сквозь туман различил силуэт Араны, и щепотка страха внутри него стала более ощутимой, превратилась в горсть. Он перевёл взгляд на Гора, и чувство страха утихло, на его место пришла радость. «Неужели!?» В подтверждение своей догадки он ускорил шаг, чтобы разглядеть впереди идущего Марона и взглянуть на него. Тут же чувство стыдливой совести увеличилось. Ак-Сат обернулся и посмотрел на Аверина. Они встретились взглядами. Та настороженность исходила от него. И теперь Аверин ощущал, что причиной этой настороженности является он сам. Только сейчас Аверин понял, что после испытания Ак-Сат слишком внимательно следил за ним. За время пути обратно, он несколько раз бросал на него косые взгляды, даже оборачивался. Старался надолго не упускать из виду. Как будто хотел что-то разглядеть.
Наконец все прибыли в лагерь, Гор, Марон и Арана проследовали к казарме, а Ак-Сат направился в свой домик. Аверин молча последовал за ним. Ак-Сат не был против. Наоборот, оба прекрасно понимали, что им нужно поговорить о том, что произошло во время испытания. Они вошли внутрь, Ак-Сат плотно закрыл входную дверь за Аверином, указывая тому на кресло, приглашая сесть. Аверин принял предложение. Он проследовал по комнатушке к креслу, не поднимая взгляд. Не смея взглянуть на учителя, как будто чувствовал себя виноватым. Словно он провинился, за что сейчас его ожидало наказание. Ак-Сат подошёл к шкафу, достал пару чашек, насыпал туда листья травяного сбора и залил кипятком из своей шэнтэ. Мужчина поставил одну чашку на стол перед Аверином, из другой немного отпил и уселся на кресло напротив, держа свою чашечку в руках.
– Я не ожидал, Аверин, правда, – юноше показалось, что Ак-Сат просит у него прощения, но не понимал за что, – Я не ожидал.
– Я не понимаю, Учитель, – Аверин своим обращением дал Ак-Сату понять, что он в замешательстве. Он крайне редко обращался к нему по «званию», более того – сам Ак-Сат это не любил.
– Я и сам пока не до конца понимаю, парень, – Ак-Сат взглянул в глаза юноши и спросил, – Ты же чувствуешь, да?
Аверин выдержал паузу и кивнул. Он понял, о чём говорит мужчина. Аверин прекрасно чувствовал внутреннее смятение учителя.
– Аверин, скажи мне, где ты родился?
– В Ирвине.
– Ложь, – отрезал Ак-Сат. Он не напирал, не осуждал, но сделал это твёрдо, – Кем являются твои родители?
– Они были… – Аверин замолчал, он вдруг вспомнил то, что уже успел выкинуть из собственной памяти, – Я не знаю своих родителей.
– А это правда, – задумчиво произнёс Ак-Сат. Он поднёс свою руку к бороде и начал её наглаживать, видимо, раздумывая над важным вопросом. Аверин никогда раньше не замечал за ним это движение. Пару минут мужчина сидел в такой позе, затем убрал руку, одним движением опустошил свою чашку и заключил, – Ладно! Так уж и быть. Что было – то было. Былого не изменишь и всё такое прочее. В храме тебе явился Зартэкс, верно?
– Если это человек в красном одеянии…
– Да, это он. И вот раз уж он тебе явился! – Ак-Сат даже с каким-то осуждением указал пальцем на юношу, – Я вынужден тебе рассказать зачем и почему!
Аверин ощутил каплю гнева, закипающую в душе Ак-Сата. Но мужчина удерживал гнев в клетке, стараясь примириться с происходящим.
– Я не желаю рассказывать подробностей, и ты это уже успел заметить, – Ак-Сат внимательно посмотрел на Аверина, даже чуть прищурившись. Дальше он продолжил говорить раздельно, делая короткую паузу после каждого слова, как бы подбирая подходящее, – Есть некий культ. Орден. Братство. Называй, как тебе хочется. Суть его заключалась в «спасении мира», – Ак-Сат совершил демонстративное движение руками, словно проезжий фокусник-шарлатан, после чего умолк. Аверин ждал продолжения, а Ак-Сат задумчиво молчал.
– Что с ним стало?
– Исчез, – без задержки последовал ответ.
– И… в чём проблема? Точнее… я не понимаю ничего вообще.
– Зартэкс – один из ментатов этого культа, – размеренно продолжил Ак-Сат, – И ты теперь, – он снова указал на Аверина пальцем, – Их последователь.
Аверин не знал что ответить. Эта информация слегка ошеломила его. Всё это выглядело очень странно.
– Я не соглашался…
– И не нужно было, – прервал его Ак-Сат, – Я хочу сказать: оно и не требовалось. Ментаты согласия не спрашивают.
– Кто такие эти ментаты?
Ак-Сат на время задумался над заданным ему вопросом.
– Это существа, – наконец выдал мужчина, – Они не люди. У них нет чувств, как бы ты того ни хотел. Когда-нибудь, возможно, ты поймёшь, о чём я говорю. Но сейчас… сейчас я должен признаться. И в первую очередь, – Ак-Сат вскочил с кресла и снова пошёл к шкафу, наливая очередную порцию сбора, – Это признание себе.
Когда Ак-Сат навёл новый напиток, он подошёл к окну, уставился в туман и только тогда продолжил. Было видно, что этот разговор ему даётся нелегко.
– Это моя вина. Это я, не зная, кто ты, не зная, откуда родом, предложил тебе обучаться.
– Но что здесь такого? – всё ещё недоумевал Аверин, – Что страшного произошло?
– Этот культ, – Ак-Сат повернулся к Аверину, – Вступление в него должно быть добровольным. А ты… ты даже не знал, куда идёшь. Я, Аверин, я изменил твою жизнь. И я очень боюсь, что далеко не в лучшую сторону.
Аверин ощутил всю силу его сострадания. Ак-Сат говорил правду, и он воистину обозлился на самого себя.
– Если это так, то я имею право знать больше об этом всём? – вопрошающе произнёс Аверин.
– Я не имею! Вот в том то и дело, парень. Яхг его за ногу! – Ак-Сат в сердцах бросил проклятие, и заходил по комнате из стороны в сторону – Я бы с радостью тебе всё рассказал,
