— Как только начнет светать, я заеду за вами.
— Торн, можешь взять мою машину, если хочешь, — предложил Джек.
— Мы поедем верхом. Боюсь, что только так можно добраться туда. Если кто-нибудь из вас не может ездить верхом…
— Что за глупости, — перебил, усмехнувшись, Ричард. — Бен, Сисси и я выросли среди лошадей, а Джулия ездит, как настоящая амазонка.
— Но Трилби не ездит верхом.
— Я могу научиться, — резко возразила Трилби.
— Конечно, можешь, — он не сводил с нее взгляда. — Я научу тебя.
Она представила себе, как Торн держит ее руки, касается ее тела, сидя позади нее на лошади. Ее бросило в жар, рука машинально потянулась к вееру, и девушка начала быстро обмахиваться.
— Я когда-то пытался ее научить, — Ричарда явно задевало, какое внимание Торн уделяет Трилби. — Она слишком медлительна.
— Это несправедливо, Ричард, — вмешалась Сисси. — Это ты слишком нетерпелив, ты кричал на нее. Я думаю, у Торна получится гораздо лучше.
— Я буду настолько терпелив, насколько это будет нужно, — сказал тот, подтвердив глазами сказанное и заставив Трилби смутиться еще больше.
Она сильно покраснела, когда Торн посмотрел на нее. Ричард ревниво наблюдал за ними и готов был швырнуть палку в этого наглого мистера Вэнса. Ему не хотелось, чтобы Трилби увлеклась этим неотесанным владельцем ранчо. Он хотел выяснить, что стоит за словами этого человека.
— Ричард, ты выглядишь очень печальным, — перебила его мысли Джулия.
— Разве? Интересно, почему? — он взглянул на нее и улыбнулся. Джулия почти замурлыкала. Когда-нибудь нужно ответить на ее откровенный флирт, пообещал он себе. И посмотрим, сможет ли она выполнить все, что обещают ее глаза.
На следующее утро они выехали рано, небольшой караван растянулся по пыльной дороге. Трилби чувствовала себя в седле неудобно, она так нервничала, что ее лошадь почти остановилась и сильно отстала от других.
— Нет, так дело не пойдет, малышка, — Торн спешился и подошел к ней, снял ее с седла и понес к своей лошади. Она прильнула к нему, не замечая любопытных взглядов проезжающих мимо мужчин.
— Что… что ты делаешь?
— Я хочу посадить тебя перед собой. Не ерзай и не суетись. Ты беспокоишь Рэнди.
— Рэнди?
— Мою лошадь, — он легко поднял ее в седло и быстро сел позади.
Его сильные руки обвились вокруг нее и взяли поводья.
Трилби почувствовала необыкновенную силу его напряженного тела. Торн крепко взял ее за талию, удобно усадил в седле и пустил коня по дороге в горы.
— Так хорошо? — шепнул он ей на ухо.
Она чувствовала, как бьется ее сердце, и боялась, что он тоже услышит это.
— Да, — прошептала она.
Трилби ощущала его дыхание у себя над ухом, на своей шее.
— Ты пахнешь цветами, Трилби. Сладкими и нежными.
Ее тело дрожало в его объятиях, девушка старалась побороть невероятно сильное желание.
— Торн… — все, что она смогла произнести.
Одной рукой он обхватил ее бедра и прижал к себе. Это был такой интимный жест, против которого ей нужно было протестовать, но она только слабо застонала и задрожала еще сильнее.
— О, Боже, — у него перехватило дыхание, он почти терял выдержку, чувствуя, что она уступает ему. — Какой удобный момент, чтобы сдаться мне, Трилби!
— Я не… сдаюсь, — хрипло выдавила она. Но глаза ее были закрыты, и она вся дрожала.
Он пришпорил лошадь, чтобы догнать остальных. Торн был охвачен желанием, которое не мог ни удовлетворить, ни сдержать.
Джулия и Ричард скакали бок о бок, все время болтая, Сисси ехала очень спокойно рядом с Беном.
— Наки не поехал с тобой? — спросила Трилби, овладев собой и немного успокоившись от скачки.
— Он уже на месте, готовит лагерь. Ты знаешь, что он увлечен Сисси?
— А она им, — сказала Трилби. — Но все будет хорошо. Сисси хорошая девушка.
— Конечно, хорошая. Но Наки мужчина. Настоящий мужчина. И он тоже человек. Он хочет ее. Постарайся держать ее рядом с собой. Я не знаю, понимают ли они оба, что воздух здесь очень возбуждающий. Одни в лесу, их ничто не остановит.
— Они уже взрослые, — медленно сказала она.
— И мы тоже, — прошептал Торн, опять притянув ее к себе. — Ты не можешь отрицать, что тебя бросает то в жар, то в холод, когда мое тело так близко к твоему.
Она глотнула воздух и закрыла глаза, Торн притянул ее к себе еще сильнее.
— Ты… не должен, — она почти задыхалась.
— Должен, — сквозь зубы процедил он. — Боже мой, Трилби, я сейчас просто умру, разве ты не чувствуешь?
— Это… не из-за меня, — возразила она грустно. — Ты принимаешь меня не за ту. Ты все равно считаешь меня падшей женщиной.
— Это неправда. Трилби, я знаю, что ты совсем не такая, как я думал о тебе вначале. Я тебе говорил об этом уже десятки раз.
— Но ты обращаешься со мной, как именно с такой женщиной.
— Я обращаюсь с тобой так, потому что хочу тебя, — дыхание его было горячим и прерывистым. — Я хочу тебя, но это совсем не значит, что я считаю тебя падшей женщиной. Я хочу тебя каждой клеточкой своего тела. Я мечтаю быть с тобой, полностью с тобой. Ты в моей крови, Трилби.
Его рука, которой он держал ее, слегка дрожала. Трилби была напугана силой его чувства. Ей до боли хотелось поцеловать его, но она не могла, не осмеливалась сделать это. Это был грех, желать таких вещей, не будучи замужем.
— Нехорошо испытывать такие чувства, Торн, — грустно возразила она. — Это очень плохо.
— Нет, не плохо, — его голос был таким же напряженным, как и у нее. — Я пытался объяснить тебе это еще на той фиесте, что это совсем не плохо. То, что мы испытываем друг к другу, — редкое чувство. Почему ты не хочешь это понять?
— Я люблю Ричарда, — прошептала она.
— Ричард — это просто привычка, — холодно возразил он, — от которой ты скоро отвыкнешь, особенно, когда убедишься, что он принадлежит своей кузине.
— Это неправда!
— Раскрой глаза и посмотри. Они неразлучны. Он умрет, если она попросит его об этом. Возможно, он сам еще этого не понимает, но она цепко держит его своими изящными маленькими ручками.
Торн был прав. И Трилби знала, что он прав. Но Ричард был единственной защитой против ее чувств к Торну.
— Но они двоюродные брат и сестра!
— Тебе прекрасно известно, что такие браки вовсе не редкость.
— Я не желаю обсуждать это.
— Хорошо, Трилби. Продолжай прятать голову в песок. Но то, что возникло между нами, больше нельзя отрицать. Я знаю это. И ты тоже.
Трилби знала, но не хотела признавать. Она старалась сдержать чувственные порывы своего тела и не уступила ни на йоту до самого лагеря в горах.
Они расположились лагерем у ручья, где было прохладно в тени деревьев. Лагерь находился достаточно высоко, здесь было легко заметить опасность и защитить себя в случае необходимости. Трилби ничего не знала об этом. Она подслушала, как Торн говорил об этом с Мосби Торренсом, который также приехал сюда, несмотря на возражения Джека Лэнга, что тот слишком стар.
